Сквозь густые кроны деревьев пробивалось солнце, отражаясь в мокрой земле, лужах и бесконечной грязи. Перед нами стоял двухэтажный дом, с каменным первым этажом, и деревянным вторым.
Он казался мне идеальным.
— Пройдём внутрь? — предложила я, добавив с улыбкой: — Приветствую вас в моём доме, милостью Первородной Велирии. Простите, вина не предложу.
Стражники из герцогства усмехнулись, но ничего не сказали. А Яра, в ответ на мою шутку, довольно закивала. Я же продолжала осматривать дом. На первом этаже, к сожалению, были земляные полы — грязные, сырые, с остатками мышиных следов. Они не затвердевали, потому что воздух был слишком влажным, а солнце почти не пробивалось через густые деревья и маленькие окна.
К слову, окна явно когда-то были затянуты бычьим пузырём, но он давно порвался, источая неприятный запах. Я сразу сорвала остатки и выбросила наружу — лучше вообще без «стекла», чем такое зловонное.
На втором этаже было грязно, но деревянные полы можно было подмести и вымыть. Мебель присутствовала, но была полностью прогнившей. Здесь находились три комнаты, и я поняла, что жить в этом доме можно, несмотря на ужасную сырость.
Стражники помогли возницам перенести все наши вещи на второй этаж, так как я решила ничего не хранить на первом. Пока это происходило, Яра и я избавились от всех остатков бычьих пузырей, подмели полы и даже протёрли одну комнату дождевой водой, набранной из сломанной бочки, которую мы нашли за домом. После этого мы приготовили простой ужин, на огне. Кухня в доме была, но я не знала насколько ей можно доверять.
На ночь мы устроились на циновках и связках сена, накрыв их шкурами, и шерстяными одеялами, а стражники заняли другую комнату.
— Что ты думаешь, Яра? — тихо спросила я подругу. — Как тебе это место?
Яра молчала, и я, волнуясь, приподнялась на локте, пытаясь рассмотреть её в темноте.
— Это место твоё? Только твоё? — спросила она тихо.
Я кивнула, а потом поняла, что она, возможно, не видит меня.
— Да. Наше.
— Тогда это самый красивый дом, который я видела в жизни, — довольно сказала Яра, и я снова легла на спину, укрываясь одеялом и чувствуя… счастье.
Завтра… завтра мы начнём превращать это место в дом.
***
Ариадна д’Арлейн
Девушка равнодушно наблюдала за тем, как её мать нервно мечется по залу, длинные юбки скользили по каменному полу. Ее глаза следили за подолом и в какой-то момент он оказался слишком близко к камину, где весело потрескивал огонь.
— Осторожно! — вскрикнула Ариадна, показав на камин, но её мать только раздражённо всплеснула руками.
— Как ты можешь быть такой спокойной? Мы не видим её, не можем контролировать, и в любой момент она может явиться к барону Марлоу и рассказать свои лживые истории!
Ариадна лишь пожала плечами.
— Почему ты думаешь, что он ей поверит? Талира сама решила сбежать, она хочет жить отдельно и открыто не уважает род д’Арлейн. Впрочем, чего ещё ожидать от дикарки!
На самом деле, Ариадну беспокоило не это. Её тревожило, что Талира смогла встретиться с герцогом Дрейгорном. Она боялась, что жена её брата успела наговорить герцогу гадостей про их семью, и теперь шансы Ариадны завоевать его сердце значительно уменьшились. Теоден Дрейгорн был известен своей замкнутостью и избегал пиров, но она надеялась встретиться с ним на скорой свадьбе соседа, виконта Гримсби.
— Мне нужно новое платье и пелерина, мама. Кайрос оставил меня без сезона, но я справлюсь и здесь. Свадьба виконта Гримсби через полтора месяца, я должна быть самой красивой женщиной на этом балу. Красивее невесты!
— Я посмотрю, что можно придумать. Кайрос ещё больше урезал наше содержание — всё из-за этой Талиры! Быстрее бы он вернулся и научил её послушанию. Я проклинаю тот день, когда он решил жениться на бастарде!
Ариадна раздражённо вздохнула, но всё же решилась задать вопрос, зная, что мать была на взводе из-за денег.
— Почему бы тебе не сдать свою вдовью долю?
— Как ты можешь такое предлагать?! — тут же взорвалась Фирруза д’Арлейн. Женщина даже отошла от дочери, нервно разглаживая складки своего батистового платья. — Марис, принеси мне вина, у меня совсем голова разболелась, — произнесла она жалобно, опускаясь на скамейку с мягкой подушкой.
Ариадна не понимала, почему мать не хочет сдать свой вдовий надел, если они всё равно живут в поместье, но решила не раздражать её ещё больше — та и так пообещала найти деньги на новые наряды.
Проклятая Талира, она вновь умудрилась доставить им хлопот. Почему за непослушание жены её брат наказывал любимую сестру?
И что за ургово отродье вселилось в Талиру? Совсем недавно она старалась угодить им во всём: отдала своё содержание на нужды поместья, даже преподнесла маменьке на день рождения подарок, сделанный собственными руками — искусно вышитый и отделанный кусок шёлка, явно отпоротый от её свадебного платья, на который она, скорее всего, потратила несколько дней. Конечно, маменька тут же высмеяла его, заявив, что аристократам не пристало дарить использованную ткань. Но тогда Талира пыталась, и всем казалось, что они начали её понимать. А теперь она словно в одночасье прекратила всякие попытки поддерживать отношения.
— Вот увидишь, скоро Талира приползёт обратно, но будет уже поздно. Она обменяла прекрасный дом в столице, который никогда не заслуживала, на болота, от которых мой муж едва избавился! Может ли человек быть ещё более глупым и невежественным?
Марис, стоявшая неподалёку и подававшая маменьке вино, лишь ухмыльнулась, как будто тоже ждала момента, когда Талира вернётся.
Ариадне было всё равно, вернётся Талира или нет, хотя маменька и брат ждали этого с нетерпением, намереваясь научить её послушанию. Они оба надеялись, что её жалкое существование на болотах станет для неё уроком и она осознает, что без поддержки рода не справится.
Брат не хотел сейчас возиться с проблемной женой, в своих письмах он постоянно сравнивал её с утончёнными столичными дамами и не скрывал ярости от того, что она променяла дом в столице на «Синюю Трясину». Последнее, чего он хотел — это репутации тирана в столице, заставить Талиру жить в поместье, пока его самого там нет, он не мог. А в столицу, по каким-то причинам, он её не вез.
Поэтому брат решил не вмешиваться в происходящее, полагая, что Талира вскоре сдастся и вернётся сама. Он попросил старосту ближайшей деревни присылать отчёты о её состоянии каждые два дня, уверенный, что её пребывание в «Синей Трясине» долго не продлится. Но новости, которые он начал получать, оказались совсем не такими, как он рассчитывал.
Глава 7. Богатства на болотах
Я проснулась до рассвета, поёживаясь от холода — ночи на болоте были куда более суровыми, чем я ожидала. Открытые оконные проёмы не спасали от сырости и пронизывающего ветра. За окном моросил мелкий дождь, который, похоже, здесь не редкость.
Несмотря на холод, я постаралась подняться как можно тише и подошла к окну, стараясь не разбудить Яру. Ночью мы укрылись шерстяными плащами поверх одеял, но даже это не спасало от промозглого холода. Закутавшись до самых ушей, я встречала рассвет.
Это напомнило мне утро моей свадьбы, почти полгода назад, когда, как и сейчас, я смотрела на восходящее солнце с надеждой в сердце.
— Тали? Уже пора вставать? — раздался за спиной сонный голос Яры.
— Нет, всё в порядке. Спи, ещё рано.
Сегодня я планировала осмотреть территорию, обойти всё, что смогу, и определить возможные источники дохода. В голове проносились знания из курса «Выживание и формирование устойчивой общины», который в меня вложили в убежище. Мысли перескакивали с темы строительства на улучшение дорог, с производства на безопасность и экономику общины, но всё это было не то. Курс был рассчитан на создание общины с нуля, где много людей работают вместе, а у нас была совсем другая ситуация.
Мне нужно было быстро наладить производство известного и востребованного товара, чтобы через несколько недель уже начать получать доход. И только потом, имея какую-то стабильность, я начну реализовывать более долгосрочные планы.
Конечно, в крайнем случае мы могли бы продать ещё одну серебряную пластину, но интуиция кричала, что каждый раз, когда нас видят с таким товаром, мы подвергаем себя риску.
Я помнила о судьбе бастарда Веры Стэллан и стремилась избежать её участи.
— Миледи д'Арлейн, мы останемся с вами ещё на два дня… Пока всё спокойно, никого подозрительного. Может, вам нужна помощь? — спросил один из стражников.
Им явно не хотелось провести целый день ничего не делая. Младшему из мужчин было двадцать шесть лет, его звали Ларс, а старшему, Ронану, было более пятидесяти. Оба родились и выросли в деревнях вокруг Калдерры и долго служили в герцогской страже, которая, помимо всего прочего, патрулировала дороги, если землевладельцы платили герцогу за охрану.
Я попросила одного из них сопровождать меня на осмотр территории, а другого — вырубить деревья на востоке и западе от дома, сколько успеет. Яра уже поднялась и занялась завтраком, но я просто схватила хлебную лепёшку, а Ронан взял себе такую же, добавив к ней немного вяленого мяса.
— Как же вы здесь вдвоём-то? — спросил Ронан, и я мвсленно согласилась с его вопросом. Стражники герцогства регулярно патрулировали дороги, и нападения здесь были редкостью, но риск всё же оставался.
— Что вы можете посоветовать? — поинтересовалась я.
Курс по выживанию затрагивал вопрос безопасности, но, в основном, от диких зверей. О защите от людей там почти не говорилось, разве что об установлении специальной должности со смешным названием «полиция» — у нас такой явно не было.
— Я подумаю, что можно предложить, — важно кивнул Ронан, явно польщённый тем, что я спросила его совета.
Территория оказалась неоднородной: большую её часть покрывали холодные, мокрые болота, поросшие тростником, осокой, мхом и папоротниками, порой доходившими мне до пояса. Однако были и участки с проточной водой, а также редкие места, где растительность почти отсутствовала или была совсем другой.