— Баня что надо, — похваливают товарищи. — Не жаркая, не холодная, как раз в меру.
Помылись и спать улеглись.
Наутро посылает баба Каргота слуг своих в баню:
— Сходите да выкиньте собакам сватов жареных!
Открыли слуги баню, и выходят оттуда шесть молодцев, все крепкие, как дубы.
Баба так и обомлела: ничего со сватами поделать не может! Вот и говорит она вдовьему сыну:
— Коль узнаешь мою младшую дочку, то будешь сватать ее за царя Постоянца. А не узнаешь — насажу твою голову на пустую частоколину.
Пригорюнился вдовий сын: «Как же узнать ее, эту младшую дочку?»
— Я узнаю, — шепчет Морской Бегун. — Я их не раз видел, когда приходили они к морю купаться.
— Ладно, — говорит вдовий сын бабе, — веди своих дочек.
Приводит вскоре баба Каргота двенадцать дочерей — все на одно лицо, волос в волос, голос в голос, плечо в плечо, — все как одна! Сама вышла наперед, а дочек сзади поставила.
Обошел вдовий сын бабиных дочек трижды, а какая младшая — не узнал: все одинаковы!
Тут Морской Бегун подмигнул и глазами указал па младшую дочку. Взял ее вдовий сын да и вывел вперед, к бабе Карготе.
— Вот твоя младшая дочь!
Затряслась баба от злости, да ничего не поделаешь: не помогла ей хитрость!
Взял вдовий сын бабину дочку за руку и повел за ворота. По только они вышли — прыгнула бабина дочка в небо, уселась па облаке и смеется.
Тогда Усач поднял правый ус вверх, подцепил ее да и снял с облака.
Видит бабина дочка — с такими сватами шутки плохи, и успокоилась.
Пошли сваты домой.
По дороге каждый, как только дойдет до того места, где со вдовьим сыном встретился, там и остается. Морской Бегун занялся своей работой, Усач своей, Водопой своей… А вдовий сын с бабиной дочкой пошли к царю Постоянцу.
Царь натаскал за это время на коне вдовьего сына полную яму смолы и подогревает се снизу, — смола так и кипит. А сверху положил тонкую тростинку.
Приходит к нему вдовий сын.
— Вот, — говорит, — тебе, царь, младшая дочка бабы Карготы: еле высватал! Отдавай теперь назад моего коня.
Показал царь на тростинку и говорит, усмехаясь в однобокую бороду:
— Перейдешь по этому мостку — отдам коня.
Посмотрел вдовий сын на тонкую тростинку — страшно ему стало. А бабина дочка толкает его в бок: «Не бойся!»
И никто не заметил, как сунула она под тростинку крепкий стальной прут.
— Ступай, — говорит вдовьему сыну.
Он и пошел по тростинке. Перешел и говорит царю Постоянцу:
— Вот что, царь: сослужил я тебе две службы. Ну, так сослужи и ты мне хотя бы одну — перейди по этому мостку, что сам проложил.
— Что ж, — уговаривает царя бабина дочка, — перейди, а то не быть тебе мужем моим.
Видит царь, раз вдовий сын перешел, то и ему бояться нечего.
И только он ступил на тростинку, как бабина дочка — дерг! — и вытащила из-под него стальной прут… Надломилась тростинка, и полетел царь в кипящую смолу да там и остался.
— Ну вот, — говорит вдовий сын, — не рой другому яму, сам в нее попадешь.
Женился он на младшей дочке бабы Карготы и остался жить в том царстве.
И теперь живет-поживает да добра наживает.
СОЛДАТ ИBAНКА
рослужил солдат Иванка двадцать пять лет, выслужил синий билет[11] и пошел домой. Было у него денег всего три копейки. А был солдат этот человек добрый, последним поделится.
Вот идет он, идет, летит навстречу жучок:
— Здравствуй, солдат!
— Здравствуй, жучок!
— Отслужил ты, солдат, двадцать пять лет?
— Отслужил.
— Выслужил синий билет да три копейки деньгами?
— Выслужил.
— Дай мне копейку! Я тебе в беде помогу.
Добрый солдат взял да и отдал ему копейку. Подхватил жучок копейку и полетел своею дорогой.
Идет солдат, а сам думает: «Ничего, у меня еще две копейки осталось: на одну чарку водки выпью, на другую махорки куплю».
Только он так подумал, глядь — мышка бежит:
— Здравствуй, солдат!
— Здравствуй, мышка!
— Отслужил ты, солдат, двадцать пять лет?
— Отслужил.
— Выслужил синий билет да три копейки деньгами?
— Выслужил.
— Дал копейку жучку?
— Дал.
— Дай и мне копейку! Я тебе в беде пригожусь.
Добрый солдат дал и мышке копейку. Схватила мышка копейку и в норку потащила. «Пу что ж, — думает солдат, идучи дальше, — пить не буду, куплю за последнюю копейку махорки и так дойду». Только он это подумал, глядь — из-под мостика рак ползет:
— Здорово, солдат!
— Здорово, рак!
— Отслужил ты, солдат, двадцать пять лет?
— Отслужил.
— Выслужил синий билет да три копейки деньгами?
— Выслужил.
— Дай мне одну копейку. Я тебе в беде пригожусь.
Отдал солдат и последнюю копейку, а сам пошел дальше.
Приходит в столицу. Видит — у царского дворца народу полно. Одни на трубах да на скрипках играют, другие веселые песни распевают, третьи всякие фокусы показывают. Особенно старается какой-то королевич с перьями на шляпе, всех расталкивает, сам наперед рвется.
— Что тут такое? — спрашивает солдат Иванка у царского слуги.
— Да вот, — отвечает слуга, — дело-то какое: есть у царя одна-единственная дочка, она отродясь еще не смеялась, и никто не может ее рассмешить. А царь объявил, что тот, кто ее рассмешит, станет ее мужем.
Солдат расхрабрился, усы подкрутил и начал поближе ко дворцу пробираться: «Может, — думает, — мне удастся ее рассмешить».
— Ты куда, грязный солдат, прешь? — крикнул на него королевич с перьями на шляпе. — Тут и без тебя женихов хватит!
Схватил он его за шиворот и оттолкнул прочь. Солдат споткнулся да и бухнулся в грязную лужу — только что перед этим большой дождь прошел.
Поднялся солдат мокрый, измазанный, вся шинелишка в грязи. «Вот так беда! — думает. — Как же теперь обсушиться? Эх, кабы здесь были жучок, мышка и рак, пожалуй, они в беде мне помогли бы!» Только он так подумал, как вмиг явились перед пим жучок, мышка и рак.
— Ну что у тебя, солдат, за беда? — спрашивают.
— Да вот, сами видите, — отвечает солдат.
— Снимай свою шинелишку!
Солдат снял. Жучок, мышка и рак подхватили шинель и потащили на речку.
Увидела это царская дочь из дворца — загляделась: что за комедия?
Помыли солдатские помощники шинель и потащили сушить ее на берег. Стал рак на шейку, поднял вверх клешни, а жучок с мышкой и повесили на них шинель. Рак не выстоял — упал в грязь вместе с шинелью… Потащили они опять шинель в речку мыть. Вымыли и опять на рачьих клешнях развесили. Мышка выкручивает, а жучок вокруг летает да крылышками помахивает, ветерок нагоняет, чтоб скорее сохла.
Царевна смотрела-смотрела на все это да и рассмеялась. Приходит к отцу и говорит:
— Никто из князей, королей и генералов меня не рассмешил, а рассмешил вот простой солдат. За него я и замуж пойду.
Хоть царь и не рад, что будет его зятем простой солдат, но ничего не поделаешь.
И стал солдат мужем царской дочери, а жить во дворце не хочет.
— Я ко дворцам, — говорит, — непривычный: буду жить в простой хате. Ты мне, женка, только солдатских харчей сюда присылай да махорки побольше.
Поставили ему в царском саду простую хату, вот и остался он там жить. Живет и беды не знает.
Тем временем королевич с перьями на шляпе сам стал королем, но никак не может забыть, что царская дочь вышла не за него, а за простого солдата. Собрал он свое войско и пошел на царя войной.
Посылает царь дочь за солдатом — пора, мол, на войну собираться.
— Нет, — говорит солдат жене, — на войну я не пойду, я свое отслужил — у меня синий билет.
Заплакала жена и сама с отцом поехала на войну, а солдат набил в трубку целую осьмушку махорки да так запыхтел, что весь царский дворец дымом заволокло. Выкурил трубку и говорит самому себе:
— Эх, если б были здесь жучок, мышка да рак! Они дали бы мне добрый совет, как короля одолеть.
И вдруг стали перед ним жучок, мышка и рак:
— Что скажешь нам, добрый солдат? Чего ты нас звал?
— Да вот хотел бы с вами посоветоваться, как короля одолеть.
— Ладно, — говорят. — Мы поможем тебе.
Мышка и рак принесли из царских кладовых меч-кладенец, а жучок полетел в чистое поле и привел коня богатырского с гривой серебряной.
Стукнул конь перед солдатом копытом и говорит:
— Влезай, Иванка, мне в правое ухо, а в левое вылезай.
Влез Иванка коню в правое ухо, а в левое вылез и стал таким богатырем-молодцем, что ни в сказке сказать, ни пером описать.
— А теперь садись на меня, — говорит конь.
Сел Иванка на коня богатырского и двинулся на войну. Приезжает. видит — королевское войско побивает царское войско.
Ударил Иванка коня по бокам шпорами и ринулся в гущу королевского войска. Как махнет мечом-кладенцом, так по правую сторону войско как мякина сыплется, а по левую — как солома стелется. Целый день, с утра раннего и до вечера, воевал Иванка. Разбил в пух и прах вражье войско, подлетел к королю, отрубил ему руки по самые плечи и поехал к царю.
Царь, попятно, не узнал его.
— Скажи, добрый молодец, — спрашивает царь, — кто ты таков, какого ты роду-звания?
Ничего солдат ему не ответил.
— Чем же тебя наградить за твою храбрость?
— Ничего мне не надо, — говорит солдат, — дай мне только свой царский платочек на память.
Дал ему царь свой платочек.
Приезжает Иванка в сад, влез коню в левое ухо, в правое вылез и стал таким, как был. Пустил коня на волю, а сам пошел в свою хату.
Воротился царь с дочкой с войны. Всюду в трубы трубят, пляшут, поют — такая у всех радость!
Приходит царская дочка к солдату Иванке.
— Эх, — говорит, — напрасно ты не поехал с нами! Хоть бы поглядел, что там было: сколько войска, а пушек сколько!.. Да не одолеть бы нам короля, если б не один отважный рыцарь. Как налетел он — все королевское войско разбил в пух и прах и самому королю руки отрубил по самые плечи. А кто он — неведомо. Вот был бы мой муж таким! А то вот не повезло мне, бедной. Не муж у меня, а растяпа!