Теперь АНБ переориентировало спутник, использовав для этого большое количество драгоценного топлива. Передача должна была начаться в ближайшие минуты.
Новое одиннадцатое сентября…
Председательствовал вице-президент США, он прибыл из Военно-морской обсерватории, когда все это началось. Кроме него были госсекретарь США, министр обороны, командующий (комендант) морской пехоты США, чей дом был неподалеку, помощник президента США по вопросам национальной безопасности. Директора НТС (Национальная тайная служба), ДБР (Департамента безопасности Родины) и командующий АНБ (Агентства национальной безопасности) были на связи со своих рабочих мест – им отлучаться было нельзя, они должны были держать ситуацию под контролем со своего рабочего места. Самого президента тоже не было, он совершал поездку по стране, и его не было в Вашингтоне. Кроме того, ждали еще несколько человек, специалистов по странам бывшего СССР и по борьбе с терроризмом, в частности, бригадного генерала Патрика Логана, бывшего командующего «Дельтой», и адмирала МакРейвена, бывшего командующего американским спецназом и командиром на месте в операции «Копье Нептуна»[47].
Но их пока не было.
– Где спутник? – раздраженно спросил вице-президент. – Почему его нет? За что мы платим деньги?
– Сэр, АНБ устанавливает контакт. Несколько минут.
Комендант морской пехоты иронически посмотрел на часы и промолчал. Он знал как никто другой, что американская спутниковая группировка не в лучшем состоянии. Его люди уже покупали на свои деньги спутниковые телефоны Thyraya, чтобы не остаться без связи: эти телефоны были лучше, чем все, что у них было.
– Хорошо. Пока устанавливают связь, меня интересует… – вице-президент достал ручку и листок бумаги, – какие проблемы стоят перед нами. Давайте запишем их. Принимаются любые предложения.
– Захваченное посольство США, – сказал комендант морской пехоты.
Это было очевидно, но никто не усмехнулся, а вице-президент записал сказанное, поощряя высказываться дальше.
– Проблема не столько в захвате, сэр, – рассудительно сказал госсекретарь, – сколько в общей нестабильности ситуации. Если бы это произошло в любое другое время, мы могли бы связаться с правительством Беларуси и что-то потребовать, а правительство Беларуси обязано было что-то предпринять. Но сейчас мы не знаем, где президент и остался ли он в живых после покушения на него. Мы не знаем, кто на самом деле контролирует ситуацию в Беларуси или не контролирует вообще никто. Мы не знаем, что делает белорусская армия, какие у нее намерения. Мы не знаем, к кому обращаться и с кем разговаривать. Мы сидим за столом, а с другой его стороны не сидит никто, вот в чем дело.
– «Общая нестабильность в Беларуси», – записал вице-президент.
– Как вы считаете, эта нестабильность может нам помешать? – спросил вице-президент, ни к кому конкретно не обращаясь.
– Безусловно, да, – ответил комендант морской пехоты, единственный из присутствующих кадровый военный, – при планировании спасательной операции возникнет слишком много неизвестных переменных.
– Хорошо, еще.
– Мы не знаем, кто это сделал, – сказал советник президента по вопросам национальной безопасности.
– Марк, подключайся, – обратился вице-президент к экрану. – Кто это сделал?
– У нас есть два предположения, – сказал директор НТС, – либо это белорусские хардлайнеры, либо чеченские террористы.
– Почему чеченские?
– Потому что они наиболее опасны в этом регионе и связаны с Аль-Каидой и ИГ. Им проще всего было проникнуть сюда.
– Но точных данных нет.
– Нет, сэр.
– Тогда зачем Дядя Сэм платит вам деньги? – У вице-президента это была одна из любимых фраз.
– Мы работаем, сэр…
У коменданта морской пехоты заработал криптофон, он выслушал сообщение, поднял руку.
– Джентльмены, – сказал он, – одному из моих людей удалось спастись при нападении, и он вышел на связь. Он лично видел нападение.
– Как ему это удалось?.. – задумчиво спросил советник по нацбезопасности.
– У нас есть с ним связь? – спросил вице-президент.
– Нет, сэр.
– Устанавливайте.
В помещении появился технический специалист, показал большой палец.
– Джентльмены, – сказал командующий АНБ, отставной адмирал, – у нас есть картинка со спутника. Контакт устойчивый.
– Давайте…
На большом экране появилось спутниковое изображение посольства.
– Святой Господь… – сказал вице-президент.
Беларусь, Минск
Ага… вот так. Даже жвачка пригодилась…
Бред Каннингэм, штаб-сержант Корпуса морской пехоты США, отступил на метр и придирчиво посмотрел на собственный смартфон, прилепленный жвачкой к стене и опирающийся на выступающий камень.
Интересно, света хватит…
Он протянул руку и ткнул пальцем в экран. На экране появилось изображение.
– Бред Каннингэм, штаб-сержант, – сказал он.
На экране, к его удивлению, появилось лицо не его контактера из командного центра на базе ВМФ в Раде, Испания, а лицо коменданта морской пехоты США, генерала Реймонда Мебса. Кстати, сказать, генерала в Корпусе уважали как деятельного офицера «с земли» – в отличие от предыдущих комендантов он не был ни летчиком, ни моряком, а начинал с самых низов, с экспедиционной группы морской пехоты в Южном Афганистане.
– Сэр.
– Сержант Каннингэм, вы обеспечили безопасность передачи? – спросил комендант.
Сержант огляделся:
– Никого нет, сэр.
– Хорошо. Доложите, что произошло. Коротко и четко.
– Сэр, по приказу, полученному от непосредственного командира, я покинул территорию посольства с тем…
Когда сержант Каннингэм заканчивал доклад, он вдруг заметил, что справа от него движется гражданский. Пожилая женщина. Чтобы не привлекать внимания к установленному на стене телефону, он подошел к стене вплотную, сделал вид, что собирается мочиться…
Женщина с сумкой шла мимо, кажется, она здесь жила…
– Ходят тут всякие… – громко пробурчала она, – паразиты…
Сержант Каннингэм подождал, пока женщина пройдет, потом быстро снял телефон и вышел на улицу. Приглушил звук…
– Сержант, что произошло? – спросил комендант.
– Гражданские, сэр. Бабушка. Сейчас я сменю позицию.
Подходящая нашлась в соседнем дворе. Времени укреплять телефон на стену уже не было, поэтому сержант выставил его перед собой, как будто делал сэлфи. Место здесь было тихое – невысокий дом старой постройки, арка, лишних людей нет.
– Сэр, передача установлена.
– Подтверждаю, – сказал комендант морской пехоты. – Кстати, вы сказали, сержант, что напали на украинского охранника. Это сомнительный с точки зрения ПВБ[48] поступок.
– Мне нужно было его оружие, сэр, – сказал сержант, – а он не отдавал.
– Надеюсь, вы не слишком сильно его ударили, – комендант позволил себе усмешку, – мы не воюем с Украиной.
– Да, сэр.
– Теперь по вашему докладу. По вашей оценке, сколько там может быть террористов?
– Не менее пятнадцати человек, сэр. Скорее, даже больше.
– Кто они?
– Думаю, профессионалы, сэр. С опытом городских боев и большим количеством оружия. Я едва не погиб, когда по мне открыли пулеметный огонь, и у них точно есть РПГ, сэр. Они сделали два выстрела, и я лично видел, как один из них попал в украинское посольство.
– У них были знаки отличия, сержант?
– Нет. Черная форма, похожая на полицейскую. Больше я ничего не видел – дал очередь, и тут же открыли огонь по мне, сэр.
– Сержант Каннингэм, – вклинился новый голос, – здесь вице-президент Брейди.
– Сэр.
– Как, по-вашему, это террористы или военные? Отвечайте, как считаете нужным. Мне нужно ваше мнение, вы их видели.
Сержант глубоко вдохнул, перед тем как ответить второму человеку в стране:
– Думаю, это военные, сэр.
– Почему вы так думаете, сержант? – снова голос коменданта.
– Бронежилеты, армейское оружие. И еще одно. Нас учат при действиях в группе, что каждый отвечает за какое-то направление и смотрит туда. И нас учат немедленно действовать. Когда я открыл по ним огонь, реакция была мгновенной: один упал, второй тут же открыл огонь на прикрытие, потом присоединился еще один. Он не пытался понять, что происходит, откуда идет стрельба, – он просто открыл огонь на подавление. С рук, из пулемета. Время реакции – просто отличное, почти как у нас. Думаю, с ними нелегко будет справиться, сэр.
– Одну минуту, сержант.
Комендант отключился.
Сержант Бред Каннингэм осмотрелся по сторонам. Дворик, тихий и уютный, малоэтажный дом, машина, доносящийся с улицы шум. Тихая страна в самом центре Европы, превратившаяся в перекипающий на огне котел. Кто-то решил, что здесь неправильная власть, и они начали действовать, присылать в страну мешки с долларами и еще чем-то и раздавать оппозиции через посольство Украины. Если бы они этого не делали, скорее всего, этого кошмара просто не было бы…
Но он есть. И от него некуда деться.
– Сержант, вы на связи, – снова появился комендант.
– Да, сэр.
– Вы проходили подготовку в области тайных операций?
– Да, сэр, в рамках стандартного курса охранника посольства.
– Знаете местный язык?
– Русский. Немного знаю, сэр, по крайней мере, могу объясниться.
– Вы получили ранения?
– Нет, сэр.
– У вас есть местные деньги?
– Да, сэр, немного.
– Сколько именно?
– Около ста долларов, сэр. На пару дней хватит.
– Отлично. Вас не ищут?
– Похоже, что нет, сэр.
– Квартира в городе есть?
– Нет, сэр.
– Хорошо. Вы готовы действовать low level[49], сержант?
– Да, сэр.
– Хорошо. Не показывайтесь близко от посольства. НТС свяжется с вами и даст вам координаты укрытия. А пока с вами не свяжется НТС, на вашем месте я бы вышел на берег реки Свислочь и посмотрел, что происходит. Если там, конечно, не оцеплено. Большие фургоны, неизвестные люди на крышах… и тому подобное. Понимаете, сержант.