.
Странно было слышать в этом богом забытом месте слова великого француза о море, о прелестных женщинах.
Запыленный «Лендровер» беззвучно подкатил к кафе, и из него вышел пузатый мужик, сильно смахивающий на кенийского таможенника.
Тот же разрез глаз, такие же брови, и даже выражение лица походило на далекого родственника. Вот только кенийский родич был повыше и лет на десять старше.
Оглядев редких посетителей кафе, таможенник остановился взглядом на Борисе и повел глазами вправо.
Делано нехотя поднявшись, Борис подошел к только что приехавшей машине и встал рядом с таможенником.
– Вы Студент? – спросил таможенник, не разжимая губ.
– Вы… – начал Борис и остановился.
– Я Эдгар! Мне вас описал дядя, – немедленно среагировал таможенник на заминку.
– Мне вас тоже описали! – негромко ответил Борис, не отрывая взгляда от певца.
– Сколько у вас денег? – спросил таможенник, кивая головой.
– Примерно четыре миллиона, – ответил Борис, только сейчас осознав, какие огромные деньги открыто лежат в двух сумках в незапертом автомобиле совершенно неизвестного человека.
– Вы хотите перевезти эти деньги к себе на родину? – спросил таможенник, облизывая толстые губы.
– Везти такую кучу денег чревато для собственного организма! – протянул Борис, ожидая продолжения разговора.
Задняя дверца автомобиля открылась, и из нее выглянул толстый негр в сером костюме.
Толстяк махнул рукой, приглашая Бориса внутрь внедорожника.
Таможенник в это время вынул из кармана сотовый телефон и начал по нему говорить, отрывисто бросая незнакомые слова.
Пожав плечами, Борис неторопливо направился к внедорожнику.
Едва Борис залез внутрь, как толстяк начал разговор:
– Я слышал, что у вас есть большая сумма наличных денег, с которой вы хотите уехать из страны! Я правильно информирован? – спросил толстяк, вытирая пот, обильно струящийся по лицу.
– Желательно перечислить всю сумму на пластиковые карточки. Три-четыре пластиковые карты «Виза», «Мастер карт». Пластиковые карты черного цвета не так сильно оттягивают карманы и не вызывают лишних вопросов при пересечении границ, – небрежно сказал Борис.
– Тридцать процентов от суммы наличных денег будет стоить такая операция! – быстро сказал толстяк, снова вытирая потное лицо.
– Обычно банки берут пять процентов за скорость таких операций! – начал торговаться Борис, помня, что он находится на Востоке, где всегда продавец вдвое завышает цену.
– Сейчас ночь и банки закрыты! – попробовал объяснить толстяк, но Борис властно прервал его:
– За такие деньги любой банк можно не то что открыть – взломать любой сейф!
– Вами очень интересуются серьезные люди из соседней страны! – привел новый довод толстяк.
– Я сам решу вопросы с этими серьезными людьми! – отрезал Борис.
– Двадцать процентов, и только после телефонного разговора! – внес новое предложение толстяк, протягивая мобильный телефон, инкрустированный золотом и драгоценными камнями.
– Вам надо только нажать ввод! – предложил обильно потеющий толстяк.
Борис взял телефон и, открыв дверь, вышел из машины.
После первого же гудка в трубке послышался знакомый голос Ахмед-паши:
– Вы слишком много денег взяли за свою работу!
– Как и договаривались – четыре… – успел сказать Борис, как Ахмед-паша прервал его:
– Не надо лишних слов по открытой связи!
«Какой ты умный и грамотный! Сейчас я тебя уем!» – сам себе пообещал Борис, кашлянув в трубку.
Ахмед-паша моментально замолчал.
– Мы потратили в два раза больше времени на работу, и нас три раза могли убить! Нам просто сказочно повезло, что ушли живыми после выполненной работы! – жестко сказал Борис, подпустив металла в голос.
– Вы берете себе один и сейчас же улетаете из страны на моем гидросамолете! Он довезет вас до побережья любой страны, которая находится в радиусе шестисот миль от того места, где вы находитесь.
– Вы нам обещали по два за работу! – попытался воззвать Борис к порядочности пирата.
– Обстоятельства изменились, и вы взяли пять с половиной! Это нечестно! – привел новый аргумент Ахмед-паша.
– У нас еще не было времени пересчитать мешки. На катере находились посторонние люди! – попытался объяснить ситуацию Борис.
– Эти люди уже плывут на свой корабль! – отрезал Ахмед-паша.
– Семь футов под килем! – напутствовал Борис своих соотечественников, которые в данный период времени его совсем не интересовали.
– Ваши предложения? Мне нельзя долго говорить по телефону! – нетерпеливо сказал Ахмед-паша.
– Три мы перечисляем на карточку и оставляем ее в камере хранения аэропорта. Взамен вы перегоняете русский корабль «Андрей Миронов» со всем экипажем и грузом в Кению.
Как только средства массовой информации раструбят на весь мир о вашем альтруистском поступке, я вам перезваниваю и говорю пин-код и номер ячейки! Вы будете очень заинтересованы в нашей жизни и здоровье! Самолет, на котором мы полетим, может взорваться по дороге, карточка с нашими деньгами – быть заблокирована или потеряться. В море и в воздухе столько случайностей! – ханжески добавил Борис, прижимая трубку к уху.
– Три с половиной, и я гарантирую вам долгую и безбедную жизнь! – весело сказал Ахмед-паша.
– Три двадцать пять, и вы даете команду вашему пилоту! – немного сбил цену Борис.
– О’кей! Вахид отвезет вас к гидросамолету! – согласился Ахмед-паша.
Борис махнул рукой Викингу, который распивал с верзилой уже третью бутылку, вовсю горланя французские песни.
У Викинга оказался приятный баритон, которым он подпевал своему собутыльнику.
Увидев отмашку Бориса, Викинг начал вставать, но верзила, положив правую руку на плечи своего собутыльника, наклонился к нему.
Неожиданная мысль пришла в голову Борису:
«Надо взять верзилу с собой! Лишний человек при перевозке денег не будет помехой!»
Подойдя к столу, за которым сидели собутыльники, Борис положил на него триста долларов и громко приказал:
– Гарсон! Еще одну бутылку «Гордона» с собой!
– Банкет продолжается? – спросил верзила, тряхнув головой.
– Сейчас мы заедем в банк и аэропорт, а потом закатимся к девочкам! – пообещал Борис, кивнув Викингу на автомобиль верзилы.
Викинг с трудом встал и, пошатываясь, направился к автомобилю, на котором они приехали.
«Набрался ты от души, напарник!» – сам себе сказал Борис, но, поймав совершенно трезвый взгляд Викинга, сразу изменил свое мнение.
– Поедем в банк на моей машине! – с трудом вставая, сказал верзила.
– У твоей машины жесткая подвеска! Да и ты сильно пьяный! С тобой страшно садиться за руль! Хочу на «Лендровере»! – капризно сказал Викинг, вытаскивая из автомобиля две сумки.
– Как захочешь, друг! – согласился верзила и, шатаясь, встал, опираясь на стол.
«Лендровер», в который уселась компания, рванул с места и быстро помчался по грунтовой дороге. Километров через пять автомобиль выскочил на широкую асфальтированную дорогу, по которой нескончаемой чередой шли грузовые автомобили.
– Дорога в Эфиопию! – гордо сказал толстяк, подрезая огромную фуру, которая недовольно рявкнула мощным сигналом.
– По ней идет все снабжение страны! – пояснил таможенник, оборачиваясь назад.
По обеим сторонам дороги тянулись разноцветные скалы. На повороте за ними стала видна огромная, ровная как стол белая пустошь, исчерченная черными следами во всех направлениях.
– Какая-то странная местность! – протянул Викинг, отодвигая от себя верзилу.
Прислонившись к левой дверце, верзила захрапел.
«Как-то странно ведут себя толстяк и таможенник! Ни одного слова в отношении верзилы! Как будто нашего спутника нет в автомобиле! – отметил про себя Борис, любуясь красными, белыми, желтыми и даже зелеными скалами, ясно видимыми в мощном свете фар несущихся в обе стороны грузовиков.
– Это высохшие соляные озера. У нас есть уникальное озеро Ассаль, вода в котором в несколько раз солонее воды знаменитого израильского Мертвого моря!
– Удивительная страна! – выдал реплику Викинг.
Таможенник гордо улыбнулся, как будто это была целиком его заслуга.
– А что за черные следы на поверхности высохшего озера? – спросил Викинг.
– Французы устраивают на озере гонки на буерах! – обернувшись, пояснил таможенник, покосившись на сладко спавшего верзилу.
Начались двух-трехэтажные дома, выполненные в старом колониальном стиле. Разноцветная штукатурка стен домов, да и чахлые газоны совсем не оживляли мрачного пейзажа, который проносился за окном.
Глава 31
Банк, куда толстяк привез Бориса с компанией, оказался большим двухэтажным кирпичным зданием, окруженным зеленым газоном.
Справа от высокой стеклянной двери висела вывеска, на которой сверкала медная надпись: «Банк Континенталь».
– Пусть ваш друг поспит в машине! – предложил толстяк, останавливаясь в пяти метрах перед банком.
Моментально из дверей выскочил здоровенный охранник в черной форме и с поклоном открыл дверь.
«Это охранник или швейцар? – сам себя спросил Борис, смотря с какой сноровкой мужик открывает дверь, и только надпись «Security» на груди убедила в том, что в это ночное время швейцар отдыхает.
Моментально зажегся свет, который осветил зал. За стойками с бодрым видом сидели три черные девушки.
Царственно кивнув трем склонившимся в поклоне охранникам в синей форме, толстяк прошествовал через зал и, открыв своим ключом дверь, пошел по длинному коридору.
Около четвертой двери толстяк снова открыл дверь своим ключом и вслед за охранником вошел.
Борис с Викингом шагнули следом и оказались в небольшой приемной. Возле стола с персональным компьютером стояли три кожаных кресла. В одном из них сидел таможенник.
Кивнув Викингу, который тащил две сумки, на крайнее кресло, Борис уселся рядом с таможенником и сразу же вскочил.
– Сде