«Подстрахую, — шепнул Денебери, и мне сразу стало спокойней. — Они в шести шагах от тебя».
Но я и сам уже почувствовал противный запах травки, которую курили песьеголовые — встречный ветерок, созданный мистиками псов, работал сейчас против них.
— С Богом! — шепнул я, подкрадываясь к эликам.
Врываться, как Аш, в отряд врагов я не планировал, но что-то в очередной раз пошло не по плану.
Стоило мне увидеть силуэты песьеголовых, как откуда-то слева, даже сквозь туман, донёсся звон мечей.
Песьеголовые тут же навострили уши, и мне не оставалось ничего другого, как ринуться вперёд и ткнуть центрального пса в затылок.
Время замедлило бег, и я успел дернуть посох на себя и вбить его в затылок соседнего воина, прежде, чем псы начали разворачиваться.
Уже в самый последний момент я успел ткнуть третьего пса в ухо, и в следующий миг вывалился из замедления.
«Все, — выдохнул Денебери, — дальше сам!»
Видимо некромант каким-то образом воздействовал на грань Волка, взвинтив её до предела.
Вот только время действия этого не то ускорения меня, не то замедления врагов составляло всего несколько секунд, и этого было совершенно недостаточно, чтобы справиться с пятью воинами.
Хорошо хоть, временный бонус к силе и реакции позволял не обращать внимания на технику и точность.
В моем случае было важно попасть хоть куда-то, и хруст шейных позвонков, вкупе с обмякшими телами, давали понять, что все получилось.
— Рррывга! — озлобленно рявкнул один из двух оставшихся на ногах псов и, выхватив клинок, бросился на меня.
— Ргггарра! — отозвался второй, грамотно кидаясь в сторону, чтобы взять меня в клещи.
— Хрена лысого! — сообщил я псам, отступая назад и крутя посохом широкие восьмерки.
Лезть на рожон я не собирался — одно дело долбить посохом сзади, другое — бросаться на вооруженных клинками песьеголовых.
К тому же, в отличие от дворян с рапирами, от этих двухметровых воинов так и веяло опасностью.
Их ничуть не смущало, что посох был чуть ли не в три раза длиннее их клинков.
— Ргарым!
— Эрхэт!
Один из псов тут же отпрянул назад и бросился к павшим товарищам.
Оставшийся принялся махать мечом, всячески отвлекая мое внимание, но я успел увидеть главное — в руках пса оказались короткие метательные копья.
Кажется, их называют пилумами…
Песьеголовый замахнулся, а я машинально выставил перед собой «Щит Мертвеца».
«А вот это зря, — вздохнул Денебери, — постоянно забываю, что ты бестолковей, чем только что поднятый скелет…»
— Лучше поймать чертов пилум глазом? — огрызнулся я, медленно пятясь назад и поворачиваясь так, чтобы метательные копья ударяли по щиту вскользь.
«О, Ануб! — некроманту, видимо, было плевать, что я находился в самом разгаре битвы. — Грань-то тебе на что?»
— Они тоже быстрые! — выдохнул я, соображая, что же предпринять в сложившейся ситуации.
Аш всё не появлялся, а песьеголовый с каждым броском швырял пилумы все точнее и точнее.
Щит уже опасно мерцал, а в животе появилось сосущее чувство голода.
Я только было хотел запаниковать, как за едва различимым в туманной дымке псом появилась фигура Аша, и в следующий миг пёс поперхнулся кровью.
Дождался!
Я уж только хотел было перевести дух, но Аш и не думал помогать мне с оставшимся псом.
Вместо этого он вновь растворился во мгле, оставив меня в полной сумятице.
Что это было? Почему Аш не помог мне с последним псом? Куда он побежал?
«Это же очевидно, — проворчал Денебери. — Кого может охранять контуберний гвардейцев?»
Я-то откуда знаю?!
«Скоро узнаешь, — буркнул некромант. — Да что ты с ним возишься! Используй магию! — и совсем тихо добавил, — всё равно мистики уже почувствовали запах волшбы».
Слова про мистиков не понравились мне от слова совсем, поэтому я, зачерпнув последние крохи с источника, сформировал Касание Госпожи и ударил им ринувшегося на меня гвардейца.
Заклинание прошло через посох и ударило пса прямо в грудь.
Только что пышущий здоровьем и силой песьеголовый начал иссыхать прямо на глазах, пока не превратился в тощую мумию.
— Твою ж налево! — я ко многому был готов, но чтобы человек истлел за считанные секунды…
Точнее, не совсем человек… Но все равно!
Но хуже всего было ощущение едва заметного прилива сил… Будто я…
— Буээээ…
От осознания свершившегося меня согнуло пополам и вырвало желчью.
«О, Ануб! Какие мы неженки!»
— Ты не понимаешь, — я с трудом удержался от повторного спазма. — Его жизненная энергия… Я только что… выпил живое существо!
«Не неси ерунды! — рявкнул Денебери. — Твоя доля пошла на компенсацию Грани! К тому же это обычная некроэнергия! И вообще, что ты застыл, как столб? Прибери за собой!»
Я же, не слушая некроманта, во все глаза смотрел на появившуюся незнакомку.
Скромное белое платье, лилия, выглядывающая из черных, как смоль, волос.
Босые ноги и грустный взгляд…
Мой взгляд скакал по незнакомке, а мозг лихорадочно пытался сообразить, откуда она здесь появилась.
Девушка печально мне улыбнулась и посмотрела за плечо.
Машинально обернувшись, я никого не увидел, а повернувшись назад, досадливо скривился — таинственная незнакомка пропала, словно её и не было.
«Ты в порядке? — в голосе Денебери сквозь напускную грубость сквозило волнение. — Александр!»
— Вроде да, — я потряс головой, — но…
«Слизняк! — с облегчением рявкнул некромант, — возьми себя в руки и немедленно упокой гвардейцев Ахраниса! Если не успеешь, они будут защищать своего господина и после смерти! И зачем ты поменял Грань?».
— Да-да… — машинально отозвался я, перехватывая посох поудобней и меняя грань обратно.
Я и сам не успел заметить, как грань Волка сменилась гранью Смерти…
«Займись телами! Живей!»
С одной стороны, я прекрасно понимал, что некромант прав, и нужно упокоить убитых песьеголовых, но с другой… С другой я никак не мог понять, кого я только что увидел.
— Со стороны может прозвучать странно, — заговорить я решился только когда разобрался со своей пятеркой и нашел в тумане противников Аша. — Но я только что видел девушку в белом платье…
«И что?» — не понял Денебери. — Шевелись!»
— Да шевелюсь-шевелюсь! — огрызнулся я, машинально выполняя ритуал упокоения.
Тела песьеголовых рассыпались прахом, а мой источник стремительно наполнялся силой.
«Постой, ты сказал девушку? — опомнился некромант. — Здесь и сейчас?»
— После того, как высушил последнего пса, — подтвердил я, упокаивая оставшиеся тела.
«После Касания Госпожи? — уточнил Денебери.
— Ну да… — кивнул я, чувствуя, как внутри меня все холодеет.
«Даже не знаю, что тебе сказать, — немного промолчав, произнес некромант. — Она хоть красивая?»
— Не заметил, — смутился я. — Как-то не до этого было. Помню только, что лилия в волосах была.
«Лилия? — эхом отозвался некромант. — Цветок, появляющийся на могилах невинных…»
— То есть… это была… Она? Может просто показалось?
«Ну ты даешь, — восхитился Денебери. — Каждый из нашего рода имел честь лицезреть Ануба как минимум раз. Я видел его дважды. Но Госпожу… Госпожу ещё не видел никто из некромантов. Поверь, я бы знал».
— Мне, типа, повезло? — криво усмехнулся я, вспоминая грустные глаза девушки и её печальную улыбку.
«Ануб его знает, — задумчиво протянул некромант. — Но в следующий раз в Межмирье используй лучше Костяной шип».
Я согласно кивнул — уже и сам догадался связать заклинание и появление девушки.
— Что дальше?
«Уже ничего, — вздохнул Денебери, с облегчением переключаясь на другую тему. — Твой честолюбивый воин уже исполнил свой замысел, и назад пути больше нет».
— Ты о чем? — не понял я, старательно принюхиваясь.
С юга, откуда дул едва заметный ветерок, так и несло мокрой шерстью, кровью, сталью и смертью.
«Ахранис мог отправить гвардейцев только в поддержку одному из своих сыновей, — Денебери все же сжалился надо мной и принялся объяснять очевидные ему вещи. — Видимо щенок вождя решил взять заставу нахрапом, не дожидаясь наступления Пелены».
— Ты хочешь сказать, что Аш хочет его убить? — до меня только сейчас дошло, зачем мы делали такую здоровенную петлю и зачищали тылы песьеголовых.
«Уже убил, — неохотно проворчал некромант. — К слову, если поспешишь, можешь успеть добраться до своих, прежде чем мистик поднимет павших».
— Мистик? — я перехватил посох поудобней и быстрым шагом двинулся на юг.
«Позже, — отмахнулся Денебери. — Окружи себя Щитом и готовь грань Волка».
— Будем пробиваться к нашим?
«К нашим… — фыркнул некромант. — И не думай. У последователя истинного Искусства нет друзей или врагов».
— Ну-ну, — скептически проворчал я, целеустремленно двигаясь к отзвукам кипящей вдалеке битвы.
«Твое дело — упокаивать павших, — напомнил Денебери. — И да, будь я на твоем месте, я бы сделал петлю. Увы, но этот бой остался за гладкокожими…».
Шрам ныл, не забывая тянуть из меня силы и взамен возвращая слабость, но я старался не обращать внимания на ноющую боль.
В этом тумане острый нюх и слух — моя единственная возможность не напороться на врагов.
Несколько раз я обнаруживал бегущих мне навстречу песьеголовых, но успевал припадать к земле и пропускать их мимо.
Сражаться с псами, пусть даже и бегущими, у меня не было никакого желания.
«Молодец, — неохотно похвалил меня Денебери. — Наша цель мертвые, а не живые».
— А если я не успею всех упокоить? — прошептал я, выходя на первые скрюченные тела и принимаясь за работу.
«Межмирье не терпит трупов, — как нечто само собой разумеющееся произнес некромант. — И если мистик не поднимет павших, что вряд ли, то они поднимутся сами.
— Ясно, — проворчал я, натыкаясь на труп воина с заставы.
Рука чуть было не дрогнула, но я все же провел ритуал, как положено.
«Знал бы ты, — вздохнул Денебери, — сколько славных воинов погибло из-за того, что отнеслись к поднятому трупу как к своему товарищу, а не как к ненасытной нежити…»