Но пробежка оказалась не такой веселой, как того ожидал Марчант. Все его тело ломило, а охранники из МИ-5 неожиданно спокойно отнеслись к его броску, и скоро Марчант обнаружил, что они дышат ему в затылок.
— Не дури, марафонец, — сказал один из них, запыхавшись.
Не говоря ни слова, Марчант снова прибавил хода, свернул с тропинки, идущей вдоль канала, и стал взбираться на холм, за которым находился лес. У вершины холма он оглянулся и увидел, что его охранники плелись где-то у подножия холма. Похоже, ему удалось оторваться. Обрадовавшись тому, что он впервые за последние дни смог остаться один, Марчант снова прибавил скорости.
Он уже добрался до самой вершины, когда заметил черный вертолет, кружащийся над полем позади него. Марчант немного замедлил бег, осмотрелся и попытался оценить ситуацию. Прочитав желтую надпись на боку вертолета, он понял, что это полиция, и сначала подумал, что случилось какое-то чрезвычайное происшествие. Но секунду спустя, когда охранники догнали его, вертолет перестал описывать круги над полем и последовал за ним.
Марчант посмотрел на простиравшиеся перед ним фермерские земли. За ними начинался лес, которому было не меньше двухсот лет, и он подумал, что если побежит быстрее, то сможет укрыться среди деревьев. Марчант посмотрел на небо и увидел лицо пилота в шлеме с защитным козырьком, тот глядел на него с полнейшим равнодушием. В этот момент он почувствовал, что один из охранников положил ему руку на плечо, но Марчант оттолкнул его. Мужчина упал и покатился, громко ругаясь. Однако прежде, чем Марчант успел набрать скорость, другой охранник бросился на него сзади и свалил его.
Они полетели на землю, словно в замедленной съемке, Марчант перевернулся и прижал противника к земле. Когда вертолет стал снижаться, трава под ними заплясала на ветру. Марчант схватил мужчину за волосы и с силой ударил его лицом о лежащий в траве камень. На мгновение все стихло. Марчант вскочил и побежал, прекрасно понимая, что второй охранник и вертолет следуют за ним. Ему вдруг показалось, что лес находится не меньше чем в миле от него.
Но когда до деревьев оставалось около двадцати ярдов, Марчант поверил, что у него все получится. Как только он окажется в Брейле, укроется среди деревьев, и даже вертолет ничего уже не сможет сделать. Но справа от него по-прежнему бежал человек. В пяти ярдах от леса он заметил на земле сломанную ветку, отсыревшую и ставшую тяжелой после зимних дождей. Он немного отклонился от намеченной цели, подобрал палку, размахнулся и ударил мокрой дубиной бегущего сзади мужчину. Удар пришелся сбоку по лицу и сбил его с ног, лопасти вертолета застрекотали громче, выражая недовольство своим рычанием. Марчант быстро помчался через темный лес, пробираясь между деревьями как вор, спасающийся от преследователей.
Он пробежал около тридцати ярдов, как вдруг деревья расступились, и он оказался на маленькой лесной поляне. Вертолет описывал над ней низкие круги, едва не касаясь травы, из него выпрыгнули еще двое. Уставший Марчант повернулся и направился обратно в лес, но вскоре его схватили и потащили в вертолет, а воздух вокруг наполнился запахом авиационного топлива.
По расчетам Марчанта, они находились в воздухе около пятнадцати минут, прежде чем начали снижаться. Исходя из этого, он сделал вывод, что, скорее всего, они приземлились в Файерфорде. Авиабаза принадлежала американцам, которые потратили 90 миллионов долларов, чтобы удлинить взлетно-посадочные полосы, с которых теперь можно было запускать их бомбардировщики «Спирит Б-2» и космические «шаттлы». Но Марчант предполагал, что его повезут на более скромном транспортном средстве. Он не знал, на какой именно посадочной площадке находился, из-за мешка, который надели ему на голову, и не слышал разговоров в кабине пилота, потому что поверх мешка на него нацепили наушники. Его руки были крепко связаны за спиной. Ноги ему также связали. Однако пока что он не испытывал особого дискомфорта.
Мысленно он был готов ко всему, как и любой человек на его месте, знающий о том, что его захватили люди из ЦРУ, пусть и столь экстравагантным способом. Это было единственное логическое объяснение случившемуся. Ни в МИ-5, ни даже в МИ-6 никогда не прибегали к столь экстремальным приемам. Во время недолгого перелета Марчант пришел к выводу, что Филдинг по неясным пока причинам отдал ключи от его конспиративной квартиры МИ-5, а те, в свою очередь, позволили американцам забрать его для допроса. Лежа на холодном металлическом полу неподвижно стоящего вертолета, Марчант почувствовал, что у него сводит желудок при мысли о физических и моральных страданиях, которые ждали его в скором времени.
Глава 12
За всю историю применения пыток водой бесспорным чемпионом считался Халид Шейх Мохаммед. Марчант знал об этом благодаря электронному письму, беспечно отправленному в Лэнгли и перехваченному Леголендом. Один из организаторов трагедии 11 сентября, а также взрыва в ночном клубе в Бали и неудавшегося теракта на Кэнери-Уорф, Халид Шейх Мохаммед, или ХШМ, как называли его в ЦРУ, безусловно, заслужил за свои старания медаль, правда, единственной наградой для одного из лидеров Аль-Каиды стало завистливое уважение со стороны допрашивавших его офицеров. Две минуты тридцать секунд — данные были неофициальными, но именно столько он продержался, когда его подвергли пытке водой в начале марта 2003 года. После двух минут тридцати секунд он сломался, поверив, что его действительно хотят утопить. Он плакал как ребенок и даже обделался. Письмо заканчивалось следующей фразой: «К аромату победы примешивался сильный запах экскрементов».
Марчант знал все необходимое о пытке водой. Этот метод ведения допросов любили в гестапо, и благодаря ЦРУ в последние годы он снова стал популярен, пока новый президент не запретил его. Когда жертва чувствовала, что в ее нос и горло проникает вода, у нее немедленно возникали рвотные позывы, и человек начинал верить, что он на самом деле может захлебнуться. Поскольку ноги допрашиваемому поднимали над головой, вода не могла проникнуть в легкие и не могла повлечь за собой смерть. Это позволяло квалифицировать данный прием как новую технику ведения допроса, а не как пытку.
Марчант знал, что испытание проводилось в три этапа. После них не оставалось никаких физических отметин, только сильная психологическая травма, которая могла дать о себе знать годы спустя, когда ты будешь принимать душ, мыться в ванной или поливать цветы.
Но следователи, которым предстояло допрашивать Марчанта, не знали о том, что во время тренировочного курса по выживанию в Форте он побил рекорд ХШМ. Эксперимент был не до конца чистым, ведь Марчант знал еще до того, как пустили воду, что это было всего лишь упражнение. ХШМ думал, что он умрет. Но две минуты пятьдесят секунд по-прежнему оставались своего рода рекордом, сделавшим его знаменитостью в Форте. Впоследствии Марчанту сказали, что ни один из агентов ЦРУ, который проходил подобное испытание, не продержался более сорока секунд.
Марчант любил шутить, что он родился под водой и получил свою способность задерживать дыхание при рождении. Мать говорила ему, что он появился на свет с открытыми глазами и смотрел на мир глазами испуганного карпа. Другие слушатели курсов, включая Лейлу, утверждали, что секрет его успеха объяснялся детством, проведенным в Индии, — он с ранних лет научился йоге, и это помогало ему справляться со всеми трудностями. Теперь он лежал в кромешной темноте, его ноги были крепко связаны и подняты над головой, на которую был надет мешок и которая покоилась на холодном металлическом столе. Марчант пытался вспомнить, как он хвастался своим достижением в портсмутском клубе. В носу у него по-прежнему оставалась вода, и его голос звучал странно и гнусаво, но Лейла поддерживала его и была так нежна с ним; поцелуй ее мокрых губ едва не задушил его.
Марчант предположил, что его отвезли в Польшу, возможно, в Румынию. ЦРУ приказали закрыть свои секретные базы, но в Лэнгли не торопились выполнять распоряжение. Они знали, как трудно проконтролировать закрытие учреждений, которые по официальным данным никогда не существовали. Когда вертолет приземлился, Марчанта с мешком на голове повели по гудронному шоссе на другой самолет, скорее всего, это был «Гольфстрим-5». Вражеские бойцы окрестили его «Экспресс до Гуантанамо», перелет занял два часа, хотя Марчанту, который путешествовал арестантским классом (в качестве бонуса предоставлялись бесплатный комбинезон и взрослые памперсы), показалось, что они летели целую вечность.
Марчант услышал, как в камеру вошли двое мужчин и закрыли за собой дверь. Он сказал себе, что пытка водой — всего лишь уловка, метод психологического воздействия, но его пальцы инстинктивно сжались. Вошедшие ничего не сказали, только проверили наручники на запястьях, прикованных к краям стола, после чего еще сильнее натянули ему на голову мешок. Через минуту на пористую мешковину должна была политься вода.
Вода хлынула раньше, чем он ожидал, Марчант инстинктивно попытался отвернуться, но стоявший слева мужчина крепко держал его нижнюю челюсть, и вода продолжала литься ему на лицо, а затем — на грудь и на ноги, чтобы полностью намочить его костюм. Он чувствовал, как его постепенно охватывает паника. Он вспомнил своего брата-близнеца, лежащего на дне бассейна в Дели и смотрящего на него через прозрачную чистую воду. Марчант закричал, прыгнул в воду и попытался схватить брата за руку. Себастьян, которому едва исполнилось шесть лет, глядел на него, его волосы расплывались в воде, словно щупальца морской анемоны, он даже не понимал, что может утонуть.
Марчант стал убеждать себя, что напор воды был постоянным, и попытался контролировать свое дыхание. Скорее всего, они использовали шланг, а не лейку, как это было на занятиях в Форте. Он снова закричал на человека, который допрашивал его, но тот вдруг превратился в его мать, она выбежала из дому, а намокший мешок прилип к лицу Марчанта и заглушил его крики. Он чувствовал, как вода просачивается через ткань и заполняет его нос и рот. Она была теплой, как и на за