– Второго гвардейского? – стушевался я. – Ну, передавайте привет полутысячнику, графу Моду О При. Я знаком с ним немного.
– Он меня не сильно жалует, – усмехнулся Тарин, – но передам.
– Что с бабой делать? – кивнул Малик на надёжно связанную, с кляпом в зубах пленницу.
– Надо страже сдавать, – почесал репу я. – Мало ли вдруг опять коронное преступление?
– Что значит опять? – заинтересовался Тарин.
– Да был тут случай недавно, – махнул рукой я, направляясь к выходу. – Спасибо, друг, за помощь! Кстати, приглашаю тебя на мою свадьбу с принцессой Ольчей Сетин!
– Сетин… Что-то слышал. А ты ушлый парень. Говори когда, и, если смогу, приду, – улыбнулся маг.
Мы обменялись адресами, и мне пришла в голову новая идея: визитки! Не надо записывать, отдал бумажку, и всё. А они и из золота могут быть, для понтов! Кто долбаный гений? Я долбаный гений!
Тут подоспела стража, мы полчаса давали пояснения и, наконец, сбагрили пленницу. Выйдя из бань, я захотел жрать. Наверное, последствия боя или лечения.
– Ну что, может, перекусим? Раз в бане не получилось.
– Поехали лучше домой, не нравится мне это нападение. Явно не последнее. Повезло, что пленницу захватили, – серьёзно сказал Ригард, и все его поддержали.
Домой приехали, когда уже стемнело, и меня встречала Мила со щеночком на руках.
– Приезжала твоя вторая жена…
– Невеста, но ты продолжай.
– Гарод, у тебя кровь? – ахнула девочка.
– Пустяки, рассказывай дальше.
– Ох, тут, в столице, в праздник нельзя в конфликты вступать. Щеночка привезла и сказала, что завтра утром приедет.
– Ну и славно! Лиска! Есть что пожрать?
– Она мне понравилась, но маленькая ещё, хотя по возрасту пора уже. Ты будь с ней поаккуратнее, а то у тебя большой… Ой! – прижала ладошку к губам Мила, заметив, что нас слушают. – Потом поговорим, – засмущалась она и убежала.
Ужин удался. Я сожрал целого цыплёнка, хотя это был не цыплёнок, а вполне половозрелая курица, заел салатами, колбасками, рыбкой, запил пивом и, поедая паштет, наконец-то расслабился.
– Я спать! Ригард, Малика в караул сегодня не ставь. Сам тоже отдохни!
– Спи уже, разберёмся, – не больно-то и кинулся он исполнять команды.
Уже в постели, слушая бормотание Милы о том, куда она вложит свои пятьсот золотых, я чуть не уснул. Но на морально-волевых перевернул Милу на спину и, назло всем своим недоброжелателям, довёл невесту до первого в её жизни оргазма.
– Гарод! А что это было? – спросила расслабленная малышка, лежащая рядом.
– Потом, всё потом! Ты лучше расскажи, что там за доля в пивоварне и винодельческом заводе, – попросил я. И провалился в сон под бормотание Милы.
Выспаться не удалось: рано утром меня разбудил гонец от имперской безопасности с письмом о вчерашнем покушении.
– А чего, не мог передать вон полусотнику, например? – поворчал я для порядка.
– Приказано лично в руки! – невозмутимо ответил гонец, пряча десяток серебром почему-то в рукав. Ну а что? Человек трудился в такую рань, надо отблагодарить.
– Читай! – вскрыв печать, я передал бумаги Ригарду. Башка с утра не варит.
Он вчитался и удивлённо хмыкнул:
– А ведь привет от Ускафа Пифа!
– Менталы не доработали? – спросил я. – Рукожопые!
– А вот и нет. Это его любовница, зря мы её отпустили.
– Да ладно! Так любила его?
– Ты её, ударив, обокрав и выгнав, сильно обидел. Сняла накопления и наняла убийц. Поэтому менталы и не смогли ничего найти. Не было покушения два дня назад. Она вчера только решилась и заплатила.
– Тут что, гильдия убийц есть?
– Тут всё есть, но этот отряд из наёмников. Элитный. Восемьсот золотом обошёлся найм. Она отдала почти всё, что было. И да, это не коронное преступление, так что никаких денег ты не получишь. Ни с отряда, ни с покойной Дарины. Всё в казну.
– Да как так? И что, её казнили уже?
– А чего с простолюдинкой церемониться? Повезло, что менталов запустили в работу. Если бы знали, что напали на тебя из-за обиды, то результат не скоро узнал бы. А так спи спокойно, это покушение не повторится.
– С паршивой овцы хоть шерсти клок! – удивил я опять своей мудростью, после чего скомандовал: – Так! Раз встали – до завтрака тренировка! А то Малик сперва ворон ловит, а потом кинжалы шеей. Я вам разрешал сдохнуть?
Интенсивная тренировка, потом вкусный завтрак, и только я хотел составить план на день, как за меня всё решили. Приехала Пьон с покупателем на питомник. Прибыли они в карете в сопровождении десятка охранников, из которых половина были не её.
– Гарод, я нашла покупателя. Вот барон Келайл готов купить. Я отложила хороших собачек и Миле, и Ольче, и в запас пяток. К нам в баронство тоже возьмём охранных и разыскных четырнадцать штук.
– Сколько платите? – спросил я у Келайла, поздоровавшись и представившись.
– Так вроде ваша невеста четыре тысячи запросила! Землю и плюс племенной фонд. Хорошая цена!
– По рукам! Давайте оформлять!
Продуманная Пьон захватила с собой и чиновника из управы, так что сделку оформили очень быстро.
Было две тысячи четыреста, потом сотню на подарки спустил, потом с убийцы двести сорок плюсом, королю Филику отдал на свадьбу сто пятьдесят, в бане минус три золотых, на номер и еду. И вот сейчас плюсом аж четыре тысячи. Шесть тысяч триста восемьдесят пять золотых насчитал в сундуке.
И ещё жду деньги с аренды домика, тысяча с транспортной в загашнике и пиратская недвига, как её только забрать теперь. А есть ещё заклинание, за которое не дают хорошей цены, и пара бизнес-идей. В минусах ещё три свадьбы и три подарка невестам. Ну и дорога домой! И, пожалуй, надо наградить Пьон за старание.
– Пьон! Вот тебе сотня золотом за работу с питомником. Твоя доля. Надо решить по доле в транспортной компании, и есть идейка у меня. Надо посоветоваться.
– Ой, Гарод! Я и не думала, что получу что-то. Спасибо!
Чёрт, я расслабился! Облюбованное ухо было не только поцеловано взасос, но ещё и укушено! Правда, слегка, но буду в голове держать и такой вариант.
– Надо брать два дилижанса. Под собак я уже наняла, и большие собачки едут в них к нам в графство. Ещё пришлось купить двух кучеров и двух собачников из рабов. Охрану папа дал бесплатно. С тебя сорок золотых! Уж извини, рабы ценные, хороших денег стоят.
– Да не вопрос, – отсчитал я сорок и в уме отложил цифру шесть тысяч двести сорок пять. А деньги летят, как птицы.
– Нам надо по магазинам, многие вещи можно купить только тут. Бери Милу и двести три золотых!
Блин, вот откуда такая точность? Не двести, не двести пятьдесят, а именно двести три.
– Я возьму двести четыре, – пошутил я.
– Правильно! Всегда нужно иметь запас. Я вот как-то в одной лавке увидела трусики… Хотя тебе это неинтересно, – покраснела она.
Глава 42
Уже подъезжая к лавкам и магазинам, я почувствовал уныние. Долгие походы по магазинам меня вымораживали. Был период в моей жизни, когда я жил с ослепительно красивой, модной и болтливой девушкой. Хватило меня тогда на пару месяцев, и сломался я не от болтовни, не от дурости и даже не от неуёмного сексуального желания девчонки, а от походов по магазинам. Эти бесконечные ряды торговых комплексов, примерка одежды и обуви, выбор косметики. Как вспомню о потерянном времени, так вздрогну.
Вот и сейчас я вздрогнул, предчувствуя неприятности, когда Мила в первом же магазине набросилась на нелепые салфетки, покрывала, скатерти и ещё не знаю что. И знать не хочу! А скорее всего придётся. Но на удивление (хотя чему удивляться?), у Пьон был чёткий план и список товаров.
– Гарод, два золотых, четырнадцать серебра и три медью, – потребовала она.
Я с любопытством дал два золотых кругляша и горсть серебра.
– Нет меди! Мы, южные бароны, медь не носим.
– Пф-ф-ф! – закатила глаза Пьон. – Много серебра дал. Ну, пусть у меня полежит.
Она перечислила весь список товаров, отдала два золотых и отсчитала четырнадцать серебра.
– Но тут не хватает! Серебра вышло двадцать четыре! – возмутился, пересчитав деньги, продавец.
– А скидка три процента? – Пьон указала на вывеску. – Скажи спасибо, что я медь не беру!
– Оборзел? – спросил я с наездом, ещё не избавившись от плохого настроения.
– Нет-нет! Всё верно. Запамятовал просто! – испугался длинный мальчонка с зализанными блестящими волосами.
– Эй, парень! Отнеси в карету. – Пьон передала помощнику продавца в лавке пакеты с покупками и сунула в руку три монеты медью.
– Э-э-э… – Я хотел было сказать, что и сам могу донести, но Пьон поняла неправильно.
– Что? Гарод! Каждый труд должен быть оплачен. Ну, если ты не раб. Не жмотничай. Я из своих медь отсыпала, а сдачу медью аристократам забирать нельзя, хотя, по-моему, это предрассудки.
– Я жмотничаю? Я думал, ты меня заставишь покупки таскать.
– Вот делать мне нечего! Я, если уж некому будет нести, сама понесу. Мила, не отставай! – дала она указание девушке, ошарашенной скоростью покупки.
– А может, вот этот коврик ещё? – ухватила Мила первый попавшийся предмет.
– Брось! Гадость какая. Ты теперь, считай, баронесса, зачем тебе коврик за два серебра? Да и непрактичный он, полиняет за месяц, – отбрила эти поползновения Пьон.
Я повеселел. Такой поход по магазинам мне нравился! Мила, взятая не иначе как с целью подчеркнуть хозяйственность Пьон, последней не мешала. Но пару раз ей всё же удалось подложить в корзину с товаром какие-то безделушки. Пьон это видела, но снисходительно улыбаясь, молчала.
За каким лешим был нужен я? А похвастать женихом! Кавалер знаков доблести, маг и прочая, прочая, прочая. Я это быстро просёк и делал девушкам приятно: развязывал кошель и доставал деньги на покупки, безропотно молчал, когда девочки соизволяли что-то на меня примерить, надувал рожу и хватался за меч при малейшем поползновении на хамство. Под конец я так разошёлся, что даже шлёпал по костлявой и пухлой задницам своих невест. Девочки делали страшные глаза, но довольно молчали.