Я пожалела, что затронула больную тему, но Эрно заверил: ничего страшного, нельзя вечно тосковать об утерянном.
— Принимай то, что дают, — философски заключил маг и улыбнулся. — Мне и вовсе нельзя жаловаться — нашёл собеседницу. Теперь и тело не нужно.
— Но с ним всё-таки лучше, — резонно возразила я.
Эрно не стал спорить и помечтал вслух о встрече с каким-нибудь могучим некромантом или личем, чтобы обрести хотя бы бледное подобие былого существования.
Вспомнив о давнем обещании, заверила, что завтра же наведаюсь на кладбище и разыщу могилу Эрно Триглава. Тот сразу приободрился и лукаво поинтересовался, дочитала ли я его записную книжку.
— Ты пользуйся, не стесняйся.
— А можно… Можно мне рисунок оттуда взять? — Нельзя же просто так, без согласия хозяина, вырвать лист и повесить на стенку. Я ведь даже увезти его в Олойск собиралась.
Дух тепло улыбнулся, кивнул и посетовал, что не может сделать рисунок специально для меня.
Выяснилось, Эрно с детства увлекался живописью. Я угадала, он родился в дворянской семье. Родители его не бывали при дворе, жили за счёт натурального хозяйства в имении. Они дали сыну прекрасное домашнее образование, благодаря которому тот смог поступить в Блошскую Академию магии.
— А почему на боевого мага?
Позабыв о времени, я присела на сумку, приготовившись, если потребуется, выслушать всю жизненную повесть Эрно. Абсолютно добровольно — мне действительно было интересно.
Настоящий дворянин, но такой простой в общении!
— Какой мальчишка не мечтает прославиться? — подмигнул Эрно. — Начитался книг, насмотрелся на беды, которые причиняла даже мелкая нечисть и… И докатился до Башни духов.
— Жалеете? — тихо спросила я, снова представив себе живого и невредимого Эрно. Девушки наверняка сохли. Я бы тоже такому улыбнулась…
Дух вздохнул и покачал головой.
— Какая цель боевого мага? Приносить пользу людям. Думаю, на похоронах сказали немало тёплых слов.
Я бы и дальше с удовольствием беседовала с Эрно, но тот вдруг заторопился, попрощался и исчез.
Отряхнув сумку, поднялась наверх и вышла из башни.
Во дворе мне встретился Нар. Мы мило поболтали о том, о сём. Особенно Нара интересовала Ядвига: тот никогда не видел жены Джено, а я обмолвилась, что встретила её.
— Да вы зайдите, сами взгляните, — предложила я.
— Дела, — многозначительно протянул Нар. — Вот, вырвался на часик и опять в поле. И характер у Ядвиги тяжёлый, наслышан. Зачем же Джено нервы её криками портить?
Пожала плечами и в очередной раз подивилась, какими странными бывают мужчины. Никогда не видел — и уже скандалисткой считает. Или это проделки Джено? Оклеветал заботливую супругу… Она ведь о нём печётся, как узнала про беду, тут же сорвалась, приехала…
Нар отправился по своим делам, а я по своим.
Сначала заглянула к Джено. Он недавно пришёл в сознание, ещё не разговаривал и практически не двигался, но радовался посетителям. Ходили к нему все, кроме Нара.
Ядвига встретила меня на пороге и, загородив дверь в комнату мужа, заявила: 'Джено спит, зайдите позже. И лучше не всей толпой — только утомляете!'.
Не став спорить, отправилась домой, готовить обед.
Обычно ещё в прихожей меня встречал голос Вилмы. Она развлекала Иствана, или как она его называла Пишта, разными сплетнями. Не думаю, чтобы некроманта интересовали семейные дела пекаря, но он слушал. Видимо, Вилме дозволялось то, что запрещалось другим. Справедливости ради, она любовно ухаживала за Истваном, всячески стараясь облегчить его состояние.
Некроманта я не видела с той самой ночи, даже совестно стало. Живём в одном доме — а будто в разных городах.
Тихонько поскреблась в дверь и, увидев, что она не заперта, вошла.
В квартире Иствана пахло травами и куриным бульоном. Кастрюля с ним стояла на плите. На столе Вилма оставила миску с салатом — видимо, для себя. Значит, скоро вернётся.
Осторожно заглянув в спальню, улыбнулась лежавшему на взбитых подушках Иствану и спросила, как его здоровье.
Некромант сильно исхудал, осунулся. Скелет, а не человек! Зато, в отличие от Джено, уже сидит, разговаривает.
— Ничего так. Спасибо. Не ожидал такой самоотверженности!
Смутившись, заверила: ничего особенного не сделала. Ведь и вправду, такпоступил бы любой маг.
Истван поманил меня, пригласив подойти: 'Что жмёшься у порога? Я не заразный, вампиром не покусанный'.
Я, с интересом осматривая спальню, подошла, отогнула одеяло и присела на краешек постели.
— Слушай, Вилма таки ушла? — косясь на дверь, шёпотом спросил некромант.
Я кивнула.
— Окажи услугу, поесть принеси. Нормальной еды. А то тошнит уже от бульона, скоро кукарекать начну! — пожаловался некромант.
— Так ведь нельзя вам…
— Рената, пожалуйста, — Истван выдавил из себя улыбку. — Загнусь ведь, одним из собственных подопечных стану. Ну не питаюсь я воздухом, чтобы там целитель ни брехал.
— И ты мне должна, — мстительно напомнил некромант. — По чьей милости я на гать попёрся? И на Авалона не сваливай, диссертация-то твоя.
Поддавшись на уговоры, согласилась поделиться с некромантом собственным обедом. Истван уплетал его за обе щеки, будто не ел неделю. Казалось, он даже тарелку вылижет. Мои котлеты явно понравились, суп тоже.
— Готовишь ты явно лучше, чем колдуешь, — возвращая пустую тарелку, заметил некромант. — Хотя, признаю, в голове что-то есть, иначе бы на болоте валялась. Только в следующий раз не зевай, меня рядышком не окажется.
Надеюсь, следующего раза не будет, мне одного за глаза хватило.
Хлопнула входная дверь, и, будто застигнутый на месте преступления вор, я подхватила грязную посуду и опрометью кинулась мимо Вилмы к лестнице. Подозреваю, та не обрадуется, что некромант нарушил предписанную целителем диету, и устроит грандиозный скандал.
Глава 11
— Ты… ты его убить хочешь?
Вилма нависала надо мной, гневно сверкая глазами. От возмущения она перешла на писк. Истван же, из-за которого я выслушивала бурные обвинения в свой адрес, откровенно наслаждался зрелищем. Некромант грыз яблоко и косился на кувшин, который я не успела унести.
Во всём виновата моя слабохарактерность! Справилась бы о здоровье и ушла — нет же, больного пожалела!
Не знаю уж, чем кормит Иствана Вилма, но на миску с солянкой в моих руках он смотрел жадными глазами бродячего пса.
Аппетит у некроманта оказался зверский. Жуя, он объяснил: обычное дело, восстановление сил, физических и магических, требует хорошего питания.
Я не поленилась, проверила: Вилма не морила некроманта голодом, но потчевала диетическими блюдами и компотом. А Иствану хотелось пива. Собственно, из-за пенного напитка Вилма меня и распекала. Хотя, узнай она о солянке, котлетах, каше со шкварками и прочих вещах, которые тайно съедал некромант днём, когда Вилма помогала отцу в лавке, и вовсе со свету сжила.
Пиво приносить не хотела, понимала: алкоголь вреден для больных, но Истван настоял на своём. В ход опять пошли напоминания, из-за кого он лишён всех радостей жизни, и намёки на мою незаконную рабочую деятельность.
— К гномам ходишь? Ходишь. И не делай такое лицо! Я не слепой и не глухой. По лестнице к тебе разный народ поднимается, о всяких услугах просят. Между тем, налогов ты не платишь, денежки себе в карман кладёшь. Так что пиво — малая плата за моё молчание. В конце концов, Рената, просто так ты принести не можешь? — не выдержав, прикрикнул Истван и скривился: горло всё ещё болезненно реагировало на сильное напряжение связок. — Хоть бы Винс притащился! Его уговаривать не придётся, женщины же… Да лучше снова к упырям, чем попасть в ваши руки!
Обидевшись, пошла за пивом. Заказала самого лучшего. Когда обмолвилась, что для Иствана, трактирщик тут же заявил: 'За счёт заведения!'. Расспросив, выяснила: у того имелся корыстный интерес. Трактирщик хотел попросить некроманта после выздоровления об одной услуге.
Пиво честно разделили пополам. Истван не возражал. Он выспрашивал о делах Башни, особенно интересовался Авалоном, наказали его или нет.
— А вам бы хотелось? — отхлебнув из кружки — в хозяйстве некроманта имелась любая посуда, — нахмурилась я.
Зная Иствана, он первым бы в Службу государственного контроля написал.
— Что ты! Наоборот, не хочу. Авалон — мужик толковый, а место у него — дерьмовое. Тут все места дерьмовые, Рената. Тебя такое же ждёт, если не подсуетишься, — 'обнадёжил' некромант.
— Сами тогда что здесь делаете? — буркнула я и попыталась отобрать у Иствана кружку. Хватит уже ему, спать пора.
Но даже раненный некромант оказался сильнее. Сама не заметила, как упала на кровать, потирая запястье.
Испугалась, не заделала ли локтем сломанное ребро, и подскочила. Но нет, некромант остался цел и невредим. Зато я ударилась ногой о раму кровати. Больно, между прочим, синяк остался.
Истван спокойно допил пиво и глубокомысленно протянул:
— Физическая подготовка хромает. Любой костяк поймает. А работаю я здесь, Рената, потому что государство послало. Частная практика — это хорошо, но постоянный доход — лучше.
— А Джено другое говорили, — мстительно напомнила я. Наплевав на правила приличия, сидела на кровати боком к некроманту и потирала ушибленное колено. Подумала и решила его подлечить: синяки никого не красят. — Мол, достало вас всё, денег мало.
— Мало, — согласился Истван и попросил налить ещё пива.
Когда в спальню заглянула Вилма, она увидела занятную картину: я сижу на постели, на расстоянии вытянутой руки от некроманта, и вместе с ним попиваю пенный напиток.
Реакция оказалась предсказуемой и бурной. Вилма отобрала у Иствана кружку и попыталась взашей выставить меня из спальни, обвиняя в подрыве неокрепшего здоровья жениха.
Не выдержав, сдала Иствана с потрохами. С какой стати я должна всё это выслушивать? Он просил, пусть с невестой и разбирается, или кто она там ему.
— Вилма, чушь не пори! — наконец подал голос подлый виновник скандала. — Рената теоретик, да ещё не общего профиля, как она может некроманта убить? Головой-то думай! И кружку обратно поставь, в кувшине пиво оставалось.