Поживший достаточно, но при этом еще не нажившийся вдоволь Серафим Ильич прямо во время номера обнаружил, что все тело в безопасный ящик не убирается. Вырваться на свободу смогла только одна его нога с левого края, где не было Фириного гвоздя. А я, задорно помахивая кинжалами подходила все ближе.
- Товарищи! – закричал преподаватель. – Вытащите меня отсюда, я передумал!
И отталкиваясь ногой, попытался отъехать от меня на сцене. Пораженная в самое сердце предательством учителя, я бросилась догонять свою минуту славы, размахивая шпагами.
- Стойте, Серафим Ильич! – кричала я. – Я все сделаю быстро, как вы учили.
- Забудь! Я не этому тебя учил, малолетняя убийца! – преподаватель показывал отличную физическую форму, двигая ногой на такой скорости, как не всегда ему удавалось в юности.
Сообразив, что дело неладно, Серафима Ильича у меня отбили учителя. Краткий, но оттого не менее блистательный номер очень понравился моим одноклассникам, а еще завучу, с которой у преподавателя труда были несколько натянутые отношения. В минуты учебных конфликтов она потом часто вспоминала мое выступление, называла его судьбоносным, и даже предлагала его проводить на регулярной основе.
Так что, еще с малолетства я знала как непросто ноша популярности. Одноклассники до сих пор на встречах шутят: "Нашу Саньку все парни боятся, доминантка она. Помните, как она Серафима в ящике зафиксировала?".
Регина, в отличие от меня, прекрасно справилась со шпагами, и, получив одобрительные зрительские аплодисменты и крупные планы плавающих в воздухе камер, фокусница раскланялась и, покачивая бедрами ушла со сцены.
Когда Регина проходила мимо меня, готовящейся к выходу, она скользнула равнодушным взглядом по моим сгруженным кучей непрезентабельным ящикам.
Вот кому мелкие дрязги остальных безразличны, она просто прет как танк к первому месту. Талантливая, красивая, уверенная. Действительно, королева.
- О, а у нас еще одна волшебница. Сегодня мы видели, как легко девушка может обращаться с ножами. Мужчины, не злите своих хозяюшек, когда они готовят на кухне, - Денис с улыбкой переждал смешки из зала и продолжил, - кого же порежет или во что переоденется наша следующая участница? Встречаем еще одну колдунью нашего конкурса - Александру Бузикову.
Работники сцены вынесли два длинных стола и поставили их на бок, столешницами в сторону зрителей, ножками к арьерсцене.
На сцене разложили ящики с дверцами. Самый большой и удобный, к сожалению, остался в мире фиговых деревьев и азартного дракона.
С заменой большой двери меня выручил здоровяк Толя, охранник, который подвозил после встречи с Маргаритой, а сегодня утром помог перенести реквизит. Проникшись сочувствием, он нашел прекрасную раму со старой фанерной дверью.
Хотя, может и снял откуда-то, расспрашивать этого святого человека я не стала.
После объявления Дениса под бравурную музыку, широко улыбаясь, я вышла на сцену.
Сшитый из остатков костюма пиджачок с трудом застегивался на пупе, и мои подзабытые окружающими верхние девяносто проявили себя во всей красе в белом топе, задорно выглядывая верхним ярусом. То есть не вся Саня наружу, но почти в прыжке. На пляже какого-нибудь Малибу или в торговом центре Перми на меня никто даже не оглянулся бы, в этом рассаднике прямых линий, костюм выглядел нагло.
У сидящего за столом жюри Полунина отвалилась челюсть, он медленно оглянулся по сторонам, отмечая зажигающиеся интересом глаза спонсоров. И отчетливо побагровел.
- Я немного маг, немного мистик, - доверчиво поделилась я с залом. - умею читать мысли. Подумайте, что вам сейчас хочется?
- Я могу сказать, что мне хочется, - крикнул невоспитанный мужчина из третьего-четвертого ряда.
По-моему, этот голос я уже слышала на предыдущем конкурсе. Вот ведь неуемный. В этом минус интерактива с залом, некоторые реплики приходится пропускать мимо ушей.
- Конечно, мы хотим чуда. Как дети, мечтающие покататься летом на санках и позагорать зимой.
Поганец из зала тут же подал голос.
- А я хочу чудо, которое ты нам уже показываешь!
Полунин начал медленно подниматься с кресла, и я поняла, представление сейчас плавно скатиться к избиению слишком болтливых и наказанию чересчур красивых.
Поэтому я открыла дверцу ближайшего лежащего на сцене ящика, представляя сугроб, ловким движение скатала снежок и с мстительным удовольствием запульнула его в нахала. Моя дворовая юность отточила этот навык до совершенства, поэтому цель я поразила со снайперской точностью.
Еще несколько снежков я раскидала по залу просто для фана, высоко подбрасывая их в воздух. Народ привставал, чтобы поймать снег, передавал друг другу.
- Так вот, - продолжила я, закрывая дверку под восторженные смешки из зала и одиночный стон с матерком, - мы с моим ассистентом, а у красивой девушки должен быть красивый ассистент, покажем вам фокусы. И, если хоть немного вы почувствуете дуновения чуда, значит я недаром готовила этот номер.
На сцену гордо вышел Николя. Вблизи я видела, насколько белым от страха было его лицо, но в остальном стилист держался прекрасно.
- Итак, - я набросила на столы материю, скрывающую их полностью, - Попрошу сосредоточиться. Всех сидящих в зале. И представить свою мечту, то, что вам особенно сильно хотелось бы.
Николя по моему знаку подставил дверь к одному из поставленных на торцы столов.
Я постучала по ней три раза с большими паузами. И микрофон разнес этот гул по всему залу. Затем резко открыла дверь.
Зрители даже подались вперед, предполагая, что я вытащу голубей или на худой конец – картонный букет.
Но дверь распахнулась… в наполненный едой холодильник.
- О чем вы все думали? - патетично воскликнула я, закидывая руку на лоб. - Вы же могли представить любые чудеса мира, а хотели просто есть?
Я сняла с полки связку бананов и под радостные улыбки, раскидала по банану в зал.
- Не знаю, как вы, а я не завтракала, - сообщила я в зал, стянув с тарелочки пару кружочков колбасы.
- А почему не фрукты? – спросили из зала.
- Я на диете, - честно ответила я, жадно зажевывая кружок за кружком, - что бы я не начала брать из холодильника, фрукты или овощи, я все равно закончу колбасой. Поэтому, чтобы не съесть много, сразу беру колбасу.
Закрыв холодильник, я кивнула Николя и тот перенес дверь к соседнему столу, накрытому тканью.
- Друзья, предлагаю сосредоточиться. Что же за мечты, что за мысли у вас в голове. Но условие - не о еде. Только не о еде.
Тройной стук. И я открываю дверь в абсолютно пустой шкаф. Если подходящий холодильник я высмотрела на кухне для спонсоров, то шкаф был моим собственным и находился в моей комнате, утром я оттуда все экстренно вытащила.
- Ничего? Совсем сейчас пусто в мыслях было? – деланно удивленно спросила я, вызывая смешки зрителей.
- А там что-то есть, - сообщил седовласый красавец-мужчина, сидящий в жюри рядом с Артемом.
- Разве? – похолодела я и заглянула в шкаф. На дне лежал мой бюстгальтер. Обычный черный кружевной. А ведь у меня есть красные шелковые. С другой стороны, для шоу все равно вариант неплохой.
- О, - изумленно воскликнула я, - а кто-то у нас в мыслях озорник!
Вытащила бюстгальтер и раскрутив его над головой бросила седовласому, который с хохотом его поймал и поднял в вытянутой руке, показывая залу.
- Сейчас мы с ассистентом зайдем в шкаф с мыслями, - объявила я, поворачиваясь к стилисту. – Лично в моих мыслях всегда найдется место для красивого мужчины.
По задумке, служитель сцены должен был вернуть дверь к первому столу, и из нее эффектно выпрыгивали мы со стилистом. Волшебная телепортация, ловкость рук и никакого обмана.
- Саня, я темноты боюсь, - прошептал Николя. Говорил он слишком близко к моему микрофону, и слова тут же разлетелись по залу. – Там тесно и страшно.
- Я буду ассистентом, - прозвучал злой голос. Полунин, ловко выхватил черное кружево из руки соседа и, с лицом, не предвещающим ничего хорошего, начал подниматься на сцену.
- Нельзя! - испуганно пискнула я, отступая. – Вы не подходите!
- Отлично подхожу. И быстро, - явно издеваясь, сообщил, приближаясь Артем. - Или я чем-то не устраиваю? Некрасивый? Мне нет места в ваших мыслях?
Глава 43. Романтика в шкафу
При попытке сбежать меня поймали за ворот. Как нашкодившего котенка.
Первый ряд спонсоров, невоспитанные люди, хлопали и выкрикивали советы. Охрана бездействовала, из-за кулис выглянули любопытные головы девчонок.
Артем помахал всем рукой, изображая отправляющегося в космос героя, схватил меня за талию и увлек в шкаф. А предатель Николя, широко улыбаясь, закрыл за нами дверь.
- Тихо-то как, - сказал Полунин, прижимаясь ко мне лбом.
- Ты что творишь? У меня конкурс, выступление идет, между прочим, - чуть не плача ответила я.
Хорошо, что закрепленный на мне микрофон работал только на сцене. Сейчас бы все зрители мои жалобы услышали. Страдания прекрасной полонянки.
- Не выдержал, - задумчиво ответил Артем. – Ты там такую чушь насчет других мужчин несла, не могу я это слушать, даже шуткой. Прекращай меня бесить, Саша. Я тебе говорил, что люблю?
Убью. Нет слов. Я - в шкафу, он - с моим бюстгальтером на плече, никакой романтики. Не так должно происходить первое признание в любви, вот чурбан-то. Я же как мечтала: море и теплый песок по ногами или в прекрасном саду, а мы – с бокалами шампанского. В крайнем случае, только в виде исключения, на Эйфелевой башне. Ветер, у меня красиво развеваются волосы.
А он! В шкафу!
- Ты чего пыхтишь?
- Не пыхчу. Не романтичный ты, Полунин.
- Пыхтишь, ежиком таким симпатичным. И с чего я не романтичный? Ты слышала, ежик, я тебя люблю.
- Это хорошо.
Прижимавший меня Полунин отстранился, приоткрыл дверь, чтобы добавить в шкаф света и посмотреть на мое бессовестное лицо. Я поморгала, бросив взгляд на родную комнату с разбросанными повсюду вещами.