Взмокший от напряжения Тобиус держал на себе солидный вес водной толщи. Ему приходилось каждое мгновение сосредоточенно поддерживать стены тоннеля, размыкать воду перед авангардом и смыкать за арьергардом, чтобы вести солдат к порту и к Скользким воротам, пока Красные сойки мечутся между тремя другими.
Наконец, открыв проход на берег, волшебник уступил дорогу Бальдену, который пришпорил сонную от приручающих чар белку и с воинственным ревом повел своих солдат из-под воды через рыбный рынок. Появление вооруженных людей прямо из озера повергло торговцев и матросов в ужас, очнувшиеся белки пушистыми ураганами перескакивали через прилавки и, подгоняемые кавалеристами, взлетали на крепостные стены. Скользкие ворота были взяты почти без боя, их охранников связали и заперли, а пехотинцы Хог-Вуда проникли в город.
– Рано радоваться, ребятушки, бой еще впереди! Шагом марш! Чар Тобиус, не подведи!
Серый маг кивнул, достал из сумки фиал с грибным эликсиром и сделал скромный глоток. Гурхана рванула по его энергопроводящим потокам тугими толчками, в висках зародилась боль, он на миг ослеп, но в следующее мгновение мучительные ощущения отступили, оставив лишь свежие силы.
И Тобиус и Бальден понимали, что новобранцам не выстоять в открытой схватке с опытными наемниками, поэтому Тобиус решил на свой страх и риск попытаться сократить количество вражеских клинков до первого столкновения. Взлетев, он ринулся к южным воротам. К этому времени иллюзии уже исчерпали себя, и несколько сотен наемников, а также охранный гарнизон стражи и канониры толпились на стенах, высматривая исчезнувших внезапно врагов. Тобиус прямо на лету ударил по стенам шквалом водяных сфер, залив все влагой, а потом направил вниз поток мороза из серебряного перстня, замораживая все и вся. Убедившись, что лед растает прежде, чем все эти люди погибнут, маг устремился к восточным воротам.
Он застал второй отряд Красных соек, когда они уже спешили обратно, к центру города, получив, возможно, сообщение о вражеской диверсии. Волшебник попытался проделать с ними тот же трюк, не обращая внимания на шквал мушкетного огня. Он залил улицу водой, но заморозить наемников не успел – с одной из замковых башен в него ударил Элементарный Разлад. Заклинание частично рассеялось на Щите Кудулы, а частично задело стоявший невдалеке дом, отчего тот стал рассыпаться в песок и пыль, будто в мгновение ока для камня и древесины прошли столетия. На самом деле структура вещества просто потеряла ту изначальную связь, которая заставляла ее мельчайшие частицы держаться друг друга, образуя собственно материю. Мальвар наконец расшевелился, и теперь он, Тобиус, должен был находиться рядом с вверенными его защите людьми, чтобы городской волшебник не смял их.
– Как успехи? – спросил Бальден.
– Треть Красных соек выведена из строя, еще одна треть лишилась сухих фитилей и пороха, но потом мне пришлось вернуться. Не хочу, чтобы Мальвар ударил по вам.
– Стало быть, враг все еще превосходит нас числом… Но ничего, и не с таким справлялся!
Бальден держался непоколебимо и самоуверенно, хотя волшебник знал, что генерал боится за своих людей. Он муштровал их беспощадно, развивал выносливость, прививал дисциплину, обучал владению оружием, но в настоящем бою новобранцы еще не были, их боевое опаление[30] приближалось.
Волшебник парил над продвигающимися солдатами, высматривая противника, готовый в любой момент обеспечить подопечным защиту. Он слышал тревожный набат, раздававшийся со всех колоколен города, и крики горожан, стремившихся запереть свои дома и убраться подальше от людей с оружием.
Первое столкновение с противником произошло на Фонарной улице близ площади имени Яна Наталиса. Красные сойки из тех, что отправлялись к северным воротам, успели вернуться и наспех построили баррикаду. Наемники дали мушкетный залп, который Тобиус принял на Широкий Щит. Бальден выкрикнул команду, и в бой вступила беличья кавалерия. Огромные белки длинными скачками перескакивали с крыши на крышу и, соскакивая, рушились на врага сверху. Бравый генерал обучил грызунов-переростков орудовать когтями и резцами, так что наемники оказались смяты очень быстро, и на улицы пролилась первая кровь. Тобиус одним Толчком снес баррикаду, погрузил капитулировавших соек в глубокий сон, и по команде Бальдена движение к замку продолжилось. Впрочем, недолго.
Непосредственно на площади Яна Наталиса выстроились остальные Красные сойки, поддерживаемые городской стражей. Числом они превосходили скромные силы генерала Бальдена более чем в два раза.
– Вот сейчас и глянем, парни, хорошо ли я вас воспитал! Мушкетеры, стройсь!
Сойки открыли огонь немедленно, большая часть пуль ударилась о незримый барьер, поднятый Тобиусом, но площадь была широка, и некоторые свинцовые шарики достигли цели.
– Пли!
Грянул ответный залп, а вдогонку пулям к врагу устремились скаковые белки с размахивающими палашами кавалеристами.
– Алебарды опустить! Штыки примкнуть! Вперед шагом марш!
Серый маг взлетел повыше и принялся раскидывать заклинания, следя за столкновением конной и беличьей кавалерии. Пехотинцы обеих сторон пошли на сближение, а он, Тобиус, выпустил в тыл врагу духа бурана. Ему просто никто не помешал, Мальвар, как ни странно, не поддерживал защитников города, и бой сразу переломился в пользу штурмующих. Под руководством отважного генерала хогвудцы медленно, но верно теснили наемников, выдавливая их с площади сталью и свинцом. Высокая сверкающая фигура, превращавшая Красных соек в ледяные статуи, особенно сильно умаляла боевой дух обороняющихся, заставляя их бежать.
– Дави их, парни! Из строя не выступать! Все вместе!
– Генерал, это не к добру!
– Это война, чар Тобиус, она к добру не бывает!
– Мальвар бездействует! Это не к доб…
Враг побежал, и у Бальдена оказалось слишком много более важных дел, чтобы слушать волшебника.
– Отставить погоню, воины! Восстановить построение! Зарядить оружие! Не преследовать, это может быть западня!
– Это и есть западня, – прошептал Тобиус, видя, как в небе над площадью вдруг исчезла часть проплывавшего мимо облака. – Надо бежать!
Но оказалось, что уже слишком поздно.
На плечи людей навалилась невероятная тяжесть, она стала давить их, пригибая к земле, парализуя, причиняя боль. Тобиусу хватило сил устоять, он не носил брони, а значит, весил не так много, и строение его тела пережило целенаправленную мутацию, чтобы выдерживать большие нагрузки. Еще выстоял Бальден – избыток металла придавливал его к брусчатке, но чудовищно сильный человек продолжал стоять.
– Что это такое?! – Голос генерала увязал в сгущенном воздухе, как в патоке, все вены на его шее и лице вздулись, а капли пота, стекавшие по подбородку, неестественно быстро впечатывались в камень под ногами.
– Напор Луны. Он увеличил силу притяжения в отдельно взятом месте в несколько раз, заставив нас самих потяжелеть.
– Нас так перестреляют!
– Не думаю. Пули, вошедшие в поле действия заклинания, немедленно упадут на землю, а если враг приблизится, то тоже будет придавлен.
– И что… что нам делать? Когда это кончится?!
– Я думаю. – Тобиус повернулся к замку. – Нам повезло, что он не владеет этим заклинанием в совершенстве. Более опытный волшебник мог бы сровнять это место с землей, а из нас повыдавливать все внутренности.
– Ох, ахог! Мне прямо полегчало!
– Я отправлюсь в замок, генерал, и постараюсь убедить Рыжего прекратить это! Вы же, когда заклинание иссякнет, будьте готовы к бою!
– Это и есть твой план?!
– Готов выслушать ваши идеи! А? Что? Не слышу!
Тобиус взлетел, прилагая к этому втрое больше усилий, нежели обычно. О том, что он вырвался из поля повышенного притяжения, сообщило резкое ускорение и внезапно появившаяся легкость. Маг сделал круг над черепичными крышами Хогсдальна, выискивая Красных соек, а когда заметил их, ударил сверху Зыбучими Песками, внося в едва оклемавшиеся ряды наемников новую сумятицу.
Он полетел к одной из самых высоких башен замка, где на маленьком балкончике виднелась грузная фигура Мальвара Рыжего. Городской маг неважно выглядел после их прошлой встречи, бледный, осунувшийся, он тяжело опирался на посох и осматривал дымящийся местами Хогсдальн единственным здоровым глазом.
– Прекрати это, Мальвар! Мы уже выяснили, что я лучший боец! – без надменности крикнул серый волшебник. – Объяви о сдаче, без тебя они сражаться не станут! Присягнешь новому сюзерену – и заживешь спокойно, безо всяких темных делишек и мутных личностей, с которыми тебе не хочется иметь ничего общего!
– А если я клятву давал?! Если поклялся именем Джассара, что не сдам этот город?!
– Тогда ты идиот, и мне придется тебя убить! А ты давал клятву?
– Ну, нет, но… – смутился стихиарий.
– Тогда сдавайся, пока цел! Относительно цел.
– Без боя? – хрипло выкрикнул Рыжий. – Меня здесь больше не станут уважать, это неприемлемо!
Стихиарий ударил посохом о балкон, и каменная структура его башни отозвалась изменениями. В ее стенах появились арки высотой в человеческий рост, от которых в стороны выдвинулись каменные «лепестки» площадок – суть балкончики без перил. На эти площадки вышли существа с широкими плечами, руками, по форме напоминающими трубы, и короткими ногами. Они состояли из ярко-оранжевой материи, источавшей приглушенное свечение и явственный жар. Тобиус узнал в них элементалей огня, но состояли они не из подвижного живого пламени, а из уплотненной стихии, то есть «материального» огня.
– Испепелить!
Элементали подняли свои руки, уподобленные пушечным стволам, и на серого волшебника обрушился шквал ядер, состоявших из огненных сгустков, которые оставляли в воздухе пламенные кометные «хвосты». Тобиус заложил крутой вираж, уходя из-под плотного обстрела, и с чувством легкой паники заметил, как быстро два попадания уничтожили его Щит Стужи. Он попробовал уничтожать элементалей потоками воды и ледяными снарядами, но и то и другое обращалось в пар, не причиняя им никакого вреда, а камни самой башни не плавились лишь благодаря магии, пропитывавшим их защитным чарам. Мальвар Рыжий создал материю из чистого огня, сделал энергию твердой, придав ей постоянную форму. Тобиус никогда прежде не слышал о действующих заклинаниях, основанных на подобной технике.