У Симму было хорошее зрение. В лодке, приближавшейся от мыса Сийгсяаре, он рассмотрел какой-то чан и восьмерых мужчин, из которых он сразу узнал двоих - Михкеля из Ванаыуэ и штурмана «Каугатомы» Танеля Ыйге. Сильный попутный ветер быстро гнал лодку к кораблю, и Симму с помощью бинокля опознал еще волостного писаря Антона Саара, писку-роотсиского Лаэса, кокиского Длинного Виллема, лагувереского Юхана и молодого абулаского Андреса. Одного по-городскому одетого мужика он не узнал, но, когда лодка подошла совсем близко, и его лицо показалось Симму странно знакомым.
- Приготовьте конец! - закричали из лодки и стали быстро убирать паруса.
Симму бросился за канатом, а капитан недоуменно переминался с ноги на ногу у поручней. Такое количество мужиков, да еще двое из них чужие (он не знал в лицо и волостного писаря) - к добру ли это? Особую тревогу возбуждал большой чан для пресной воды, стоявший посредине лодки.
- Что там случилось? - крикнул он, склонившись над поручнями, и с клокотом прочистил глотку, как делал это всегда, когда хотел придать своим словам больше веса.
- Война идет! - закричал из лодки писку-роотсиский Лаэс.
- Какая еще война? На «Каугатоме» нет никакой войны! - И капитан смерил злым взглядом Симму, который бросил в лодку конец каната. У Рооста тут же мелькнула мысль, что он должен тотчас же, немедля, предпринять что-то решительное, и он, передернув плечами, даже сделал было шаг к коку, но опоздал: один конец каната, брошенного Симму, был прикреплен к швартовому кнехту «Каугатомы», а второй находился в руках Длинного Виллема, и оттуда капитан его уже не вырвет.
Симму спустил штормтрап, и мужики один за другим вскарабкались на палубу.
- Здравствуй, капитан! - сказал штурман Танель Ыйге, протягивая руку Роосту.
- Что это значит? - спросил капитан, грозно прочищая горло и нехотя пожимая протянутую руку.
- Тут волостной писарь и племянник капитана Тиху, Пеэтер Тиху (штурман представил их капитану), требуют, чтобы мы немедленно выехали, вот мы и прихватили с собою воду и продукты.
- Каугатомаский волостной комитет и Российская социал-демократическая рабочая партия требуют, чтобы парусник «Каугатома» немедленно вышел в море, - поправил штурмана волостной писарь Саар.
- Все требуют! - воскликнул Длинный Виллем.
- Кто это все ? - хмуро спросил капитан.
- Мы все, - сказали мужики и обступили полукругом капитана.
- Вы все! - передразнил капитан, и снова в глотке его послышалось сердитое клокотание. - Во-первых, никто еще не сказал мне, куда придется ехать, почему нужно ехать, и, во-вторых, корабль вверен мне, а не вам. Капитан я, а не какие-нибудь «мы» или «вы»! - Подчеркнув последние слова, капитан злобно взглянул сначала на волостного писаря Саара, а затем на Пеэтера Тиху.
- Господин капитан, нам некогда заниматься перебранками. Судно нужно как можно быстрее приготовить к выходу. Если желаете, поезжайте с нами, не желаете - прошу не мешать нам.
- Что это значит? Я, капитан парусника «Каугатома», прошу вас, посторонних, незнакомых мне людей, впервые и своевольно находящихся на борту этого корабля, не вмешиваться в дела, касающиеся капитана и команды, а тем более не предписывать мне чего бы то ни было. Разойдитесь! - крикнул он мужикам, а штурману Танелю Ыйге сказал: - Штурман, зайди в каюту, расскажи, в чем дело! - И капитан Густав Роост стал пробираться мимо окруживших его людей к дверям каюты.
- Чего там еще рассказывать! Ребята, поднимайте лебедкой чан с водой! - сказал штурман.
Капитан обернулся так быстро, словно ему в зад воткнули иглу.
- Чан с водой?! Никто не дотронется до лебедки, пока я сам не отдам приказ!
- Так нельзя, капитан. Сейчас четыре часа, до наступления темноты мы должны выбраться из залива. Принимайтесь за дело, мужики!
- Да, время осеннее, день короток, скоро вечер, и солнце закатится! - сказал Михкель и вместе с другими стал подтягивать к борту лебедку.
- Руки прочь от корабля ! - закричал капитан.
- Не мешайте работать! - серьезно ответил Пеэтер, спеша на помощь мужикам.
- Руки прочь от корабля! - орал уже во все горло капитан.
- Ты что, дьявол, вздумал приказывать мне, приказывать нам убрать руки от корабля! Этот корабль выстроен нашими руками, когда твоего скверного запаха здесь еще и в помине не было! - ругнулся Михкель и сплюнул через борт.
Капитан Роост дрожал от волнения, но не нашел что ответить старому корабельному мастеру. И другие мужики, как бы в поддержку слов Михкеля, посмотрели на свои руки, продубленные тяжким трудом и соленой морской водой. Несколько мгновений слышны были только шум ветра в вантах и всплески острых волн залива о корпус «Каугатомы».
Тогда Пеэтер подошел к волостному писарю. Они перекинулись несколькими словами, затем короткое время молча смотрели на море, откуда приближалась лодка Матиса, снова посовещались о чем-то, и волостной писарь обратился к людям:
- Скоро прибудет Матис с ответом главного владельца, но нам некогда ждать. Как вы думаете, мужики: если сейчас же передать команду «Каугатомы» штурману Танелю Ыйге?
- Правильно! Передать штурману! – воскликнул лагувереский Юхан.
- Человек правильный, имя правильное[42]! Да здравствует капитан Танель Ыйге! - закричал писку-роотсиский Лаэс.
- Не ликуй, сейчас не время ликовать! - ответил Танель Ыйге Лаэсу. - Приготовь с Юханом и Андресом брашпиль. Михкель и Виллем вынесут паруса, Симму примет на палубу воду и продукты с лодки. Пеэтер и волостной писарь помогут. Так! Я проверю компас и руль.
Работа на палубе закипела, и Танель Ыйге хотел пройти в штурвальную рубку. Но, поравнявшись с капитаном Роостом, который неподвижно стоял с биноклем в руках, покусывая губы, штурман остановился и спросил:
- Ну как, пойдешь с нами? Примешь вторую вахту на себя? Человек с бумагами нам нужен!
- С вами? Куда?
- Об этом поговорим, когда скажешь свое слово!
- Прежде всего я должен знать, куда идем, и, кроме того, я сделаю только то, что прикажет хозяин!
- Мы все здесь хозяева! Я, корабельный мастер «Каугатомы», писку-роотсиский Лаэс, Длинный Виллем, Пеэтер Тиху, лагувереский Юхан, да и отец кока Симму тоже хозяева, они строили этот корабль. Сегодня утром состоялось чрезвычайное общее собрание судового товарищества, всех не успели оповестить, но большинство мужиков собралось, и мы решили отменить устав, насильно навязанный нам властями, и снова перешли на принятый народом устав. У нас теперь считается, как прежде: человек и голос, а не деньги и голос.
- Меня принимал на службу главный владелец корабельной компании «Тиху и Хольман» господин капитан Тиху, и я выполняю только его приказы.
- Видишь, лодка Матиса Тиху идет от Весилоо. Может быть, капитан Тынис Тиху согласился с решением общего собрания, хотя на это и мало надежды. Да это все равно, согласен он или нет, - теперь народ хозяин, и нам, морякам, придется отвечать перед общим собранием.
- Я отвечаю только перед тем, кто нанимал меня на службу, хм… - капитан Роост опять оглушительно прочистил глотку, - кто вверил свой корабль в мои руки! - и мощное клокотание повторилось.
- Но кое-какие дела ты и сам можешь решить, - сказал Танель Ыйге, пристально глядя ему в глаза. - Помещики вызвали карательные отряды и черносотенцев, людей калечат и убивают, собираются жечь целые волости, превратить их в пепел, камня на камне от наших домов не оставить. Этому нужно воспротивиться. Необходимо оружие! Во всех деревнях народ сложил деньги, кто сколько мог. Сколько ты дашь на покупку оружия?
- Для такого дела вы от меня не получите и медного гроша!
- Тогда складывай свои вещи в мешок и проваливай!
- Ты мне не указчик!
- Ну, если ты по-хорошему не хочешь, тогда…
- Тогда выкинем за борт! - добавил писку-роотсиский Лаэс; смазывая брашпиль, он краем уха слушал разговор старого и нового капитанов.
Лодка Матиса уже приблизилась на расстояние голоса, и оттуда послышался крик:
- Ого, уже в дорогу?
- Да, события идут быстрее, чем мы предполагаем. Подгони лодку и подымайся на борт, здесь и твой сын!
- Здравствуй, отец! Здравствуй, Лийзу! - закричал Пеэтер. - Подгони лодку к борту, я подам конец!
Вскоре Лийзу и Матис были уже на палубе «Каугатомы».
- Здравствуй, сынок! Откуда ты появился здесь в такое подходящее время? - сказал Матис, тряся руку сыну. - И ты, здесь, Михкель! - еще пуще обрадовался Матис. - Как ты освободился?
- Бежал, как же иначе, - ответил Михкель коротко.
- Сегодня утром уже успели провести собрание - и снова в путь!
- И ты едешь? - спросил Матис сына.
- А как же! Ведь оружие нужно не только для Сааремаа! - сказал Пеэтер.
- Деньги есть? - спросил отец.
- Есть, и еще получим, - ответил сын и в свою очередь спросил: - Что Тынис надумал?
- Показал мне на дверь… Грозился вышвырнуть меня из окна вместе с рамами. Стыдно и говорить про родного брата, но… Тынис больше не наш, Тынис стал барином и со всеми потрохами перешел на сторону бар.
- Мы так и думали! Но и то хорошо, что, наконец, отношения стали ясны! Чего же еще, поехали! - сказал Пеэтер.
- Нет, Матиса я не пущу, он мне здесь нужен, - сказал волостной писарь.
- Кто у вас тут деньгами заведует? Чуть не забыла, пагилаская Анн тоже дала два рубля, - сказала Лийзу, доставая деньги из маленького с защелкой кошелька.
- Отдай Пеэтеру или капитану, во время рейса и команда, и корабль, и все имущество на ответственности капитана, - посоветовал волостной писарь.
- Капитану? Как капитану?! - поразилась Лийзу, глядя на Рооста, который прислонился к борту и молча сердито глядел на море.
- У нас новый капитан! Танеля Ыйге капитаном назвали, - пояснил Саар.
- Ну, тогда другое дело! - сказала Лийзу, протягивая деньги Танелю Ыйге.
- А кто же штурманом будет? - спросил Матис, оглядываясь.