Вернулся лейтенант Вилков и короткими кивками мне и Карлу сообщил, что всё сделано в соответствии с нашими распоряжениями — люди, кони, багаж устроены, караульная служба организована. Мешочек с амулетами на проверку он за спиной Эрика передал миледи Алисе.
Женщины и дети в трактире тоже присутствовали, но большинство путешественников всё же являются мужчинами, а те любят выпить и поговорить. Если вначале, как мы зашли, было относительно тихо, то сейчас здесь шум такой, что приходится напрягать голосовые связки при разговоре. Да ещё и музыканты громкость своего исполнения усилили.
— Рано думать о засаде. — говорю, когда Герберт положил себе в миску грудку. — Завтра с утра отправлю поисковое плетение. Посмотрим, где наши друзья расположились и тогда решим, как действовать.
— Я что-то не знаю? — перестал жевать милорд Вилков.
— Карл расскажет сейчас, а мне уже в кровать хочется. — встаю. — Кто со мной в номере сегодня?
Глава 16
В прошлой жизни пару раз довелось ночевать в гостиничных комнатах при вокзале, кажется, оба раза в Новосибирске. Что тогда толком не смог поспать, что сейчас в новой уже жизни на этом постоялом дворе, даже при том, что в дороге за почти две недели путешествия вымотался основательно. Когда голова оказалась на подушке, даже всё закружилось в водоворот-воронку и потянуло в сон. Ага, не тут-то было. Место оказалось чересчур бойким.
Сначала прибыла колонна каторжан, многочисленный конвой которой устроил разборки по поводу размещения своих подопечных на одной из огороженных под выпас коней полян и собственного проживания, затем подошёл ещё какой-то припозднившийся караван, уже далеко после полуночи подъехала дружина, сопровождающая кого-то важного, а под утро — впрочем, к тому времени меня разбудили — начались сборы в дорогу нескольких обозов.
В общем, ночка та ещё выдалась. Скорее бы в столицу добраться, устроиться и нормально отдохнуть. Не такое это простое дело путешествовать в средневековье. И целительская магия может выручить лишь в плане устранения физической усталости — пару раз в пути не стал себя мучить и накладывал плетения восстановления, пусть и простенькие — но насчёт моральной приходилось справляться самому, так сказать, на волевых. Беда.
Да тут ещё и двое моих телохранителей, разместившихся на топчанах у окон спальни моего номера, оба оказались исполнителями рулад, храпа в стиле тирольских напевов. Спасибо друзьям моим лучшим — Карлу и Эрику — выделили мне самых ловких при бое в ограниченном пространстве бойцов. Позаботились, называется. Ничего, я им тоже когда-нибудь такую же опеку устрою.
Ладно, в Рансбуре высплюсь. И так, считай, треть прошлой жизни проспал, и здесь картинка не изменяется. А с чего бы ей быть другой?
— Ещё два ведра! — командует Юлька в соседней комнате.
Гостиничная обслуга ко мне не допускается. Во второй комнате снятого номера кроме моих девчонок ночевали Ригер, Сергий и Ник с Иваном. Напротив через коридор Карл с Эриком, да и вообще треть этажа занята нашими людьми. Берегут самое ценное, что у них всех есть, своего милорда Степа Неллерского. Похвально, чего уж.
Позволить себе по несколько раз на дню в течение всего путешествия тратить по часу-полтора свою энергию на разведку пути я себе не мог, это сильно, очень сильно бы нас задержало, сегодня же использовать поисковое заклинание, как говорится, сам бог велел. Однако, после моих утренних процедур первым ко мне вошли не Сергий с Карлом, Ригером и Эриком, а Герберт с Алисой, причём, командир второго взвода был зол и смущён.
— У нас проблемы, милорд. — сказал он, смотря в сторону вещевого сундука у стены, размером с большой комод, где ночью в дополнение ко всем остальным шуму и гаму шуршали и пищали мыши. От паразитов в постели я вчера себя предохранил, а от этих пакостных зверьков нет, руки не дошли. — По моей вине проблемы.
Я ещё не обут, сижу на постели в штанах и рубахе. Работать с магией можно хоть голым, а раннего появления миледи Паттер у себя не ожидал, её участия в нашем маленьком военном совете не требуется.
— Куда ж без них, — вздыхаю. — Что там у нас опять случилось? Карл, заходите! Только возьмите табуреты, а то всем тут мест не хватит.
Ответила мне лейтенант-маг, обойдя Вилкова и садясь на один из двух стульев, стоявших возле стола у окна. Мои храпуны уже вынесли свои топчаны и вернули стол и стулья на место.
— Обормот один, Густав Фильт из его взвода, — мотнула подбородком на угрюмого Герберта. — Вчера, чуть выпив, похвастался, что служит и сопровождает самого аббата Готлинского, того самого великого боевого мага и целителя. Вильт уже наказан палками, но слухи разлетелись, и сейчас у крыльца вас будет дожидаться баронесса Гофф.
— Я её знаю? — вздыхаю, принимая от Сергия фолиант, раскрытый на выбранном нами вчера варианте поискового заклинания. — Что-то не слышал вроде.
— Вряд ли. — она посмотрела на ухмыляющегося Карла, который с Ригером и Эриком вошёл в комнату с табуретами в руках. — Одна из тех карет, что мы видели вчера на площадке, это её. У вдовой баронессы Сесилии Гофф единственный сын-наследник восемь лет назад после жёлтой лихорадки, от которой его исцелили, через какое-то время начал слепнуть. Она уже кучу золота отдала целителям. Те помогают, но по прошествии какого-то времени, через пару месяцев или полгода, недуг опять возвращается. Чтобы исцелить окончательно, нужен маг вашего уровня. Думаю, она не даст вам спокойно отъехать. Баронесса настроена решительно. Говорит, на колени встанет, если нужно.
— Нужно. — чувствую, как начинаю злится и придушил это в себе. — Очень мне нужно. Нет уж, обойдусь как-нибудь без её публичных унижений. — мне бы, как там у Сергея Есенина, «прокатилась дурная слава, что похабник я и скандалист», обрести репутацию надменного и недоступного, а не как сейчас добряка. — Ладно, что хоть за вдова-то?
— Лет пятьдесят, я не спрашивала. — пожала плечиками лейтенант-маг. — Сыну лет двадцать. Он пока кое-как видит, но опять слепнет. Денег у них, по моему, уже совсем мало. Дружинники вооружены скверно, да и карета, такое чувство, сто лет без ремонта, хотя одета баронесса вполне прилично, как и её сын. Правда, ни хороших драгоценностей, ни амулетов не заметила. Дешёвку какую-то носят. Наверное и в самом деле на целителей много потратили. Сказать первому взводу, я всё равно сейчас туда иду, чтобы оттеснили их?
В этот момент прибежали девчонки с полными подносами еды, вина и чая — как только умудрились такую гору не обронить по пути с первого на третий этаж? — и принялись накрывать и тот стол, что возле окна, и тот столик, который поставили рядом со мной. Ну, да, плести заклинание не менее получаса, а ещё столько же времени потратим на собственно разведку, если не больше. Так что, лучше совместить приятное и полезное с необходимым.
Послать бы ту вдовую тётку куда подальше, да решаю начать новую жизнь чуть позже. Раньше курить пытался бросать с понедельника, пока болезнь не заставила это сделать посреди недели резко, сразу и навсегда, а теперь вот это вот всё. Чёрт, моя доброта когда-нибудь меня погубит.
— Передай, что я согласен. — морщусь и начинаю вытягивать из источника светло-голубую нить на её полную длину. — Только при условии, что она мне на глаза здесь не попадётся. Пусть через неделю найдёт меня в Рансбуре. Помогу, как появится возможность. Золото не возьму, но намекни, что какие-нибудь варианты ответных услуг с её стороны готов рассмотреть. Пусть сама подумает, чем мне может быть полезна.
Надеюсь, свою вдовью честь она мне не предложит, мал я для баронессы. Н-да, мал да удал. Так, всё, не отвлекаюсь. У-у, а гренки-то вкусные. Хотел рецепт моей Даши подарить этому миру, но тут, вижу, не хуже умеют. Мёда, понятно, Юлька припёрла столько, что всю юстинианскую армию накормить можно. Ага, имперцам сейчас как раз требуется усиленно питаться. Как я понял, краснокожие очень серьёзно настроены, раз решили сразу на два государства напасть. Или они просто, как в прошлые разы, месяц-другой грабежей устроят в отместку за походы к ним в гости и смотаются с награбленным? Ладно, не моё это дело. Нам бы тут со своими делами разобраться, а я чуть короче жгутик оранжевого отделил, чем требуется. Придётся наращивать с помощью белой нити. Ещё пара-тройка минут лишних на работу. Сам себе Буратино.
Эрик поднялся от стола и закрыл окна, одно и второе, на улице после грохота и треска слышен гомерический хохот десятка лужёных глоток. Лейтенант Ромм думает поди, что это меня отвлекает. Ничуть. Лучше бы оставил как есть, а то скоро станет душно. Осень здесь такая осень. Последний штрих. Готово. Активирую.
— Смотрим, наблюдаем, комментируем вслух. — даю распоряжение.
Перед стеной образовался магический иллюминатор ярда полтора в диаметре. Вид на постоялый двор сверху. Вот чего там все ржали — чей-то фургон завалился на бок и почти развалился. Ха-ха, очень смешно.
— На какое расстояние это плетение может отдаляться от нас? — спрашивает, не прожевав завтрак, милорд Вилков.
Все мои магически одарённые помощники любят наблюдать за моей работой. пусть сами они такого количества энергетических оттенков не имеют, зато вторым зрением всё отлично различают.
— До Рансбура не хватит. — отвечаю, направляя обзорное заклинание вдоль тракта в нужном нам направлении, стараясь вести его зигзагами. — Но дотянется почти до самых предместий, может три-четыре мили не хватит. Там-то точно нападать не станут. Впрочем, сейчас ведь сами всё увидим?
Первым делом наблюдаем выходящую за рогатки колонну каторжан, тех самых, чей конвой мне не дал толком поспать. Ну, не он один, но, тем не менее. В округе двух миль ничего интересного нет, а вот дальше, когда дорога углубляется в лес, оставляя справа от себя баронский замок с парой прижавшихся к нему небольших деревень, видим обоз из одиннадцати крестьянских телег, гружёных сеном, движущихся в направлении Рансбура. Я останавливаю заклинание и начинаю снижать высоту обзора.