Удивлённо захлопала глазами, пытаясь понять, каким образом эта тирада связана со мной. Уж чего-чего, а я ничего у Иствана не просила, ничего от него не ждала, просто намекнула на вредный характер. Но ведь правда же!
— Вы поссорились? — осенило меня.
Конечно, вот и весь секрет! А Истван выместил злобу на мне, Миклосе и посуде.
Некромант закатил глаза и шикнул на навострившую уши Клару. Девочка мгновенно юркнула обратно на кухню.
— Нет, — неохотно ответил Истван. — И это не твоё дело.
Проигнорировав замечание, посоветовала помириться с невестой, упирая на её заботу и душевные качества. Такие на вес золота — не всякая же станет дневать и ночевать у постели больного, лечить даже против его воли.
Закончить перечисления достоинств Вилмы не успела, испуганно вжавшись в подушки и попытавшись защититься от Иствана здоровой рукой. Куда там! Позабыв о хвори, некромант вернулся к кровати и без объяснений вздёрнул на ноги за горло.
Барахтаться боялась — задушит. Затаив дыхание, молила, чтобы пальцы Иствана не сползли вниз. Пока тот держал достаточно осторожно, растопырив пальцы, но, судя по взгляду, скоро исполнит давнее желание.
Видимо, то, что не доделал инферн, завершит обозлившийся сосед.
— Повторяю один раз, — Истван говорил медленно и постепенно всё выше и выше поднимал над кроватью, заставляя судорожно глотать ртом воздух, — подробно, чтобы отложилось в голове. Хотя если раньше не поняла, шансов мало. Ты здесь на практике, меня твоя практика не касается. Не волнует, с кем бываешь, куда ходишь и чем занимаешься. Если только умирать не соберёшься. И тебя тоже моя жизнь не касается. Или ты соседей по общежитию тоже донимала, полагая, будто делаешь доброе дело? Так вот, мне этого не нужно. Уяснила?
Кивнула и захрипела.
Некромант мгновенно разжал хватку, и я упала на постель, потирая шею.
— Извини, но иначе не запоминаешь, — пожал плечами Истван. — И не надо так на меня смотреть, не убил бы.
Он ушёл, а я ещё долго не решалась пошевелиться. Ненормальные люди, эти некроманты, их успокоительным нужно поить, чтобы не зверели. Конечно, сама тоже хороша, затронула больную тему, но это не повод кого-то душить!
Из кухни робко выглянула Клара, спросила, не позвать ли на помощь.
Улыбнулась и заверила, мы играли. Не хватало ещё ребёнка до смерти напугать!
Желание выйти из дома стало непреодолимым. Как можно лежать в кровати, когда над головой вот-вот разразится гроза!
Ладно, допустим, с Академией что-нибудь придумаю, попрошу Винса записать под диктовку. А вот министерская комиссия… Истван недаром предупреждал о гномах: подработка могла обернуться неподъёмным штрафом. Один выход — попытаться представить всё как работу над диссертацией.
Села, потёрла горло, аккуратно сглотнула. Вроде, уже не так больно, дышать могу.
Преодолев смущение, попросила Клару помочь одеться.
Девочка запричитала: 'Ой, вам нельзя никуда, вы же больная! Мама заругает', но потом согласилась и с радостью зарылась в мой скудный гардероб. Невольно улыбнулась: маленькая, а уже женщина, тянется к прекрасному, хочет нарядить как королеву.
Встала и, не удержавшись, глянула в зеркало. Отпечатки пятерни красовались на положенных местах.
Нет, нужно серьёзно поговорить с Истваном, объяснить недопустимость подобного поведения. Человек ведь, а не нежить, высшее учебное заведение заканчивал. Или сработало правило: 'С кем поведёшься, от того и наберёшься?'.
Если отмахнётся, придётся принять меры. Да, ябедничать нехорошо, но безопасность окружающих дороже. Если это болезнь, её надо лечить. Если свойство характера, беседа с начальством пойдёт на пользу.
Кладбище, безусловно, не способствует развитию доброжелательности, но тот же Эрно после смерти остался таким милым…
Вздохнула и в который раз пожалела, что маг умер. С другой стороны, я ничего не знаю о его личной жизни. Может, Эрно был помолвлен? В его возрасте — вполне. Благородные красивые и умные мужчины высоко ценятся на брачном фронте, за них до крови бьются. Сама в своё время…
Улыбнулась, вспоминая студенческие годы, и отогнала мечты о несбыточном. Это в тринадцать лет вздыхаешь по образам и книжным героям.
Странно, конечно, что не могу воспринимать Эрно как духа. Ненормально это.
Тряхнула головой, отгоняя дурные мысли, и вспомнила о волосах. Взгляд в потемневшее зеркало подтвердил — с такой причёской можно только лежать в постели.
Причёсывать левой рукой спутанные волосы оказалось безумно трудно, но на помощь пришла хитрость.
Десять минут потратила на расчёты, зато продемонстрировала умения дипломированного мага-теоретика.
Клара восхищённо открыла рот, а потом захлопала в ладоши.
Я же с облегчением взирала на то, как расчёска медленно и относительно аккуратно распутывает 'воронье гнездо' на голове. Мне оставалось лишь направлять её и продираться сквозь колтуны.
Кое-как одевшись, отпустила Клару и попросила поблагодарить Ядвигу за вкусный завтрак. Девочка тут же расцвела и пригласила на пироги. Я вежливо отказалась.
Перепрыгивая через ступеньку, Клара с радостью помчалась вниз. Понимаю, сама бы сбежала, если бы родители заставили ухаживать за чужой больной тётей. Ядвига в этом отношении удивила: жёсткая, властная женщина — и вдруг такая забота.
Невольно закралось подозрение: семейная жизнь Джено вовсе не такая, какой кажется. Недаром же он с такой любовью о жене говорил. Ну кто в здравом уме будет столько лет любить стерву? Не такой человек Джено, не подкаблучник. Значит, прячет Ядвига свою нежность от посторонних глаз и тоже любит мужа. В том, что никакой Авалон не убедил бы мать Клары пойти ко мне среди ночи, даже не сомневалась. Джено, и никто иной.
Дверь заперла сама. Силы постепенно восстанавливались, и чувствовала я себя гораздо лучше, нежели час назад. Ничего, прогуляюсь, подышу свежим воздухом, и всё пройдёт.
Из квартиры Иствана тянуло сквозняком. Осторожно заглянув, увидела, как некромант сгребал веником мусор — наверное, разбитую посуду. Истван не стоял, а сидел, спиной к двери, поэтому не заметил меня.
Поколебалась, зайти или нет, но в итоге отложила разговор до вечера.
Квартира Исивана являла собой удручающее зрелище. Некромант, конечно, не чистюля, но не до такой степени! Спальни не видела, но кухня производила удручающее впечатление. Не похоже на обычную бытовую ссору между мужчиной и женщиной. Во всяком случае, табурет Вилма вряд ли бы разломала, а Истван тоже не буйнопомешанный, даже при его страсти к экстремальным способам общения.
Задумавшись, замерла, наблюдая за некромантом.
Нет, определённо, даже в самом дурном настроении человека просто так не назовут ублюдком. Значит, Миклос о чём-то умолчал. Опять задирал Вилму, а Истван сорвался? Миклос тоже иногда не думает, что говорит… Но нет, не сходится. Вилма бы не убежала.
Час от часу нелегче! Одно радует — я ко всему этому не причастна.
Решила не вмешиваться в чужие дела, а при случае выведать всё у Миклоса, вышла на улицу и, обновив обезболивающее заклинание — без него до Башни духов не дойду, зашагала по верешенским улицам.
Родной Межен приучил к стремительному распространению новостей. Провинция не может похвастаться светской жизнью, поэтому горожане сплетничают друг о друге. Любая мелочь становится событием года, а тут нашествие оборотней, инферн, некромант, ранение приезжей аспирантки… Не прошло и пяти минут, как я оказалась в кольце любопытствующих. Все они жаждали подробностей ночных событий, сочувствовали и предлагали помощь. Так я обзавелась десятком рушников, кольцом свиной колбасы и скидкой у местного парикмахера. Клиентов у него не хватало: дамы предпочитали природную естественность, стриглись и брились только мужчины, поэтому несчастный категорически нуждался в рекламе. Ну, а я теперь личность известная.
С трудом отделалась общими фразами и протиснулась через толпу.
Думала, спокойно дойду до башни — куда там!
— А вот и наша Рената!
Меня подхватили в охапку и закинули на плечо. От подобной наглости едва не выронила всучённые сердобольными горожанами припасы, хотела выругаться, но раздумала.
На плече у Денеса оказалось удобно, только по взаимному согласию я предложила повернуться к нему лицом и перекочевала на руки, а потом и вовсе зашагала рядом.
Маг оживлённо рассказывал о событиях прошлой ночи, хвалил за храбрость и хладнокровие. Его интересовало, каким образом я справилась с инферном, пришлось рассказать.
Денес на мгновение нахмурился, а потом улыбнулся.
— Счастливая вы и удачливая. Но больше так не делайте, хорошо? Я об оборотне.
Кивнула и замяла неприятную тему. Что бы там я себе ни говорила, а оборотни опасны, нужно контролировать их размножение и не допускать в города.
Денес заверил, верешенцам не грозит смерть от зубов волкодлаков, и пообещал пустить пыль в глаза засланной комиссии.
— Я их так напугаю, что всех нас героями провозгласят, — подмигнул он.
Улыбнулась в ответ и благодарно пожала натруженную руку. Как же хорошо работать с теми, кто всегда подставят плечо!
За разговорами дошли до Башни духов.
Я ожидала встретить Винса во дворе — он часто там околачивался, по собственному желанию или хозяйственной надобности, — но в этот раз парень не отбывал повинности с тряпкой и ведром, а вместе со всеми сидел в библиотеке. Денес провёл меня туда и приложил палец к губам.
Маги образовали две неравные группы.
Первая сгрудилась вокруг стола.
Авалон сидел, остальные стояли, напряжённо вглядываясь в пространство перед собой. Кристоф и Тибор буквально прильнули к столу. Никогда ещё не видела их такими возбуждёнными! Даже когда писали письмо в поддержку Авалона.
Нар и Винс держались обособленно, у стеллажей, молча наблюдая за происходящим. Они будто не желали мешать.
Денес в нерешительности замер между двумя группами, а потом примкнул к той, что у стола.
Там, над облупившейся лаковой поверхностью, парил Эрно. Все взгляды были обращены на него.