о собирались поболтать с Арахной. Может, ей что-то известно про артефакт.
Я мысленно застонал.
– Арахна предупредила меня, что на какое-то время исчезнет!
– Но ведь это произойдет только через несколько дней, да? Если я ее попрошу…
Я вздохнул. Лона – одна из немногих, кого Арахна готова принимать в своем «салоне».
Но как же мне не нравилось, что возле Лоны крутится Мартин!
– Ты не заметила ничего необычного?
Мой вопрос потонул в каком-то шорохе. Мартин опять подал голос.
– Подожди минутку, – обратилась к нему Лона. – Алекс, извини, что ты сказал?
– Не бери в голову! – заявил я. – Приходи в магазин при первой возможности, ладно? Мне нужно с тобой увидеться. Надо побеседовать с глазу на глаз.
– Хорошо, – согласилась Лона. – Но мы с Мартином… очень заняты! Давай я тебе позже перезвоню?
Меня уже тошнило при упоминании имени Мартина.
– Конечно.
Мартин принялся что-то лопотать, но я опять ничего не разобрал.
В ухе раздались гудки: Лона уже отключилась.
Я мрачно уставился на экран мобильника и спрятал телефон в карман.
Спустившись вниз, я закрыл магазин и отправился гулять. Быть может, физические упражнения помогут мне мыслить здраво.
Лондон бурлил вечерней суетой. Я пересек канал и направился по Кентиш-Таун-роуд, наблюдая за сплошным потоком машин. Автомобили извергали выхлопные газы, но мне было все равно.
Через какое-то время я поймал себя на том, что ноги несут меня в Хэмпстед-Хит. Когда меня что-то беспокоит, я отправляюсь обсудить причину своей тревоги с Арахной. Но сейчас Арахна затаилась в подземном лабиринте или занята с Лоной, а у меня не было ни малейшего желания встречаться с Мартином. Развернувшись, я направился в южную часть парка, а не в тот глухой уголок, где находилась пещера Арахны.
Наконец я добрел до Парламентского холма. Взобравшись на его вершину, я сел на скамейку, обращенную на юг. Вид отсюда открывался живописный, и листва деревьев не мешала мне любоваться Лондоном. Небо вспарывали остроконечные стрелы небоскребов Ливерпуль-стрит, а по правую руку виднелся некрасивый угловатый корпус Королевской больницы. Вдалеке слева возвышались башни «Канареечного причала», на таком большом расстоянии они казались приземистыми и коренастыми.
В домах зажигались огни.
«Увидев», что у меня вот-вот заверещит телефон, я заблаговременно достал его из кармана. Я испытал некоторое разочарование, увидев на экране имя Зонда, однако ответил после второго звонка.
– Привет, Зонд!
– Привет. – В голосе Зонда прозвучала тревога. – Хорошо, что ты на связи, Алекс!
– Я разыскал кое-какие книги.
– Что?
– Те, которые ты просил: про «обезьянью лапу»!
– О чем?.. Ах да… Конечно.
– Ладно, Зонд. Похоже, у тебя какие-то проблемы. Выкладывай, не тяни.
Хотя Хэмпстед-Хит погружался в темноту, на холме еще оставались люди. Мимо меня пробежал спаниель, уткнувшись мордой в землю и виляя обрубком хвоста.
– Ты взвинченный, Зонд.
– Ага, – согласился Зонд и вздохнул. – Мы договорились, что я должен кое-что проверить. Ты не забыл про это, Алекс?
– Ты имеешь в виду не только «обезьянью лапу»…
– Угу.
Мысленно вернувшись к тому разговору, я вспомнил.
– Насчет Мартина!..
– Да.
– Ты говорил с Лоной?
– М-м-м… – замялся Зонд. – Она заявила, что очень занята.
Ясно.
– И что?..
– И я… э…
– Ты все равно отправился вынюхивать. Если честно, Зонд, меня это нисколько не удивило. Сам я, наверное, поступил бы точно таким же образом.
– Да, – признался Зонд.
Судя по эху, он находился в помещении.
– Ты у Лоны дома?
– Угадал.
– Надеюсь, ты не взломал дверь?
– Нет! Ну… не совсем.
– Зонд!..
– Но внутрь я не заходил! Сначала я решил дождаться Лону, но…
– Не дрейфь, приятель. – Я понимал, что, если дать Зонду волю, он собьется на что-то несущественное, а у меня не было никакого желания выслушивать подробности. – Что ты нашел?
– Ну… я засек следы Мартина. Он позвонил по телефону.
– Что, прямо сейчас?
– Нет, в субботу вечером.
– В субботу… И ты подслушал?
– Да, несколько минут назад.
Когда речь идет о магии времени, трех времен для глагола явно недостаточно.
– И с кем же Мартин беседовал? – спросил я.
– С Белфасом.
– Что? – Я встрепенулся.
– Мартин ведь не должен работать на Белфаса, да? – встрял Зонд.
– Не должен. Но он у него в команде?
– Ага. Мартин доложил о том, что произошло, и сказал, что направляется на встречу с ним. Имеется в виду, в тот момент.
Я пытался сосредоточиться. Мне недоставало самой важной детали.
– О чем Мартин докладывал Белфасу?
– О Лоне.
Я сглотнул.
– Мартин говорил, что провел вечер с Лоной, и все идет как по маслу, – выпалил Зонд. – Потом он что-то сказал про два или три дня. И добавил, что он практически у цели.
Два или три дня, если считать от субботы, будет… сегодня.
– Зонд, мне пора! – перебил я его.
– Что случилось?
– Лона повела Мартина в пещеру к Арахне! – пояснил я и вскочил со скамейки. – Узнай что-нибудь еще, но будь крайне осторожен.
– Понял. – Зонд помолчал. – Алекс, как ты считаешь, что за игру ведет Белфас?
– Понятия не имею, но, полагаю, ответ мне придется не по душе. Я должен найти Лону, и тогда я тебе звякну.
– Заметано.
Зонд отключился, а я позвонил Лоне и напоролся на ее голосовую почту. Я попробовал еще раз – с тем же результатом. Вероятно, Лона уже находилась в «салоне» Арахны.
А значит, плохи дела!
Однако я заставил себя идти быстром шагом и не стал мчаться к оврагу. Мне следовало хорошенько подумать. Не могло быть и речи о том, что это случайное совпадение. Мартин и Лона, Меридит и я…
У меня в голове шевельнулась пугающая и жуткая мысль, заставившая меня вздрогнуть. Я постарался представить себе, как может обойтись с Лоной «большой босс» Белфас. Проклятие Лоны по-своему могущественное, но оно не служит никому, кроме нее. Если бы Белфасу требовалась магия случая, он нашел бы другого персонажа. Неужели все это затеяно только ради того, чтобы выйти на меня? Вряд ли, ведь Мартин почти не общался со мной…
А если у Лоны есть нечто такое, что нужно Белфасу? Но что конкретно ему понадобилось? Сицилийское проклятие?.. Нет! Что за чушь! Статус? Но у Лоны нет статуса в нашем сообществе.
Между тем Белфас втянул в передрягу и меня…
Может, Белфасу хочется заполучить нечто такое, что есть у нас обоих? Но что общего у нас с Лоной?
Я продолжал размышлять. Нам с Лоной известно про «веретено судьбы». Однако это никак не стыкуется с тем, чем занимались Рэйчел и Пепел.
К тому же теперь этой историей уже никого не удивишь. Мы оба знакомы со Звездным Ветерком – хотя, нет, связь с первозданной есть только у меня.
А «портниха» Арахна? Мы с Лоной принадлежим к горстке тех немногих людей, которым Арахна доверяет настолько, что может впустить их в свое логово.
Но сейчас туда может проникнуть Мартин!
Я едва не споткнулся.
Арахна. Магическое существо.
Технология, которой пользовались Рэйчел и Пепел.
И теперь она есть также и у Белфаса.
– Чтоб тебя… – пробормотал я себе под нос.
И побежал к оврагу.
Мне потребовалось десять минут, чтобы преодолеть расстояние. Меньше пяти минут я потратил на то, чтобы сложить все детали головоломки воедино.
Причем половину этого времени я клял себя последними словами за тупость. Я ведь чувствовал, что Белфас темнит. Разумеется, он не хотел, чтобы Рэйчел и Пепел завладели бесценной информацией. Главным «сборщиком урожая» собирался стать только он, Белфас.
Теперь Белфас получил то, что ему нужно, и ему требовалось лишь «малость» – магическое существо, на котором можно будет испытать метод Джадана.
Но Арахна проницательна и мудра. Когда она почует угрозу, то сумеет обезвредить противника.
В своей пещере, окруженная амулетами, она практически неуязвима. Но если Мартин вторгнется туда в компании Лоны, которую Арахна считает своим другом, то это в корне меняет ситуацию. Арахна встретит Мартина с распростертыми объятиями, а он, образно говоря, воткнет ей нож в спину.
Я похолодел. Ведь Мартин уже успел присвоить себе «обезьянью лапу»! Артефакт сделает его невосприимчивым к магии Арахны, и Мартин, конечно, использует свой шанс. Может, он вызовет подмогу, и люди Белфаса довершат грязное дело.
Когда я добрался до оврага, наступила ночь. В Хэмпстед-Хит воцарилась тишина, нарушаемая лишь отдаленным гулом машин.
Подкравшись к оврагу, я осторожно выглянул из-за деревьев.
Сперва я таращился в темноту, но когда я убедился в том, что зрение меня не обмануло, у меня внутри все оборвалось.
Корни деревьев расплелись: вход в пещеру Арахны оказался открыт.
Мой взгляд привлекло что-то в траве. Я бесшумно шагнул вперед и подобрал эластичную ленту для волос. Несомненно, она принадлежала Лоне – на ней мерцал серебристый туман проклятия.
Мне следовало поскорее убраться восвояси. Этого требовало благоразумие. Но я не мог бросить Арахну и… Лону.
В итоге я, не раздумывая, начал спускаться вниз.
Внезапно до меня донесся какой-то шорох.
Перед зияющим зевом пещеры Арахны маячила чья-то тень, к которой я и направлялся.
– Меридит, – тихо произнес я, обращаясь в темноту. – Нам нужно поговорить.
Тень шевельнулась. Раздался негромкий щелчок, и тусклый огонек осветил бледное и испуганное лицо Меридит.
– Что ты тут делаешь? – прошептала она.
Я шагнул вперед.
– Меридит, кто сейчас находится в пещере?
Она попятилась.
– Я… Там никого нет.
– Меридит, хватит играть со мной, – произнес я.
– Я не должна… – Меридит осеклась.
Я кивнул.
– Ты стоишь на страже и отваживаешь посторонних, пока Белфас занят своим черным делом. – Я шагнул ближе. – Ладно, я упрощу твою задачу. Где Лона?