Так ничего и не решив окончательно, я чуть не пропустил появление императора. А оно поначалу вышло совсем не торжественное: просто у помоста в центре зала стали собираться гвардейцы, высокие усачи из первого гвардейского, а на самом помосте – личная охрана. В воздухе кометой взорвался салют, заиграла музыка, и появился сам император. Гарод видел его всего один раз, когда чуть не сдох, но сразу узнал.
– Жители империи! Моя опора! Высшая знать моей империи! Я благодарен, что у меня есть такие подданные! Благодарю вас за подарки, я очень ценю ваши усилия.
Император изощрялся в словоблудии минут пять. За ним выступали члены его семьи, высшие сановники и верховный маг империи. Благодаря магии всё, что происходило на помосте, было хорошо видно и слышно.
Служки начали разносить спиртное в ледяных бокалах. Бокалы холодили руку, но не таяли, а вот если их бросали на пол, они моментально растекались лужицей. Бытовая магия – удобная вещь! Вроде народу пять тысяч человек, а сотня официантов разнесла напиток за пару минут.
– «Солнечный дар» – магический напиток: если его испить, то можно крепко выпивать, при этом болеть утром не будешь. Ну и лёгкое омолаживание либо укрепление организма, – шепнула мне Пьон.
– Ты пила, что ли, уже? – удивлённо посмотрел на неё я.
– Нет, ты что! Только во дворце императора его подают, в продаже не бывает.
Тем временем торжественная часть закончилась, и верховный маг предложил выпить за императора.
– За императора! – заорала толпа, и я вместе со всеми.
Выпив бокал солнцедара, по традиции кидали ледышку на пол: на счастье. Я так и сделал.
– Ну, теперь и по домам можно, – сказала Пьон и заорала дурным голосом кошки, которой прищемили хвост: – Ма-а-ам! Поехали домой!
– Может, барон тебя проводит? – попыталась отмазаться маман, уходя танцевать с очередным кавалером.
Я был не против, но интересовал вопрос о знаках доблести.
– Барон, вас приглашают на награждение, – напугал меня из-за спины рослый служащий в богатой одежде в цветах императора.
– А моих спутников? – обернулся я.
– Они уже там. Следуйте за мной.
И я послушным телком пошёл за широкой спиной посыльного. Меня привели к выходу, а затем мы прошли метров сорок по выложенной мелким камнем дорожке изумрудного цвета до соседнего здания.
– Это изумруды, подарок соседней империи, потом их перенесут в сад императора, – не поворачивая головы, пояснил проводник.
– Дорогой подарок! – крякнул я.
Мы вошли в одноэтажный дом, даже не дом, а барак без окон, но с высоким потолком. Везде горели магические светильники, пол был застелен коврами.
– Свободный барон Гарод Кныш, – представил меня спутник и скрылся незаметно за моей спиной.
Два десятка военных, магов, чиновников стояли за столиками, а мои гвардейцы и Бурхес жались в углу. Увидев меня, они облегчённо заулыбались. Чего это они?
– Барон, подойди ко мне, – седовласый маг улыбался мне широкой улыбкой.
Я подошёл и вблизи увидел, что к широкой улыбке прилагался острый, колючий взор. Так на меня смотрел мой босс на Земле, когда подозревал, что я накосячил. Он что, думает меня пронять таким взором? Я усмехнулся.
– Я имперский маг двадцать шестого ранга, член конклава гильдии Торин Тук.
– Даже не мечтал увидеть такого сильного мага! – не сильно-то и покривил я душой.
– Ты очень помог империи своим заклинанием. За это гильдия награждает тебя знаком доблести восьмой ступени! Знай, что гильдия всегда тебе поможет, а за любое твоё новое заклинание я лично буду утверждать награду.
Он достал диск из золота с восемью сапфирами и прикрепил его у меня на груди.
Также мне разрешили обучение за счёт империи в любой магической школе или академии по выбору. Я поблагодарил одного из самых сильных магов империи и ушёл из-под прицела его глаз.
– Вызывается Бурхес Бро!
– Ваше магичество! – поклонился чуть ли не в пояс старик.
– За выполнение задания императора по охране барона и неоднократную помощь ты награждаешься знаком доблести восьмого ранга!
– Это честь для меня, – сказал взволнованный Бурхес.
Надо же, старик даже прослезился. Хотя хитрая старая сволочь ещё и неплохой актер. И я впервые услышал его фамилию – Бро.
После этого вышел военный, тысячник восьмого полка гвардии императора, и наградил Ригарда знаком доблести восьмой ступени, но рубиновым! Ригард также получил знак, тоже восьмой ступени, за Тарака, раненного в схватке и ждавшего нас в порту. Джун, Малик и Кант получили знаки шестой ступени, а оставшиеся дома Борил и Рон – знаки четвёртой ступени. Особым удовольствием было и то, что император сам оплатил награды. Как подарок мне на день рождения.
Кроме того все гвардейцы, в том числе и ненаграждённые, стали десятниками, с увеличением денежного содержания. Ригард стал полусотенным. И это ещё не всё. Бурхесу утвердили сдачу экзамена на седьмой ранг.
После военного выступил чиновник, скупо одетый, но целый барон. За подарки императору меня наградили магическим обелиском в память о погибшей родне. А за добычу редких ингредиентов для важных магических зелий (три раза ха! суперконский возбудитель очень важен!) мне пожаловали королевскую яхту!
Я тут же принялся мечтать, ведь уточнять, что за яхта, было неудобно. Кроме того, на яхту давался экипаж из восьми человек сроком на пять лет. И в случае необходимости я мог затребовать дополнительно до десяти гвардейцев на один год.
Ну и напоследок, так сказать, вишенка на торте, император разрешил мне брать трёх жен и праздновать свадьбы хоть завтра. Ольче подарили на личные расходы тысячу золотых, Пьон – семьсот пятьдесят, а Миле – пятьсот золотых!
– А откуда император знает, на ком я женюсь? Пьон я только что предложение сделал! – не выдержал и задал я вопрос.
– Она у вас очень громкая, – по-настоящему тепло улыбнулся чиновник.
– Это да! – вспомнил я.
– Весь бал мог услышать. Да вы не смущайтесь, дело молодое. И первая, родившая мальчика, получит ещё тысячу золотом!
Моих ребят вывели отдельно. Я им разрешил уехать праздновать, но Ригард твёрдо решил остаться и ждать меня.
Я вернулся в зал и был атакован молнией.
– А что за семьсот пятьдесят золотом? Мне только что выдали! Сказали, узнавать у тебя! – выпалила Пьон.
– Подарок императора тебе в честь нашей свадьбы, на личные расходы. Всем трём дали: принцессе – тысячу, а Миле – пятьсот. И ещё тысячу получит та, кто первой родит мне мальчика.
– Хм, я считаю, мне ещё рано. Но наверняка есть способы… – тут же начала обдумывать план дополнительного заработка моя будущая жена.
Да, деваться уже некуда, не соскочить: император уже одобрил и потратился.
– Гарод! – раздался вопль в моё дважды целованное ухо.
– Что?
– У тебя магическая доблесть восьмой ступени! Откуда?
– Да наградили за новое боевое заклинание! Ещё подарили яхту и восемь человек экипажа на время. А за подарок императору моим погибшим родственникам поставят магическую стелу: плодородие, здоровье, кровная сила.
– Ух ты! Обелиск! Там и развитие магии идёт быстрее. Жаль, я не маг. Но шанс ещё есть: у нас в родне по папе были.
Я хотел было съязвить, что с такой мамой – не факт, что у неё есть нужные гены, что папой вполне мог быть и конюх, но не стал портить девчонке праздник.
– Яхта, жаль, небольшая, восемь человек: наверняка один повар, пара слуг, капитан, боцман и трое матросов. Думаю, кают пять-шесть, не больше, – бормотала моя хозяюшка, прижимаясь костлявым боком.
А она милая, и ноги ровные, но подержаться не за что. Не то что тёща! Она как раз проплывала мимо нас в быстром танце, и мой гульфик на это отреагировал.
– Гарод, собака бешеная! Ты чего?! – Пьон ударила по моему чувствительному месту, но лучше этим она не сделала. – Я понимаю, что нравлюсь тебе, но тут люди! Тьфу! Не то сказала. Мы не женаты ещё. Так что успокаивайся.
Тут меня отпустило, и я стал ржать. Я, оказывается, был в напряге всё это время.
Глава 39
– А что будешь с деньгами делать? – поинтересовался я у Пьон.
– На четыреста сорок золотых куплю долю в «Южной дилижансной», это примерно тридцать пять золотых в год. На двести восемьдесят куплю домик в столице нашего графства и буду сдавать в аренду, это ещё два золотых в месяц и два золотых на содержание в год. Итого будет шестьдесят один золотой в год, примерно. Ведь транспортная компания может и другую прибыль дать.
– А на остатки? – заинтересовался я.
– Двадцать два золотых потрачу на книги, я уже присмотрела. Остальные восемь добавлю в свой резерв, у меня там почти полторы сотни будет.
– Давай я тебе куплю книги, – щедро предложил я. – Мне всё равно надо готовить тебе подарок на свадьбу.
– Подарок дочке графа за два десятка золотом?! Минимум пять десятков! Почитай последний «Вестник» хотя бы.
– Что за «Вестник»? Ну и я же могу на семьдесят пять золотых книг купить.
– «Вестник» – это еженедельное издание. Дорогое конечно, двадцать серебром стоит, но там много новостей. А насчёт подарка не парься, я лелею надежды на твою псарню. Когда уже поедем смотреть? Когда?
– Да завтра с утра приеду за тобой, и сразу поедем собак гладить. Надо будет «Вестник» купить, никогда не читал таких изданий. А что за книги-то выбрала?
– Эх, ну и глушь у тебя, про журналы и газеты не слышал даже. Бе-е-едненький! – и я был поцелован в ухо, и опять в то же самое.
Интересно, а я ведь стоял ближе другим ухом! Есть всё-таки у моей невесты женские тараканы, есть! Ну и слава богу, а то прикинет пользу и вред от меня – и ну как пустит на колбасу. Не люблю сильно расчётливых.
– Книги женские: по домоводству, по шитью одежды. У меня есть небольшой швейный цех, тебе надо, кстати, выпросить его мне в приданое. Не забудь! Гарод! Не верти головой! Ни одну задницу не пропустил!
– Я тут! Приданое – это хорошо.
– Так вот! Есть три швеи-рабыни, есть оборудование, материалы даже есть, а что шить, не знаю. Я ведь в этом не разбираюсь почти. – Пьон виновато чертила ножкой полукруг.