Однако ничего подобного не произошло. Внезапно движения голема стали заторможенными, и монстру потребовалась целая секунда, а то и две, чтобы выстрелить. Энергетический разряд вылетел из дула, как в замедленной съемке, постепенно ускоряясь. Когда разряд достиг своей настоящей скорости, Лона уже находилась в противоположном конце зала, и огневой поток пробил лишь дыру в полу.
Оглянувшись, я увидел в дверях Зонда. Прищурившись, он смотрел на голема. Как только мой магический взор освоился, я увидел, что Зонд наложил заклинание – это было поле замедленного времени, исказившее пространство вокруг голема так, что для всех окружающих движения конструкции потеряли быстроту. Голем следил за Лоной, но дуло проектора поворачивалось будто в толще воды, и эта задержка вкупе с проклятием Лоны гарантировали, что теперь энергетические разряды не попадут в цель. Шальные выстрелы разбивали стоящие на столах пузырьки. Лона скрылась из виду. Прежде чем голем успел переключиться на другую цель, я навел пистолет-пулемет на проектор, проверил будущее, отыскивая слабое место, и выпустил длинную очередь, опустошая магазин. Подлетая к голему, пули замедлились настолько, что я мог наблюдать за их траекторией. Ударяясь в ствол проектора, они выбивали искры: наконец, удачное попадание вызвало замыкание электрических цепей, и по прикладу побежали с треском разряды энергии.
Теперь Голем двигался за Лоной с какой-то задумчивой грацией.
Я подбежал к Зонду.
– Привет! – выдавил тот сквозь стиснутые зубы, не отрывая взгляда от голема. – Помощь нужна?
Отъединив пустой магазин, я вставил новый.
– Не откажусь!
На лбу у Зонда бисеринками выступил пот: шутки со временем – не детская забава. В противоположном конце зала Лона и голем играли в прятки: Лона выплескивала на тварь серебристое проклятие. Поскольку оружие дальнего действия вышло из строя, а движения голема застопорились, ему не удавалось ее поймать… пока что.
– Долго… не продержусь, – пробормотал Зонд.
У него побелели костяшки пальцев, стиснувших дверной косяк.
– Тебе и не придется.
Я мельком оглянулся на Белфаса, стоявшего посреди круга. Уровень энергии многократно возрос, и я понял, что ритуал вскоре завершится. Я просканировал будущее, чтобы узнать, сколько еще времени у нас осталось…
…и у меня внутри все оборвалось.
– Зонд! – воскликнул я. – У нас тридцать секунд!
– Понял, – с трудом выдавил Зонд.
Он дрожал от напряжения. Зато проклятие Лоны действовало все лучше и лучше, то ли потому, что противостоять ему было очень трудно, то ли просто за счет своей мощи. Характерное серебристое сияние вокруг золоченой конструкции усиливалось. Я подождал, отсчитывая секунды, и заорал:
– Лона, сюда! Беги!
Удивленно оглянувшись на меня, Лона рванула с места. Голем повернул следом за ней. Стараясь не отстать, он едва не налетел на стену.
Внезапно стена взорвалась с громовым треском. Ударная волна отбросила нас с Зондом назад, со страшным стоном весь угол помещения обвалился, стены и перекрытия обрушились с оглушительным ревом. Голем-богомол исчез под тоннами бетона, его серебряное с золотым туловище скрылось под обломками. Зал заволокло облаком удушливой пыли, а ворвавшийся холодный сквозняк принес запах обожженной земли. Подняв взгляд, я увидел, что половины святилища больше нет, и над головой чернеет ночное небо.
Пепел с хрустом опустился на груду строительного мусора. Посмотрев налево, он увидел Лону: она сидела на корточках с широко раскрытыми глазами: каким-то чудом ни один упавший камень не попал в нее. Окинув взглядом комнату, Пепел заметил Белфаса и вскинул руки. В воздухе взвились красные языки пламени, которые лишь на миг потемнели, после чего стали разгораться.
Спустя пару секунд на них уже было больно смотреть. Воздух наполнился запахом серы.
Оторвавшись от фолианта, Белфас увидел новую угрозу, и его лицо исказилось.
– Проклятие! – с отвращением воскликнул он.
Раскаленный огненный заряд смог бы расплавить сталь. Если бы я не зажмурился, он ослепил бы меня, но и сквозь веки я увидел раскаленный добела луч. Внешний круг противостоял огню не больше одной сотой доли секунды, и, когда он рухнул, я ощутил удар: ритуал прервался, и аккумулированная энергия вырвалась наружу.
Вокруг Белфаса замерцал треугольный ледяной щит, закрывая мага от огненного луча. Упав на щит, пламя молниеносно превратило его в облако обжигающего пара.
Когда последние отголоски грохота затихли, остался только звук капающей воды да шипение пара. Святилище заполнилось туманом. Когда он несколько рассеялся, я различил силуэт Пепла. Маг огня стоял на груде обломков и озирался по сторонам в поисках Белфаса. Лона находилась чуть позади. Зонд поднялся на ноги, откашливаясь.
– Он его прикончил?
Из тумана вырвался лед: три отдельных тонких шпиля замороженного воздуха, смешанного с зазубренными осколками. Огонь щита Пепла превратил их в пар, однако мгновение спустя прилетела новая партия ледяных снарядов. Из тумана вышел Белфас, окруженный сияющим нимбом холодно-голубого света. Энергия образовывала кристаллические структуры, глаза мага светились лазурью. На длинной мантии виднелись обожженные следы, но сам Белфас, похоже, не пострадал.
– Пепел, – бесстрастно произнес Белфас, – Верус. Примите мои поздравления. Вам удалось меня разозлить.
– Зонд! – крикнул я.
Зонд удивленно обернулся: я толкнул его в грудь и отпрыгнул направо. Зонд отлетел к стене. Осколки льда вспороли воздух там, где мы только что стояли. Я находился от них примерно в футе, но холод был настолько сильный, что моя куртка покрылась инеем, а ладони закоченели.
Я едва успел пригнуться, уклоняясь от второго удара, и поспешил укрыться за покореженной мебелью.
Когда я кинул взгляд на Белфаса, у меня мурашки побежали по позвоночнику. Белфас без особых усилий едва не прикончил нас с Зондом. Теперь он занялся Пеплом и бомбардировал его острейшими ледяными пиками и кристаллическими лезвиями, время от времени небрежным движением руки посылая удар и в мою сторону. Пепел отвечал стенами и столбами огня, сжигая удары Белфаса во вспышках энергии. Он держался из последних сил – вокруг него воспламенялись ножки разбитых скамей.
Я увидел Лону, она притаилась за грудой обломков.
– Беги!
Лона колебалась.
– Черт возьми, ученица, это приказ! – рявкнул я, перекрывая шум схватки. – Противник тебе не по зубам, уноси ноги!
Лона таращилась на меня, затем вскочила и бросилась наутек – причем в тот самый момент, когда Белфас очередным ударом разрушил ее укрытие. У меня не было ни минуты, чтобы проверить, успела ли она выбраться. Я кинулся в противоположный конец зала, стараясь предстать как можно более трудной целью.
Лезвия льда вышибали из стен осколки бетона, обжигающее пламя оставляло на камне копоть. Воздух то заполнялся туманом, то полностью выгорал. При малейшей возможности я выпускал в Белфаса короткие очереди, но пули отскакивали от ледяных щитов, не причиняя магу вреда. Теперь я понял, почему Белфас не боялся Пепла и Делео. Он сдерживал меня, одновременно заставляя Пепла отступать, и, по-моему, в полную силу еще не выкладывался. Пепел перестал нападать: молчаливо оскалившись, он приближался к кругу, направив всю свою энергию в огненный щит, спасающий его от смертоносных ударов Белфаса. Но внезапно звуки схватки прекратились.
Я выглянул из-за груды обломков, еще недавно бывших верстаком. Пепел стоял в кругу, очерченном Белфасом, возле него валялись разбитые и расплавленные аналои. Я не осмелился высунуть голову дальше, чтобы посмотреть на Белфаса, но я знал, что он находится подальше.
– Ты глупец, раз заявился сюда, – судя по голосу, Белфас даже не запыхался. – Вы с Делео не смогли справиться со мной вдвоем. На что ты рассчитывал в одиночку?
Пепел промолчал. На кончиках его пальцев плясали языки пламени.
– Я смогу убить тебя и в магическом кругу, – спокойно продолжал Белфас. – Просто на это потребуется чуть больше времени.
Я услышал хруст мусора у него под ногами, похоже, Белфас приближался к противнику:
– Но я полагаю, что быстро с тобой покончу, Пепел.
Белфас поравнялся с дверью в смежную комнату, и я «увидел», что он собирается сделать. Рэйчел по-прежнему лежала на кровати без сознания. Подняв руку, Белфас направил ее на Рэйчел, и вокруг нее сгустилось голубоватое свечение.
Пепел успел загородить собой Рэйчел в ту секунду, когда Белфас произнес заклятие. Лед с громким треском загасил огненный щит Пепла: черный маг упал и покатился по полу.
Однако, для того чтобы разбить щит Пепла, Белфасу пришлось приложить все свои силы, и на какой-то момент он перестал контролировать меня. Я вылетел из-за своего хлипкого укрытия, сжимая пистолет-пулемет в левой руке, а правую, засунув в карман.
Белфас развернулся, начиная сооружать щит.
Огнестрельное оружие совершенно бесполезно против боевого мага, знающего о нем, – но оно способно отвлечь неприятеля. Щит, закрывающий Белфаса, материализовался в воздухе возле меня. Я впечатался в лед, ощутил всем телом смертельный холод и выхватил из кармана клык дракона.
Когда Белфас собирался наложить заклятие на меня, я сумел проскочить мимо щита. Прикоснувшись кончиками пальцев к Белфасу, я выкрикнул слово-команду.
Это было совсем не похоже на тоннелирующее заклинание, которым пользуются маги. Обычные врата открывают родственное подобие между двумя точками пространства, образуя портал, по которому можно пройти. И на это требуется время. Сейчас все было по-другому. Только что мы находились в разоренных руинах святилища Белфаса, затянутого пылью и дымом, а в следующее мгновение уже очутились в обширной пещере.
И наступила тишина.
Щит Белфаса и клык дракона исчезли. Я стоял вплотную к Белфасу, прикасаясь пальцами к его руке. Мы молча смотрели друг другу в глаза.
Затем Белфас ударил меня ледяной кувалдой размерами с дверь.
Я наклонился, смягчая удар, но полностью увернуться от него было невозможно. Если бы удар пришелся прямо в грудь, кувалда переломала бы мне ребра. Но и так у меня перехватило дыхание, я не удержался на ногах и отлетел шагов на десять на камни.