Уф, то есть у меня все получилось! Я открыла дверь правильно, просто ко мне пришли странные гости.
Стянув с себя одело, я вызвала быструю недовольную гримасу девушки. Как журналист, я ее понимала, такие кадры. А вот как конкурсантка, нет уж, никаких обертываний, хочу выглядеть привлекательно.
- Предлагаю перенести интервью на пару часов позже. У меня сейчас время обеда.
Я старалась говорить как можно более доброжелательно, но уверенно. Голодом себя морить себя не позволю, чтобы не довести до телепортации в кухонный котел.
- Ну, хоть пару ответов, для знакомства, - заканючила девушка и скроила просящую мордашку.
И пока я шла на обед, представители прессы спешили рядом, расспрашивая меня о других конкурсантах, что нравится в книгах, какой мужчина мог бы завоевать мое сердце и прочее. Сдержанные ответы вызывали хитрые гримаски на лице Баси, ей явно что-то нравилось, а что-то нет.
У входа в обеденный зал для конкурсанток сопровождающую меня парочку неожиданно оттеснили могучие мужчины в черном, чьи-то телохранители. А на меня посмотрели все сидящие за столом девочки. Пять таких же как я, с поздним зажиганием, пришедших поесть между обедом и ужином.
- Ты что, Бастинду сюда приволокла? - с ужасом спросила Илона.
- Басю? Мне она показалась милой.
Сначала кашлянула, пытаясь удержать смех одна, потому другая, потом не выдержали все. Когда девушки отсмеялись, я узнала, что приветливо отвечала на вопросы самой знаменитой стервы из всех аккредитованных на конкурсе журналистов. Работала Бася на спонсоров и от этого была неприкосновенна. Основной задачей ушлой девушки был сбор компромата, любых ошибок или нечаянных слов, сказанных конкурсантками.
Каждый тур зрители наблюдали сначала официальную дневную съемку и узнавали кто вылетел с точки зрения жюри, а утром – необходимо было завуалировано объявить результаты ночного голосования спонсоров. И, чтобы у зрителей не возникло вопросов, почему уходила еще одна девушка – нужна была Бася. Она мастерски выставляла девчонок дурочками или скандалистками.
Конкурс «Мисс Бриллиант» объявили не только конкурсом красоты, но и личности в целом. Поэтому ночное голосования якобы выявляло не достойных короны по интеллекту и характеру.
Телезрители с восторгом наблюдали за «вечерней жизнью» участниц конкурса «Мисс Бриллиант» и узнавали, что - «такую-то выгнали остальные участницы за драку» или «в результате интернет-голосования данная конкурсанта признана самой глупой и скучной, поэтому покидает конкурс».
Все девушки, включая меняя подписали документы о конфиденциальности, правду сообщить не могли. И, звучит барабанная дробь, зная, насколько разрушительным может быть состряпанная Басей история, у каждой в договоре был специальный денежный компенсирующий возможную потерю доброго имени бонус.
Я же приняла решение за один день и оказалась на пороге серьезных репутационных рисков. Если я проиграю ночное голосование, и Бася состряпает причину, мое будущее как профессионала может быть разрушено.
Вот почему познакомившийся со мной ближе Полунин заподозревал неладное и предложил красиво соскочить из конкурса на первом же дневном туре. Как он там говорил: «Прошу, проиграйте сразу. Это будет в ваших же интересах».
С трудом прожевывая мясной салат и котлетки на пару, так как ничего весомее на столе не обнаружилось, я слушала Илону:
- В прошлом году одну девочку показали полной идиоткой. Будто бы она не знает, Солнце крутится вокруг Земли или наоборот. И, главное, Бастинда так хитро нарезала кадры, что не подкопаешься. Вопрос один, а ответ - от совсем другого вопроса. Зрители потом долго смеялись, на всех форумах обсуждали. Девочку, например, спросили: «Какие мужчины вам нравятся?», а она отвечает: «Главное, чтобы конец был хорошим» и смеется.
Говорят, ей спонсор бонусом магазинчик в Барселоне обещал, так что она даже и не расстраивалась сильно.
Я чуть не подавилась котлетой. Ну, Сухоревский, ну, подлец. На что мы договорились? Интервью и участие в тендере? Просто поучаствуй, Сашенька, в необычном Конкурсе красоты?
Глава 19. Близкий контакт шестой степени
Пройдя из обеденного зала по коридору, я обнаружила несколько шокирующую картину. Стену подпирала монументальная Бася, этот раз одна, без сопровождения оператора. Мощные руки скрещены на груди, губы сжаты в линию. А над ней, испуганно прижавшись к потолку, висел Ципес. Двумя руками он поддерживал свое широкое одеяние, чтобы оно не свешивалось вниз, и зримо трясся от ужаса.
Любое его резкое движение привело бы к обнаружению. Поэтому несчастный дрожал ровно над головой Бастинды. При виде меня он старательно заморгал вытаращенными красными глазами, умоляюще гримасничая. Активное привидение, скорее всего, заскучало в комнате и решило отправиться на мои поиски. Не осознавая, сколько в поместье людей.
- Сашенька, - сладко запела репортерша при виде меня, - давай немного поговорим, без записи. Я и оператора своего прогнала, чтобы мы, девочки, спокойно поговорили по душам.
Сама будучи журналисткой, я понимала, что или ее спутник прячется где-то неподалеку, или, скорее всего, она просто включила диктофон. Но придется отвлекать внимание от Ципеса, он и так людей боится, а если свалится на журналистку, может и не пережить близкий контакт шестой степени (25).
- Я могу уделить вам немного времени, - закивала я, останавливаясь в нескольких шагах и вынуждая собеседницу подойти ближе самой.
Когда девушка двинулась в мою сторону, освобожденный призрак заспешил ползком по потолку в сторону лестницы. Он вполне мог скользить или плыть, но от страха двигался по-пластунски.
- Вы знаете, что некоторые девочки вызывали духов? И даже…, - Бася сделала многозначительную паузу и произнесла с придыханием, - видели их.
- Допустим, - осторожно сказала я, краем глаза поглядывая на удаляющегося Ципеса.
Бася снизила голос, но слова старалась произносить отчетливо.
- Не кажется ли вам, что это говорит об их психологической нестабильности?
О, репортерша решила поймать меня на оговоре ли осуждении других конкурсанток. Хм. Это точно не ко мне. А вот поиграть с этой аморальной соратницей по журналистскому цеху я могу.
- Да что выговорите! Это как?
Бася облизнула губы. Ей нечасто задавали вопросы и это несколько сбивало репортершу с толку. Она привыкла действовать наскоком, оказывая давление на растерянных и пытающихся быть доброжелательными девчонок. Встречные вежливые атаки стали для Бастинды неожиданным и неприятным опытом.
- Ну не знаю. Некоторые девушки очень нервничают из-за конкурса. Мы же можем говорить с тобой откровенно? Бывают совсем больные на голову, представляют странные видения.
- Например? – захлопала глазами я.
Сбитая с толку Бася мялась и подыскивала ответы.
- Мужчин себе вызывают, - выпалила она.
- А, - облегченно махнула я рукой, - уверяю вас, когда вызывают мужчин, это называется совсем по-другому. Вы считаете это психической болезнью?
- Я точно знаю, они вызывали привидений! Молчаливых и послушных!
Я с жалостью посмотрела на Басю. Под моим взглядом, журналистка забегала глазами, понимая, что ситуация выходит из-под контроля, а ее фантазии не вызывают во мне должного отклика.
- Милая, вам нужно серьезно заняться личной жизнью. Вы что-то такое выдумали, даже внятно объяснить не можете.
- Ваши подружки вызывают призраков по ночам, мужчин из прошлого, - взвизгнула она.
- Здесь я с вами согласна, это ошибка, - твердо заметила я, и глядя в глаза заулыбавшейся Баси, решительно продолжила, - если мужчина в прошлом, лучше второй раз вопрос не поднимать.
Ципес наконец дополз до лестничного пролета, и я уже благополучно выдохнула, когда произошло непредвиденное.
По лестнице из подвального бильярдного этажа поднимались расслабленно беседующие Сухоревский с Полуниным, у них явно было хорошее настроение, звучал приглушенный смех. На звуки речи Бася повернула голову и тут же увидела прижавшегося над собеседниками белесого призрака.
- Монстр! Монстр! – взвизгнула она, лихорадочно тыча диктофоном в пухлой ручке в сторону ничего не подозревающих собеседников.
- Я попросил бы, - обиделся Игорь, шедший первым.
- Урод! - заорала Бася, увидев развернувшееся к ней в испуге лицо Цимеса, который от суматошно двигал челюстью и хлопал алыми глазами.
- Так, - сказал Полунин, поднимаясь следом на ступень, - многое мне женщины предъявляли, но заявить, что я страшнее тебя, Сухоревский, это оскорбление.
- Напоминаю, меня она назвала монстром, - поджал губы Игорь, - хотя. Пусть лучше так останется.
Репортерша выронила диктофон и схватилась за ворот платья, задыхаясь от испуга.
- Не обращайте внимание, - торопливо сказала я, - Бася только что призналась, что иногда мечтает вызвать мужчин, послушных ей, молчаливых. Ну вы понимаете, некоторым девушкам лучше фиксировать свои объекты. Во избежание.
- О, тут я спорить не буду, - опасливо сказал Сухоревский, оглядывая мощную стать Бастинды, - сам бы бежал – пятки сверкали. А то, что она нас обзывает и платье на себе рвет – это нормально?
- Я прям детально не в курсе, только недавно с ней познакомилась, - призналась я под заинтригованными взглядами мужчин, - но, по-моему, в таких отношениях любят не только фиксировать мужчин, но и оскорблять при этом, унижать всячески. Иногда бьют.
Бася начала ловить ртом воздух. А на нее осуждающе посмотрели мужчин: двое вполне материальных и один прозрачный.
- Вас не существует! Они вас вызвали, но это болезнь! - жалобно заявила она, закрыла глаза и замотала головой. И вдруг решила прорываться.
Гроза конкурсанток зарычала, так и не открывая глаза, заревела сиреной и бросилась в сторону лестницы, вытягивая вперед могучие руки. Я пыталась удержать ее сзади за кофточку, но это еще больше испугало несчастную журналистку. И она рвалась, таща меня на буксире.
- Тема, - испуганно сказал Сухоревский, - оно что, бежит в нашу сторону?