Уснули не помню когда, а проснулся я днём от стуков, что само по себе было странно, ведь я ставил звуковой полог! Оказалось, полог пропускал вибрацию стен.
Заинтересованный, я вышел в небольшой дворик. Там Ригард бил головой об стенку здорового купца.
– Лез к вам в домик! – пояснил Ригард на мой невысказанный вопрос.
– Не отвлекайся, – полностью одобрил я его действия.
– Господин барон! – закричал, изловчившись, купец. – Я по поводу коротких брюк!
– Отпусти его, – дал я команду своему охраннику.
– Брюки! Короткие! Видел в лавке у торговца. Он сказал, это ваш заказ! И он готов пошить для меня, если будет ваше согласие.
– То, что уже они пошили, я заберу, а им передай: мол, пускай шьют тебе и придут ко мне сегодня вечером.
Это же надо додуматься в первую брачную ночь ко мне прийти!
– Гарод, уже день? – спросила Ольча, успевшая накинуть на себя заранее подготовленное на утро платьице. – Кто это был?
– Деньги приходили, небольшие, но нам пригодятся! – ответил я, увлекая её в кровать.
– Я есть хочу! – надула губки жена, но не сопротивлялась моему натиску. Что не мешало ей покусывать меня, достаточно сильно, за разные места.
Вдоволь насытившись друг другом, мы пошли завтракать. На лужайке перед домом для нас приготовили небольшой завтрак, и, утолив голод, мы уже семейной парой поехали в арендованный мною домик. Не самое лучшее место для медового месяца, а что делать?
Я собирался завтра выехать. Для этого надо было подготовить дилижансы, собрать вещи, купить новое, что не успел взять, отправить лошадей заранее в путь. Слава богу, заботы взял на себя граф Де Ро.
А Пьон уже ждала нас в домике, уча бестолковую на её взгляд Милу хозяйственным делам.
– Мила, учти! Посевы надо делать, когда земля сырая, тогда и урожай лучше, – услышал я краешек их разговора.
– Как ты сидишь? Спина прямая! Во-о-от! Выгнись! И платье такое не для постоянной носки: это шерсть, хоть и тонкая, воздушная, но скатается в комки, – давала Мила в ответ советы другого плана. Ведь выпускница пансиона о домоводстве знала если не всё, то многое.
– Привет, девочки, – сказали мы хором с Ольчей и засмеялись.
– О, наконец-то! А я вас жду, жду, а дел много, – обрадовалась Пьон.
– Ну вот, мы тут!
– Была я в твоей транспортной. Ничего приличного нанять не удалось, но договорилась о смене наших коней и экипажа на их стоянках.
– Дорого выйдет? И где брать дилижансы?
– Бесплатно выйдет, вернее, в счёт твоих будущих доходов. У нас в семье шесть дилижансов есть, и вам ещё шесть надо. Я их купила! Та-дам! С тебя сто двадцать золотых, – протянула она руку.
– Эй! Это моя фраза! – заявила Ольча и тоже протянула руку: – Мне в дорогу надо вещи и рабыню. Дай сотню золотых!
– И мне! – храбро протянула руку Мила!
– Блин, а тебе на что? – спросил я у неё.
– Служанку-рабыню и вещи в дорогу, – спопугайничала она.
Пришлось лезть в кубышку.
Потом мы обсуждали наш будущий маршрут. Оказалось, Малосси – гад и халтурщик. У Пьон было рассчитано всё! И места ночёвки, и длина дневных переходов, и форс-мажоры учтены.
– Итого весь путь займёт четыре дня с небольшим.
– Пьон, если бы Гарод не подсуетился, я бы сама предложила тебе семью создать, – под впечатлением сказала Ольча.
– Это мелочи! Вы рассчитайте дорогу для пяти тысяч человек с припасами! – засмущалась польщённая Пьон.
– А куда нам столько дилижансов? – заинтересовался я.
– Смотри: я с мамой, папа со второй женой, слуги ещё в двух, и два под охрану – это у нас.
– А у нас?
– У вас один для гвардейцев, один для вас с женой, ещё в одном поедут слуги и рабы, один для мага с ученицей, один для Милы, Маликны и Ирилы, один для наёмников.
– Стоп! Какая ученица? И какая Ирила? Она же к магу пошла! И что за наёмники? Я никого не нанимал!
– Мы всё переиграли! – решительным тоном сказала Пьон. – По поводу охраны: четверо – мало! Надо нанять ещё столько же! А про Ирилу и ученицу спрашивай у Милы и мага.
– Это… Гарод! – потупила глазки Мила. – Ей у мага не понравилось, он ненасытный в постели! Я ей разрешила с нами до моря прокатиться, а потом уже решим, нужна она или нет.
– Бог с ней! Позовите Бурхеса с ученицей.
Я её не запомнил на свадьбе, но вроде всё как он любит: экзотическая чернокожая внешность и широкий зад.
– Нет их пока, – ответила Мила.
Пришлось лезть в кубышку. Ригарду, жене и невестам, себе ещё взял. После всех ограблений на счету осталось семь тысяч двести семьдесят пять золотом.
Надо поехать вместе на рынок рабов, может, куплю кого ценного. Да и по магазинам бы. И наёмников нанять, а Ригарда надо отпускать за Маликной, двести золотом я ему заранее выдал.
– Ещё карета подаренная есть, – вспомнил я. – Приданое Ольчи.
– И её возьмем. Про запас, – согласилась Пьон, пересчитывая монеты и собираясь к себе домой.
Джун и Кант поехали со мной, напросилась и Лиска, но не верхом, а вместе с Милой и Ольчей. Для них нашли карету в аренду.
Первым пунктом был наём охранников, благо их контора по пути.
– С кем тут по найму поговорить, – спросил я у трактирщика.
– Садитесь за столик, господин барон, я приглашу. Есть пожелания?
– Четыре человека в качестве охраны, для поездки на дилижансе к морю, – не стал ломаться я.
Сев вместе с гвардейцами за стол, я огляделся. Очень мало пьющих. Нет, такие, что отмечали невесть что, были, но всего пара компаний.
Вскоре ко мне стали подходить лидеры отрядов и одиночки. В итоге я нанял четвёрку бойцов из небольшого отряда штурмовой роты. Их наниматель погиб на дуэли, и они за двадцать золотых обязались проводить нас до графства Де Ро.
– Слушай, а у вас большой отряд? – спросил я у старшего этой четверки, молодого парня с именем Гревл.
– Восемь десятков бойцов и два мага, двенадцатый ранг и десятый. Также есть четыре катапульты и два тарана.
– Отряд что надо! А что по найму?
– Сейчас заняты, осталось человек десять свободных.
– Ну а так? Прицениться?
– Сам найм – три тысячи. Плюс сотня за день войны и триста за день штурма. Это вместе с магами, но без питания и прочих расходов.
– Однако!
– Маги берут большую часть оплаты, но они и делают большую часть работы. За год взяли два графских замка и один баронский, – похвастал Гревл.
– Ладно, пока время есть, подумаю, – сделал я себе заметку в уме заехать к тестям.
– Завтра с утра будем у вас. Аванс – пять золотых.
Я рассчитался, и мы поехали на крупнейший невольничий рынок империи. Он раскинулся, дай бог, километров на пять квадратных. Были там и аукционы, и ряды с фиксированными ценами, вроде того, где я купил Лиску.
Рабов в империи было порядка пяти-шести миллионов человек. Основная часть – пришлые и преступники. Но были и долговые, на фиксированное количество лет. Я и не знал, что такие есть.
Служанок девочкам мы купили быстро, причём обе, по-моему, не сговаривались, взяли старух, на их взгляд. Лет тридцати! А на мой, надо сказать избалованный взгляд, обе были в самом соку. Ой отдеру обеих, я себя знаю!
Не нюхали жизни мои интернатские девочки. Они меж собой уже смирились делить такого красавца, как я, и нашли общий язык, что меня нервировало. Вот боюсь я бабских заговоров!
Платили они сами, и вроде их не сильно и надули.
Я планировал взять двух рабов-мастеровых. Одного в замок, в помощь Клариссе, второго – в помощь Мирту. Ну или, наоборот, начальника Мирту: коней в замке прибавится. Я отдал за обоих дюжину золотом, может, и зря: в королевстве Синок, наверное, дешевле было бы.
Уже хотел уйти, но тут меня начала трясти Лиска. И не скромно, как полагается рабыне, а как истово верующий звонарь трясёт колокол.
– Что случилось?
– Гарод, купи!
– Рабыня, отпусти моего мужа! – рявкнула Ольча.
– Ольча, всё хорошо. Ей можно. Говори, кого купить?
– Мой старший брат! Я думала, его убили! Его продали пять лет назад, орден Светлой мысли купил его.
– Пошли, купим, пусть расскажет, каких светлых мыслей он набрался.
– Гарод! Зачем тратить деньги на родственников рабыни? Это неразумно, – опять влезла Ольча.
– Неразумно осуждать мои действия!
– Тем более публично! – неожиданно вступилась за меня Мила. – Вас что, ничему там не учили? Вроде не деревенская школа.
– Да, я не права! Извини меня, мой муж. – И Ольча зло поглядела на Лиску, но той было пофиг, она и не заметила даже.
Ряд был неподалеку, и я увидел смазливого парня лет тридцати.
– Почём раб? – лениво спросил я у продавца.
Лиску я отогнал подальше, чтобы не мешала, и даже приставил к ней Джуна: если продавец увидит заинтересованность, цена сразу возрастёт.
– Этот? Ленивый, никому не нужный строптивый раб! – ответил продавец. И тут же, противореча себе, назвал цену: – Пятьсот золотом!
– Сколько?! – ахнула Ольча.
И так искренне, что сразу снизила цену монет на сто! Я даже её не одёрнул.
– Двадцать! Он по-нашему говорит хоть?
Продавец ткнул раба острой палкой, и тот выругался так изощрённо, что я заподозрил в нём моряка.
– Ну, пятёрку накину! ДА? НЕТ? ДА? НЕТ? ДА? ДА? – почти кричал я.
– Уважаемый, как герою империи, рубиновому, я скину вам сотню, и это максимум, – тут же оправдал мои предположения продавец.
– Гарод, пошли! Он идиот, – потянула меня за рукав Ольча.
– Всё равно много, – заворчала молчавшая Мила.
– Ох, госпожа! – польстил Миле продавец. – Это маг!
Он явно решил, что я покупаю мужика для своей женщины, а вторая моя жена против. И далее уговаривал Милу.
– Да, ранг всего седьмой, но пять лет назад был первый! Быстро растёт, и, говорят, неутомим в постели! – скабрёзно подмигнул продавец Миле.
– Это головная боль, а не раб. А вдруг стукнет ему в голову чего, и поубивает нас? – сказал я.
– Антимагический браслет в комплекте, крепится на лодыжке. А сбежит – найдёте. Вот клеймо магическое!