Победа будет измеряться числом выживших.
Намир проводил проверку систем челнока, когда услышал, что вошла Челис.
— Я должна улететь на первом же транспорте, — сказала она. — Предложение еще в силе, вы можете лететь со мной.
— Не могу, — ответил Намир, изучая отчет системы диагностики на терминале мостика. — В первую очередь я должен доставить домой Горлана.
Капитан вызвался помочь координировать действия пехоты Альянса на случай, если базу блокируют до завершения эвакуации. Это упрощало выбор Намира: что бы там ни было, его приоритетом оставалась защита Сумеречной. Долг превыше всего.
— Сражение может и не состояться, — сказала Челис. — Хот далеко от ближайших имперских гарнизонов. К тому же капитан Ивон сам может о себе позаботиться.
— Вы и правда считаете, что Империя может не прийти? — с сомнением спросил Намир. Он проверял диагностический отчет на наличие предупреждений, а все прочее сейчас было ерундой.
— Я не стала бы это выяснять. Вы знаете, где меня найти. Если больше не увидимся, то желаю удачи, сержант.
Аванпост периметра Дельта стоял далеко к северо-западу от базы «Эхо», в сотне метров от ее энергетического щита, на самой границе зоны связи, да и то при ясной погоде. Он представлял собой лазерную турель с расчетом из трех человек, окопа, вручную проложенного во льду, и горстки огневых точек легкой артиллерии. Такой аванпост Сумеречная могла взять за минуту во время хорошо спланированного рейда. Он был обречен на уничтожение. Против того, что могла выставить Империя, ему было не выстоять.
Но что нельзя остановить, то можно замедлить.
Намир, Роджа и Клюв стояли над окопом, прижимаясь друг к другу, чтобы меньше мерзнуть. Рядом два солдата с базы «Эхо» устанавливали на треноге пушку, пока еще трое занимались прикрытием турели. Падал снег, но не слишком густой, чтобы снизить видимость или нарушить связь. Намир не был уверен, к добру это или к худу.
В наушнике затрещали разряды.
— Из гиперпространства выходит флот звездных разрушителей, — прозвучало в ухе. — Держите ушки на макушке, аванпост Дельта.
Флот звездных разрушителей? Намир и прежде видел эти массивные корабли — огромные клиновидные дредноуты, по сравнению с которыми «Громовержец» казался карликом, — но никогда больше одного зараз. Он видел, как один-единственный звездный разрушитель превратил город в кратер дымящейся жижи; видел, как плавились небоскребы и горел камень. Для Сумеречной один такой корабль был достаточным поводом покинуть планету.
Взглянув на Намира, Роджа принялся забрасывать его вопросами. Как быстро разрушители достигнут Хота? Как быстро корабли смогут покинуть базу? Слушая его вполуха, Намир лишь качал головой. Горлан мог знать ответ, он — нет.
Клюв избавил его от необходимости отвечать, тронув Роджу за плечо и показав на юг. Через мгновение небо замерцало, как мираж. Затем эффект исчез.
— Энергетические щиты на полной мощности, — сказал Клюв. — Эта штука довольно долго может выдерживать бомбардировку. Теперь имперцам придется десантироваться.
Значит, наземное сражение. Это было лучше орбитальных бомбардировок, но не радовало.
Намир, Роджа и Клюв передавали друг другу макробинокль, осматривая горизонт сквозь снегопад и следя за затянутым облаками небом. Роджа первым заметил корабли — невероятно высоко среди снежных хлопьев виднелись черные точки. Сквозь окуляры макробинокля Намир увидел, что каждый корабль под брюхом несет огромный, увесистый металлический предмет.
— Крейсеры класса «Гозанти», — сказал Клюв, возвращая макробинокль. — Несут шагоходы.
— Ты уверен? — спросил Намир.
— Закреплены под шасси. Вряд ли это что-то другое.
— Докладывай, — сказал сержант.
Клюв кивнул и застучал кнопками комлинка.
Аванпост Бета первым подтвердил присутствие войск на поверхности планеты. Как и говорил Клюв, Империя действительно высадила шагоходы: АТ-АТ, четырехногие гиганты, по сравнению с которыми машина, уничтоженная отделением Намира на Коерти, была игрушкой. Там был разведывательный АТ-SТ, смертоносный для пехоты, но уязвимый для легкой артиллерии и хитрой тактики. У АТ-АТ таких слабостей не было.
— Если такая штука полезет на нас, то в лепешку растопчет, сколько бы мы в нее ни стреляли. — Роджа помотал головой, но в его голосе не слышалось паники. Он просто констатировал факт.
— База «Эхо» обещала поддержку с воздуха, — сказал Намир. — Если тут одни шагоходы, мы отступим. Если что-то еще…
Что-то мелькнуло в воздухе, слишком быстро, чтобы Намир отследил источник. Возможно, лазерный огонь, но откуда?
Намира окликнула одна из солдат базы, сидевшая в том же окопе метрах в десяти от него. Она махнула ему рукой и заговорила в комлинк.
— Ионная пушка, — услышал Намир. — Командный центр говорит, что первый корабль ушел.
Роджа осклабился:
— Еще немного, и мы сами полетим домой, а?
Намир медленно улыбнулся, глядя в небо, словно мог увидеть разогнавшийся до скорости света транспорт.
— Все гораздо лучше, — сказал он.
Клюв расхохотался, а Роджа смутился. Намир обнял его за плечи и прижал к себе на мгновение, усмехнувшись, прежде чем отпустить его.
— На этом транспорте была губернатор Челис, — сказал Намир. — Забудьте Коерти, забудьте все это чертово стратегическое совещание. Эта женщина приносит неудачу, а потому это самое лучшее известие, которое мы слышали за много месяцев!
Аванпост Бета был уничтожен первым, снесен начисто полудесятком лазерных разрядов из похожих на жвала пушек имперского шагохода. Через макробинокль Намир видел красные и оранжевые всполохи на фоне снега. Когда шагоход брел вперед, под его ногами мелькали голубые вспышки — бесконтактные мины, установленные персоналом аванпоста Бета, совершенно бесполезные против массы шагохода.
Картина должна была вселять ужас, и, в общем, так оно и было. Враг превосходил повстанцев числом и имел впечатляющее техническое преимущество. По словам Роджи, повстанческая наземная артиллерия не могла пробить броню шагохода. В лучшем случае прицельный выстрел мог бы повредить вооружение машины, но удар его ноги с поршневым приводом для органической цели был не менее сокрушителен.
Но вместе с ужасом в груди Намира разгоралась странная теплота. Последние недели он провел бесцельно, блуждая по пыльным металлическим лабиринтам, из которых еще до конца не выбрался. Сражение на Хоте, вероятно, безнадежно. Возможно, он погибнет. Но это была битва, а сражаться он умел.
Шагоходы направлялись к главным генераторам базы «Эхо». Их разрушение приведет к отключению силового щита, а без него сама база и все корабли, которые не успеют улететь, окажутся беззащитны перед звездными разрушителями. «Защищать генераторы», — последовал приказ сверху, и это стало первой задачей повстанческих войск. Защищать генераторы. Держаться насколько возможно. По необходимости — отступать.
Аванпост Дельта находился на западном фланге предполагаемого маршрута шагоходов. Тут уже начинались варианты: если шагоходы проигнорируют угрозу со стороны аванпостов, солдаты Намира смогут ударить машинам во фланг, когда те будут проходить мимо. Он прокручивал в голове возможные сценарии, наблюдая за паром, который выдыхал изо рта. Есть ли какие-нибудь щели в броне шагоходов, сбоку или снизу? Могут его люди послужить наводчиками или оказать огневую поддержку воздушному прикрытию повстанцев?
— Сержант!
Один из солдат «Эха» — женщина, которая сказала об уходе транспортного корабля, махала ему рукой.
Он пробрался к ней по снегу:
— Что там?
— Командование передает, что снеголеты вступили в бой с шагоходами. Пока не удалось причинить им вреда, но продвижение замедлилось.
Намир кивнул, глядя на северо-восток и пытаясь разглядеть ход сражения, но он не увидел ничего, кроме темных пятен на горизонте.
Женщина продолжала:
— Сэр, плохо то, что Империя выслала разведывательные группы. Войска идут в нашем направлении.
Ну конечно. В имперском командовании дураков нет. Они не дадут ударить шагоходам во фланг, если есть такая возможность.
Намир хотел приказать персоналу Дельты рассыпаться, оставить турель, траншею и артиллерию в качестве приманки, а самим устроить засаду. Лобовое столкновение с превосходящими силами противника противоречило всем его инстинктам.
— Готовьтесь, — сказал сержант и спрыгнул в окоп.
Приказ был держаться сколько возможно. Он намеревался выполнить его в точности.
Разведывательные группы Империи состояли из пары артиллерийских гравиплатформ и сопровождения в виде АТ-SТ. На каждой платформе было около пяти штурмовиков в броне, какой Намир прежде не видел, — ослепительно-белой и почти незаметной на снегу. Это были не скелеты, а призраки. И, как он подозревал, одетые более соответствующе погоде, чем они сами.
— Турель и артиллерия — в первую очередь бить по платформам, — сказал он в комлинк. — Они хотят, чтобы мы целились по шагоходам, а сами прорвутся, выгрузят войска и опрокинут нас. Не дайте им такого шанса.
Солдаты «Эха» не спорили. Роджа и Клюв засели в окопе. Намир проверил свою винтовку — А280, которую ему выдали вместе с зимней униформой и которой он никогда прежде в бою не пользовался, — и уставился на горизонт.
После того как враги оказались в зоне поражения, их план продержался всего секунд десять. Артиллеристы, в соответствии с приказом, нацелились на одну из платформ, даже когда АТ-SТ двинулся вперед, взбивая снег тонкими металлическими ногами. Первая платформа вспыхнула огненным шаром вместе с пассажирами, но вторую артиллерия пропустила, промазав метров на пять. Штурмовики спрыгнули на землю и устремились к аванпосту.
Намир, Роджа и Клюв стреляли по АТ-SТ со своих разнесенных друг от друга позиций в окопе. Их целью было отвлечь экипаж, заставить шагоход сменить цель и дать турели шанс на еще один выстрел. Шагоход не отвлекся, но отступил и выстрелил по турели, разметав по льду металл, пепел и пламя. Намир был уверен, что три артиллериста погибли мгновенно, испепеленные плазмой или раздавленные стенками турели.