боли и взаимодействии с ней
Мне слово «боль» в контексте родов – не близко. Я его написала, честно говоря, для того, чтобы вы поняли наверняка, о чем глава. Ведь всегда, говоря о родах и главном ощущении в них, употребляют это слово.
На самом деле мне кажется, что так говорят о том, что женщина испытывает в родах, только потому, что ощущение столь сильное, что аналога ему в повседневной жизни найти невозможно, а интерпретировать его неясно как. Проще говорить «боль», потому что его силу трудно выносить.
И в этом ощущении действительно есть боль. Бывает, часто. Чаще всего. Но кроме нее – оно состоит из чувства напряжения, томления, удовольствия – по-разному. И действительно сила его огромна, много больше, чем сама женщина. Будто обычно – человек значительно меньше, чем сама жизнь, а в родах женщина пропускает через себя жизнь. И корректнее говорить, что то, с чем сталкивается женщина в родах, – Ощущение. А уже то, каким краем и аспектом оно повернется к ней, каким основным переживанием, зависит от огромного ряда факторов.
Как возникает боль и от чего зависит ее степень?
Достоверно известно одно: степень болезненных ощущений в родах напрямую зависит от степени напряжения женщины.
В начале 20-го века ученый и акушер-гинеколог Грантли Дик-Рид[2] путем исследований и множественной практики выяснил, что та боль, которую испытывает женщина в родах, управляема и, по его теории, может отсутствовать вовсе, если женщина расслабится пол-ностью.
Сразу скажу, что в моей практике были женщины, которые действительно умеют расслабляться, и тем не менее болезненные ощущения оставались. Но неоспорим тот факт, что степень этой боли и возможность ее переносить СИЛЬНО связана с возможностью женщины быть расслабленной.
Дик-Рид вывел такую формулу о взаимосвязи силы ощущения женщины в родах:
страх – напряжение – боль.
Сила болезненных ощущений зависит от того, насколько женщина напряжена. По сути, когда мы напрягаемся, мы оказываем противодействие той работе, которую проделывает в родах тело. Оно направлено на раскрытие, на то, чтобы выпустить. Наше напряжение – на то, чтобы закрыться, не пустить боль. Ведь что мы делаем инстинктивно, когда обожжемся? Отдергиваем руку и шипим или задерживаем дыхание, сжимаем зубы. Когда нам холодно, на морозе, мы съеживаемся, наши мышцы находятся в тонусе. Но есть хитрость, как легче переживать чувство холода: если расслабиться и продолжить спокойно дышать, станет теплее.
Если сильно напрячь мышцы руки и попробовать ее согнуть – процесс будет трудным и неприятным. То же самое происходит и с маткой, которая пытается выпустить, а мы зажимаемся. Уместно здесь и сравнение с работой сфинктеров. Если мы хотим в туалет «по-большому», но при этом нет возможности это осуществить и мы зажимаемся, для тела это может быть как минимум неприятным ощущением, а то и болезненным.
И еще, не менее значимо, дело не только в том, что напряжением мы усиливаем чувство боли в родах, а в том еще, что этим напряжением, болью, мы тормозим сам процесс родов, то самое – раскрытие шейки матки.
Здесь также уместно сравнение с туалетом. Если писать или какать и одновременно зажиматься – это будет и больно, и весьма затруднительно.
Иными словами, чтобы было менее больно и чтобы родовой процесс развивался, нужно не мешать телу выполнять его работу и пропускать ощущения через себя, а не пытаться блокировать их. Опять же, в сравнении с походом в туалет, это похоже: важно не мешать телу и следовать за его позывами.
В теории это звучит легко, на практике же у нас возникает сильный страх. Этот страх как раз и создает напряжение в теле.
И больше – возникает замкнутый порочный круг: боль порождает невозможность расслабиться и нежелание пускать ее в себя, мы напрягаемся.
От боли становится страшно, от страха – мы напрягаемся, от напряжения – становится еще больнее.
Выход только один – прервать эту цепочку на одном из звеньев. Мы поговорим о влиянии на каждый из аспектов: на страх, на напряжение и на болезненные ощущения. Потому что достаточно ослабить нажим на один из этих параметров, как выравниваются остальные. И с болью можно работать как непосредственно, так и опосредованно.
Звено «страх»
Как возникает страх и что с ним можно сделать?
Самый насущный и естественный страх в родах – это страх боли. Он нормален, и с ним сталкивается каждая женщина.
Это нормально – бояться:
а) неизвестности (особенно если ты рожаешь первый раз);
б) непредсказуемости (ведь никто никогда не гарантирует, как дальше пойдут роды);
в) того, что больше тебя и сильнее тебя.
К тому же роды – это всегда интуитивно ощущаемая нами граница между жизнью и смертью, и боль, которую мы испытываем, мы ассоциируем с потенциальной возможностью умереть. Накладываясь на ощущения в теле, боль рождает в нас страх – что она нас разорвет, взорвет, порвет. Страх потери себя, своей цельности – естественный, основанный на инстинкте самосохранения.
И страх больницы, металлических инструментов, чужих людей опять же ассоциативно отсылает к тому, что происходящее с тобой – опасно, потому-то рядом и врачи, реанимация, операционная и т. п.
Со страхом больничных условий важно работать методом расклейки (смотри главу о страхах). Важно напоминать себе, чем родовой процесс отличается от болезни, и чем, соответственно, занимаются врачи на ваших родах. Помнить о том, что роды – это здоровый, а не патологический процесс, предусмотренный природой. Что врачи с инструментами здесь на какой-то случай отклонения от нормы, чтобы помочь, а не потому, что с вами уже, по факту, что-то не так. Что если и понадобятся операционная и инструменты, значит (в идеале), нужна помощь, и тогда эти вмешательствва будут оправданы.
Со страхом неизвестности и неуправляемости легко можно справиться с помощью информации – о том, как протекают роды (смотри главу об этапах естественных родов), и о том, как можно влиять на боль – то, что вы как раз сейчас читаете.
А вот про страх боли как таковой, физиологической, хочется поговорить отдельно.
О страхе боли
Еще с девочковости многие из нас слышат, что страшнее родовой боли нет ничего на свете. Нас окружают фразы гордых подруг, что «если я вынесла родовую боль, значит я все вынесу», свекрови и мамы заботливо снабжают нас образами – «это как ножом по живому резать», а сестры – «зубная боль тьфу по сравнению с этим». И вот, выслушав все это, думаешь: ужас-то какой, конечно, я боюсь боли, а тут мне предстоит самая больная боль из всех болей. От одного этого в теле возникает оборонительная позиция – не пустить!
Но вот что скажу я вам: я тоже рожала, трижды, и могу сказать, что любая другая боль куда больнее, чем родовая, по целому ряду параметров. И зубная боль, и головная (мигрень) даются мне куда сложнее.
Вообще, этот посыл от приходящих ко мне женщин звучит довольно часто: «Я боюсь физической боли в родах».
И я стала говорить о боли патологической, которая возникает вследствие того, что с телом идет что-то не так, где причина – нарушение, искажение. И о боли физиологической, где как раз все идет по плану.
И в традиции работы со страхом предлагаю искать отличия родовой боли от боли патологической.
Расскажу и вам о них, из накопанного. Вы можете добавлять смело и что-то свое.
1. Родовая боль – здоровая. Она – показатель процессов в теле, вызванных естественными природными причинами. Тело знает, куда «идет», природа предусмотрела эту ситуацию и эти ощущения. Патологическая боль – не предусмотрена природой, может являться опасной для организма и явно свидетельствует о том, что с телом идет что-то не так.
2. Родовая боль – прерывистая. Схватки и потуги имеют волнообразную природу, с началом ощущения, плавно нарастающим к пику и так же плавно спадающим. А затем наступает перерыв в несколько минут. Если роды идут здорово, это всегда так, на это можно положиться. Боль будет прерываться. И даже внутри самой боли – она не статична, а нарастает (то есть еще не сильная) – пик (самая сильная) – и спадает (опять не самая сильная). По сути – сложное – это сами пики, длина которых не более секунд 50-ти при самом-самом долгом раскладе (сама схватка максимально достигает полутора минут – короткий кусок родов). Патологическая боль как вступит, так не отпускает: больной зуб может ныть часами, голова гудеть – не останавливаясь, и конца и края боли этой нет. Ни тебе волны, ни паузы.
3. Родовая боль – конечная. Это то, что точно можно гарантировать. Да, и патологическая конечна, но неизвестно, когда и чем кончится. С родовой болью все более или менее понятно. При самом плохом раскладе – она продлится около полутора суток. В древности говорили о продолжительности родов: «Солнце не должно встать дважды над головой роженицы». Да, я знаю, что есть истории про роды по трое суток, но это скорее про длительный размазанный кусок вхождения в роды, когда тренировочные схватки раскачались в родовые, и хоть они и могут быть выматывающими, но вряд ли они будут прямо вот такими, что это можно было бы назвать болью.
4. Родовая боль – предсказуемая. С одной стороны, да, мы не знаем, какой интенсивности будут схватки на этот раз, а какими будут потуги, сколь именно долго они продлятся. Но у них есть все равно пределы этих вероятностей, роды делятся на этапы, и внутри этих этапов боль – ритмична и одинакова, пока роды не перейдут в следующий этап. И в каждый отрезок времени боль предсказуема. Плюс сам факт предстоящих родов, предвестники перед ними плавно нам «как бы намекали» на предстоящий труд. И в этом смысле шока вообще нет. В отличие от боли патологической, которая приходит всегда внезапно, интенсивность которой предсказать также невозможно, и когда она кончится – тоже.
5. Родовая боль – имеет выносимый предел. Несмотря на то, что ощущения в родах плавно нарастают, даже самые пиковые переживания имеют свой максимум, который, в свою очередь, рассчитан на нашу возможность его пережить. От болевого шока в родах никто не умирал. Сила этого ощущения хоть и велика, но всегда выносима. К тому же, в проживании ее нам помогают вырабатывающиеся в организме одновременно с этим естественные обезболивающие вещества – эндорфины, которые способствуют субъективному смягчению восприятия боли, и это очень важно. Патологическая боль может быть любой, в том числе и такой, что может нас убить.
6. Родовая боль – меняющаяся. Она не зарядила раз и надолго, статично, как патологическая. А она дает разнообразие, как ни иронично это звучит. Сначала легкая по характеру, потом «рабочая», к ней важно приспособиться, потом очень сильная, но короткая относительно всего процесса, затем – потужная – просто другая, иная. И в этом смысле – это разнообразие морально переносится легче, чем что-то долго не меняющееся.
7. Родовая боль поддается субъективному облегчению ее, у нее есть законы, в связи с которыми на нее действительно можно влиять. (Об этих способах читайте в звене «Боль».)
8. Родовая боль – благая. Если говорить еще красивее, приносит собой жизнь, созидает. Я вижу, насколько родовой поток – поток Рода, насколько его сила – живая, говорящая, насколько она и есть – Жизнь (Бог, Ци и еще имеющая наверняка тысячу одно и название и ликов). И Она любит тебя. Эта боль – объятия, мощные настолько, что в них – только растворяться.
В этом месте хочется отдельно поделиться одним моим текстом, написанным после прекрасных сольных родов, на которые я не успела.
Боль как Божественный массаж
Я вчера прикоснулась к чуду, самому обыкновенному и бесконечно красивому.
Я вчера не успела на роды. Стояли с мужем роженицы в чернушной пробке, пока у нее шли потуги – одной, дома – и я бесконечно радовалась, просто-таки ликовала за эту женщину! Полное соло. Причем, когда мы с ней встречались, мне так и показалось, что ей этого хочется и что я на этих родах – договоренность со своим «здравым смыслом» и мужем. Как я радовалась!
Божественные роды. Спокойный и красивый голос. Не потому, что она все знает – да, звонила, спрашивала много – а что делать сейчас с малышкой? А такой цвет – это нормально? И прочее. И все равно – она была в ведущей роли Матери, которой ее и наделила природа.
А потом… потом она сияющими глазами, поющим от счастья голосом, полная впечатлений, рассказывала. Да такое!!! Что я попросила ее разрешения поделиться здесь некоторым.
О боли.
«Представляешь, – говорила она удивленно, открыто, счастливо, – это была не такая боль в нашем привычном понимании слова, это такая боль, от которой даже наслаждение получаешь. Мне кажется, это невозможно описать словами… Я даже смеялась на потугах от удовольствия!
У меня в голове возникали всякие образы боли. И вот один из них был такой, я назвала его для себя – Божественный Массаж. Будто эта боль – это массирование моего тела, матки. Как точечный массаж. Когда тебе его делают, тайский, например, тоже больно, но ты переживаешь эти ощущения со знанием, что они на пользу, на выздоровления направлены, и уже по-другому их воспринимаешь, с доверием, с любовью. И вот будто это точечное касание было не пальцами другого человека – меня, а чем-то извне, Богом, для новой жизни.
И еще был образ. Я на все говорила: „Я люблю тебя“. Не кого-то конкретно, а вот все – матке – я люблю тебя, малышу – я люблю тебя, схватке – я люблю тебя, боли – я люблю тебя. У меня на днях тут перед родами зуб разболелся, ну и так некстати это все было разводить накануне родов, что я ему, зубу, сказала: я люблю тебя! – и он прошел! И я тогда поняла…
И еще, когда понимаешь, что ты одна, возникает совсем иное ощущение ответственности. С одной стороны, ты вроде как и уплываешь, и есть это состояние родовое, измененное, а с другой – есть кто-то, кто остается совершенно в разуме, в ясности, за всем этим наблюдает».
От себя скажу, как помнится мне изнутри своих родов – Боль тоже всегда приходила образами. Да и другие женщины много об этом рассказывали. Мне это чем-то напоминает, как в опытах Дона Хуана и Карлоса в книгах Кастанеды. Сила человека приходила к нему в каком-то образе. Так и родовая сила, боль – приходит образом.
Мне очень близко восприятие боли как Божественного Массажа. В этом столько принятия того, что с тобой происходит и столько любви к этому. Да и действительно – что, если не любовь Бога, Жизни – как ни назови, Благодать, Благословение – нисходит на женщину в то время, как ей доверили проводить в этот мир жизнь человека?
Про Наблюдателя. В родах с ним соприкасаешься очень ярко. Еще так бывает в нетрезвом состоянии или состоянии аффекта, когда делаешь что-то, реагируешь – и все это через пелену. Но есть кто-то в тебе же, кто будто видит это все со стороны – безоценочно, не анализируя, просто воспринимает. Мне кажется, этот опыт соприкосновения с ним очень важным, ведь по сути тот, кто поступает и реагирует, – это наше эго, а тот, кто наблюдает, – душа. А вообще-то говоря, Бог … Энергия Жизни. Часть Бога, неотделимая от Всего Бога. И если стараться держать максимально ясный контакт с этой частью себя, успевая наблюдать за тем, что она наблюдает, – и поступать и реагировать в связи с этим, – это и есть – жизнь по душе.
По пробкам с мужем роженицы мы ехали еще два часа. И он приговаривал поначалу: «Ай да Ю., ну дала!», «Ну ничего себе вытворила!» – это он про полное соло. И были в этом и шок, и удивление, и даже такое… ну, когда ласково журят. А я ему говорю: «Зато представляешь, какое чувство полноценности у нее как у Женщины теперь, сколько гордости она сейчас испытывает? Она все сделала сама!» И вот он сразу ответил – да. Для него это был аргумент.
Столько любви подарила вчера это прекрасная семья своей любовью. Пусть она ширится дальше.
Этот текст должен быть в теме звена «страх боли», так как окружение себя красотой в родах имеет чрезвычайно окситоциновое свойство. Окситоцин – гормон радости, расслабления и удовольствия – самый ведущий в родах, антагонист страха – адреналина.
Красота вокруг родов: смысл и ценность
Ценность красоты я начала осознавать сравнительно недавно. До этого она относилась к разряду – когда все в порядке (читай – проблемы решены, жизнеосновные задачи решены, выжили), тогда можно заняться и украшательством (читай – безделием, а может даже, и жизнью – в противовес выживанию). Но не догадывалась тогда, что красота – не тогда, когда выжили и можно жить, а тогда когда выживаешь – смотришь в сторону умирания – и именно туда начинаешь привносить красоту – чтобы смотреть в сторону жизни.
Проще говоря, здесь нет последовательности, и даже ровно наоборот, чем хуже и сложнее живется, тем больше нуждается душа в красоте, красоте как символе жизни, ее сока, радости ей, возвращения в состояние силы и благодарности.
Мы пренебрегаем красотой и дорого за это платим. В природе нет ничего неуместного, все имеет замысел и пользу, однако она очень красива.
Говоря о подготовке к родам, я много внимания уделяю настрою на них. Дело не только и не сколько в информации о физиологии родов, не в анализах и правильном питании, остеопатии и йоге, не только – в правильно выбранном месте родов и участниках в них, сколько в том – чему мы не придаем особого значения – украшательствах, приятностях – это не то, что должно идти после, когда все улажено и осталось время и на «ерунду», это то, что должно идти вместе, обязательным комплектом. Это материализованный окситоцин, радость и удовольствие, любовь и наслаждение – то, что накапливается, то, что создает на физиологическом уровне наши роды. Окситоцин – как проявленная в теле любовь. И вот этой любовью – красотой – нужно стремиться наполнить все клеточки родового пространства. Ими и мерить все – нужно/не нужно.
Это и есть про жар родов, о котором говорят южноамериканские индейцы (привет, Наоли Винавер!). То, из чего роды текут расплавленной мантией земли, двигая тектонические плиты – к ядру, к центру жизни.
Что делала я?
• Список, что тяготит.
Я представила себе, будто я воздушный шар с корзиной, которому предстоит улететь туда, куда нужно мне. Что тянет меня к земле? Что мешает лететь туда, куда хочется? Какой груз лишний, а что я беру с собой как весомую опору?
Я просто интуитивно пыталась ощутить, что во мне сидит, что тянет, что лишнее? И писала совершенно разношерстный список – от: закрыть ИП до родов и купить матрас, до поговорить с Н. о ситуации, тянущейся года два, и сократить отношения с К. Туда могли входить одновременно и оплата счетов, и задачи рода. Это все было равно важно.
• Благословение пути.
С помощью подруги у меня было организовано Благословение пути. Для меня лично, где я была – самая главная и прекрасная. С самыми близкими для меня людьми, со значимыми и которым значима я. Оттуда я унесла бусины-пожелания и письма в роды. Про Благословение вы можете почитать на с. 268. Главное, что это место и время, в котором можно ощутить предстоящее событие как сакральное, интимное, значимое, волшебное, роды как инициацию, переход, проводы которого и организованы как Благословение.
• Коробка на рождение малыша.
Это я по наитию делала вообще нередко в жизни, сделала и в одну из своих беременностей. Потом я подобное видела у Лиз Гилберт в «Есть, молиться, любить». Только мои коробочки были проявлены впоследствии в жизни. В коробочку на рождение малыша (а она была немаленькая) я складывала с самого начала беременности все самые-самые вещички, все самое заветное – именно для этого малыша. Слинг мечты, альбом для записей о нем, когда родится, кормительные бусы, распашоночки мимишные именно для него…
• Алтарь на роды.
Я про это нигде не читала, но не удивлюсь, что это существует или будет существовать;-).
Делала по наитию из глубокой потребности воплотить свою молитву за предстоящие роды. Это место – как контакт с Высшим, с Высшей, с собой, с Праматерью. Раньше я делала вальдорфские столики времен года, из этого выросла привычка делать дома святые уголки, и вот перед родами это выстрелило в такое украшательное и священное действо. Драпировка красивой тканью, ванильная свечка с Буддой, бусы – где каждая бусина раскрашена подругой с пожеланием в роды, открытка с Муми-мамой, пришедшая в беременность, рисунок малыша во мне, сделанный детскими ручонками трехлетнего Юрки, ландыши – мои любимые, может, было что-то еще, а у вас-то все будет по-своему… Но это очень сильное место было в доме для меня. Место-напоминание, место-оберег, место – о Главном в родах.
• Карточки.
Эта идея во мне живет давно, я воплотила ее прошлым летом для своей подруги, когда во сне мне пришли короткие строчки о родах и силе для каждой карточки, мне оставалось только записать их.
Вы тоже можете написать себе какие-то самые простые, опорные для вас слова-напоминания, которые будут помогать в состояниях – «я не справляюсь», «мне страшно» и вообще – если вы боитесь потерять контроль с хорошей точки зрения – не впасть в истерию, то эти карточки могут стать вашими якорями.
Навскидку, там могут быть такие слова: «Скоро вы встретитесь», «Все женщины мира сейчас с тобой», «Это конечно», «Доверься волнам, они вынесут на берег жизни» и т. д.
• Письмо малышу.
Иногда я предлагаю это сделать, когда отвечаю на вопрос «У меня начались роды, что делать?» Я говорю: «У тебя последние часы, когда он еще внутри, именно этот ребенок, и это никогда не повторится. Запиши, запиши ощущения, что помнишь, чувства, это уникальный момент. Представляешь, как приятно человеку будет прочитать это потом, когда он вырастет? Семейная реликвия!»
Недавно я стояла у зеркала и подумала, что хочется возить с собой на роды не только свой личный талисман, но и что-то общее для пространства и ненавязчивое, что-то символизирующую Мать всех матерей, Великую Праматерь.
Подумала и забыла. Мы с детьми собирались гулять тогда, я зашнуровала кеды, поднимаю голову и вижу на полочке лежащую икону Богоматери, которую мне некогда подарил папа, а я как-то не знала, куда ее «приткнуть». Ответ был настолько очевиден от реальности, что теперь она ездит со мной и стоит ненавязчиво, смотрит.
Еще у меня с собой практически всегда с недавних пор открытки на рождение малыша. Мне кажется, это очень памятно и как раз про красоту и счастье – получить открытку с пожеланиями от доулы – человека, с которым ты только что прошла через свои роды.
Безусловно, лежащей на поверхности причиной страха может быть ощущение себя не в безопасности. И в этом месте мы напрямую утыкаемся в потребности женщины в родах.