— Конечно. — улыбнулся дядя Курт. — Тебе лишь нужно будет убедить виконта, чтобы он встал на правильную сторону. А частности я с ним обговорю.
Логично, чего тут скажешь. В деятельности церкви и орденов много всяких нюансов, о которых я пока не имею ни малейшего представления. Вот согласится прецепотр со мной, и что? Соберёт братьев-молящихся и побежит штурмовать королевский дворец? Наверное нет. Поддержка будет выражаться в чём-то другом. Да. Вот и узнаю.
— Так конечно же будет лучше. — соглашаюсь, и тут же меня прострелила мысль о первой теме нашей беседы. — Подождите. Ника, а когда узнали о намерении Филиппа сочетать браком Гарри и Хельгу?
— Вчера. — удивилась моему вопросу. — Я разве не сказала? Вчера утром голубь прилетел кардиналу. И переполох поднялся знатный. Сначала в его дворце, а потом и в королевском. На Эдгара страшно было смотреть, а не то что попадаться ему на глаза. Мой вчера благоразумно исчез, отправившись в замок Рош, где сейчас смотрят силы молодых одарённых дворян, кому из них просто боевыми офицерами-командирами стать, а кому войсковыми магами. И почему тебя вопрос со временем интересует?
— Да так. — машу рукой, и хмыкаю, представляя, как я их сейчас удивлю. — Тогда понятно, почему очередное покушение на меня не отменили. Узнай Эдгар раньше, что теперь не я главный претендент на руку принцессы Хельги, остался бы я без трофея в виде десятков ротных стреломётов.
— Покушения? — воскликнули одновременно мои дядюшки.
— Что, опять⁈ — разозлилась тётушка. — Как и когда это случилось? Почему сразу не сказал?
Глава 21
Лично отправился проводить родственников к их транспорту. Эрик к тому времени умудрился загнать во двор и разместить там обе кареты и паланкин дяди Курта. Прелат с вице-канцлером начали спуск по лестнице впереди нас с баронетой Никой и вполголоса что-то обсуждают. Занятый беседой с тётушкой, суть их разговора не улавливаю, но и так понятно, что он вертится вокруг провалившегося на меня очередного покушения. Да уж, обрадовал я гостей своей новостью, до сих пор прийти в себя не могут. Мне же произошедшее уже не интересно, было и было, теперь мой ход. Спускать королю его подлости не собираюсь, хотя пока не знаю ещё, как именно с ним расплачусь. То, что обстоятельства изменились, и теперь Эдгар от меня скорее всего отстанет, его от ответственности не освобождает.
— А ты чего хотел? — Ника шагает на ступеньку раньше, и, хотя я лишь на пару сантиметров её выше, оборачиваясь, задирает голову. — Сам мог бы догадаться, твоей девочке среди потомственных дворян, тем более, молодых, амбициозных, просто не будет. У меня брат, старший, учился в университете, давно, правда. Рассказывал, какие там интриги плетутся. Не всякий заговор может с ними сравниться. Но сейчас положение Берты можно исправить. В Кранце и на Итерике в целом такое происходит, что Ульяну не до неё. Наказующие про неё забыли. Пока, во всяком случае. — мы с ней чуть задержались в холле, когда Андрей с Куртом уже вышли на крыльцо. — Вспомнят, конечно, но к тому времени будет поздно уже, если ты не станешь затягивать с тем, что решил.
— Я решил? — не сразу понимаю, о чём она. — Напомни.
Баронета с удивлением посмотрела на меня, усмехнулась и мотнула головой как та кобыла, разве что не фыркнула.
— Степ, ты ведь хотел её забрать к нам. — напомнила. — Пусть в храме даст вассальную клятву.
— Точно. — стукнул себя ладонью по лбу. Вот ведь осёл, замотался тут со своими делами — покушения, изобретения, творчество, войны, поездки, церковное служение, интриги, расследования, то, сё, и совсем упустил момент, что давно пора Берту брать под своё крыло. — Завтра же, нет, завтра не получится, послезавтра поведу в церковь.
— Нет, Степ, не так. — Ника берёт меня за рукав, и мы с ней идём к двери, распахнутой перед нами рабом. — Одно дело вассал милорда, пусть даже и такого прославленного, а совсем другое вассал рода Неллеров. Понимаешь? Это совсем другой статус. Ты далеко, а наша многочисленная и влиятельная родня тут в столице, и это не королева-мать, которой не пожалуешься на мелкие пакости и уколы одногруппников. Это десяток умелых клинков, которые могут быть пущены в ход в её защиту хоть днём, хоть ночью, хоть зимой, хоть летом. Это помощь в любой момент хоть золотом, хоть сахаром, хоть советом, хоть действием. В общем, клятву она должна давать не тебе, а Джею.
— Ехать в Неллер?
— Создатель, да не нужно ей никуда ехать. — объясняет мне как несмышлёному тётушка. А чего она хотела? Я ж не волшебник, я только учусь, ну, в смысле, мне ещё во все тонкости феодальных правил и порядков только предстоит вникнуть. Когда сталкиваешься с чем-то конкретно, тут же куча нюансов каждый раз выползает на поверхность. — У Андрея — Курт лицо духовное, он формально принадлежит Создателю, а не роду — есть делегированное право принимать вассальные клятвы Неллерам. Правда, оно пока за подписью кузины, но, думаю, канцелярия Джея уже выслала новый. Андрей! — кликнула она с крыльца вице-канцлера, стоявшего у паланкина с прелатом. — Тебе агреман от нашего нового главы рода доставили?
— Нет, Ника. — мотнул тот головой. — Но на следующей неделе привезут. С баронетом Руодом передали. Там в канцелярии неразбериха была, как обычно, при смене власти, потому и затянули с этим. А ты с какой целью интересуешься?
— Степу нужно. Он объяснит тебе потом. — не стала сейчас вдаваться в подробности Ника и опять посмотрела на меня. — Когда твоя девочка станет не просто миледи из Новинок, а вассалом могущественного рода, много ртов заткнётся. Нет, безумные и наглые, кто рискнёт испортить с нами отношения, всегда могут найтись, но это будут уже единичные случаи, с которыми легко разобраться. Обними-ка тётушку перед расставанием. — раскинула она руки в стороны, а когда я прижался к её пахнувшему цветочными ароматами телу, удивлённо спросила: — Что это?
Я обернулся. На крыльце стояли мои девчонки и одна из новых служанок, все три держали в руках по коробке, сделанные из ДСП. Не знаю, насколько соответствует продукция моей пилорамы земному аналогу, но благодаря алхимической пропитке, придуманной братом Симоном с его коллективом и конечно же моему таланту, подавшему саму идею такого материала, получилась достаточно лёгкая и крепкая конструкция.
— Это мои дары вам, родные. — скромно улыбаюсь. — Дома посмотрите.
Не сомневаюсь, что внутрь коробок они заглянут ещё в каретах. Дядюшка Курт, понятно, в паланкине. Каждый увидит там одинаковый набор из новой модели готлинских ходиков, складной подзорной трубы, книги моих сказок, блокнота в кожаном переплёте с тиснёным гербом нашего рода и чернильницы-непроливайки. Хотелось бы, чтобы там ещё нашлись перьевые ручки, да вот беда, у меня в монастыре не нашлось мастера, кто мог бы сделать тонкую работу с металлами, как там тот паркер, так ещё и качество чернил оказалось не соответствующим этому направлению прогресса. Да, надеюсь конечно на лучшее, но в будущем, а пока только так. Еще в коробках по большой серебряной банке леденцов, а для тётушки — отдельно и дополнительно — красивая сумочка, пудреница с зеркальцем и маникюрный набор в золотом футляре. Вот обрадуется-то модница.
— Что там? — не сдержал любопытства прелат, но голову вытянул не к своей коробке, протянутой Юлькой, а в сторону тех, которые предназначались Андрею и Нике.
Ну, пусть смотрит. Там всё равно закрыто на манер посылочных ящиков. А так-то, в целом, мы очень дружный род, но только в тех случаях, когда надо плечом к плечу или спиной к спине отбиваться от чужаков или оттеснять соперников от кормушки, в остальном же всякое случается — и ревность, и зависть, и неприязнь: мы Неллеры тоже ведь люди и ничто человеческое нам не чуждо.
Даже сегодня перед уходом гостей между ними немного искрило. И прелат, и вице-канцлер, и, тем более, баронета успели составить целые списки желающих получить великое исцеление от их родственника милорда Степа. Там дело даже не в деньгах. Можно иметь всё золото мира, но как добиться, чтобы бастард Неллеров согласился хотя бы принять и выслушать? Только если кто-то окажет протекцию. Разумеется у моих родственников имеются знакомые, кому они чем-то обязаны или от кого хотят получить какую-нибудь взаимную услугу. При этом понимают, что у меня нет ни физической и магической возможности, ни времени помочь всем страждущим.
Родных я успокоил, не дав им вступить в спор, предложив назначить пока по одной кандидатуре на исцеление от каждого, а дальше уж как пойдёт. Вызванный к гостиной Сергий записал имена и титулы кандидатов в пациенты, а я пообещал сразу же сообщить, как только у меня появится возможность их принять.
— Увидишь, дорогой дядя. У вас там почти одно и тоже у каждого.
Проводив родственников, какое-то время постоял на улице, выйдя за ворота. Надеюсь, они не подумают, что я сделал это, чтобы убедиться в их отъезде. Просто не спешил в особняк, где меня ждёт работа, и магическая, и творческая. Мне всегда самое сложное — начать, именно поэтому, часто ищу поводы оттянуть момент погружения в дела. Сейчас тоже причина быстро нашлась, Лаврентий, один из моих бойцов сунул кулаком в лицо нашему дворовому, а он же не мой личный, можно сказать, арендный. Ещё мне не хватало тратить магическую энергию на исцеление обслуги. Понятно, Леон Рофф рекламацию за порчу живого имущества мне не выставит, но я сам не люблю пользоваться своим положением, чтобы безвозмездно наносить ущерб тем, кто мне помогает. Раб, правда, оказался сам виноват. Налетев на Лавра, когда тащил воду из колодца, выплеснул ему её за голенище сапога, да так прилично, не пожадничал.
Происшествие напомнило мне о желании заняться развитием своих умений в рукопашных схватках.
— Эрик, оставь. — с крыльца зову лейтенанта за собой. — Разобрались уже. Лаврентий так больше не будет делать. Без приказа командиров. Дело есть.
В прошлой жизни, будучи школьником, не раз приходилось участвовать в драках, как с товарищами, так и, как говорится, улица на улицу или район на район. Времена были сложные. А хотя, когда они простые? Серьёзно же заниматься рукопашным боем мне довелось только полтора года, когда в пятом-шестом классе ходил на секцию карате. Жаль, что наш тренер оказался участником банды. Кого-то возле заводе Электросталь они забили до смерти, то ли одного из своих коллег из конкурирующей банды, то ли коммерсанта, не захотевшего платить. В общем, отправился наш наставник на нары, а секцию разогнали.