Я вздохнул, потому что разумного объяснения у меня не было. Я не мог упоминать про Карли. Я никак не был с ней связан, не имел никаких оснований ее разыскивать. Однако, даже если я сохраню ее имя в тайне, Бушингу потребуется совсем немного времени, чтобы проследить мои звонки и найти тех, с кем я говорил о Карли. Он возьмет ее фотографию и увидит, что она похожа на двух других женщин.
У Карли спросят обо мне, и как только это произойдет, я буду навсегда от нее отрезан. Она мне никогда не поверит, не станет даже говорить со мной.
Я чувствовал, как меня опутывает плотная паутина, точно так же, как это было в моем собственном мире. Несомненно, именно этого добивался другой Дилан Моран. Времени у меня оставалось все меньше.
– Я поехал туда, чтобы сходить в музей Блок[17], – сказал я, хватаясь хоть за какой-нибудь предлог.
– Вы поехали в Норт-Сайд через весь город, чтобы сходить в музей? Зачем? Когда я с вами говорил, вы сказали, что валитесь с ног от усталости.
– Да, но в то же время я не находил себе места. Я потерял два дня своей жизни и не знал, что со мной произошло. Я пытался отключить свой рассудок и посмотреть, может быть, что-нибудь вернется. На самом деле я не думал о том, куда еду. В музее есть экспозиция фотографий, которую я хотел посмотреть, вот я туда и поехал.
– Вы ее посмотрели?
– Нет. К тому времени, как я туда добрался, музей уже был закрыт. Мне почему-то казалось, что он открыт до девяти или даже до десяти вечера. Я ошибался. Музей закрылся в восемь. А поскольку я уже был там, я решил прогуляться.
– Еще одна прогулка, мистер Моран? – презрительно фыркнул Бушинг. – Вы вышли прогуляться во вторник, и Бетси Керн была убита. Вы решили прогуляться вчера, и женщина, очень похожая на Бетси Керн, увидела, как вы преследуете ее с ножом в руке.
– Она ошиблась.
– Вы намереваетесь придерживаться этой линии?
– Это правда.
Убрав бумаги в портфель, следователь встал:
– Позвольте сказать вам, мистер Моран, что будет дальше. Я собираюсь разворошить ваше прошлое. Я проверю все места, где вы жили. Работали. Учились. Куда ездили в отпуск. Я буду искать, не было ли там нераскрытых убийств, когда вы там находились. После чего я вернусь с ордером на обыск вашего дома, вашей машины, вашей работы – всего.
– Вы можете обыскивать что хотите. Я невиновен, следователь Бушинг. Я ничего не сделал.
– Да? Ну, на вашем месте я бы нашел адвоката. – Бушинг взглянул на Тай: – А на вашем месте, миссис Моран, я бы подумал о том, чтобы перебраться жить в другое место.
После ухода Бушинга Тай продолжала молча сидеть на диване. Она держала спину прямо, идеально расправив плечи, руки были аккуратно сложены на коленях. Тай успокоила себя размеренными вдохами и выдохами, после чего медленно повернула голову ко мне. Ее глаза не моргали.
– Кто ты такой? – спросила она.
– Ну же, Тай!
– Я серьезно. Кто ты такой?
– Ты прекрасно знаешь, кто я такой.
Тай покачала головой:
– Нет, я думала, что знаю. Но теперь я не знаю. Я начинаю гадать, не носил ли ты все это время маску. Вчера я испугалась, что у тебя любовница, но все в тысячу раз хуже.
Тай встала с дивана. Когда она проходила мимо меня, я схватил ее за руку, но она отчаянным рывком высвободилась:
– Не прикасайся ко мне! Не смей меня трогать!
– Тай, извини. Я сам был бы рад тебе все объяснить.
– Но ты не можешь.
– Не могу. Я только говорю тебе, что я не убийца.
Тай поджала губы. По ее глазам было ясно, что она мне не верит.
– С кем ты занимался сексом прошлой ночью?
– Что ты хочешь сказать?
– Кого ты трахал в нашей постели, Дилан? Потому что это была не я. Ты думал о ком-то другом, я это чувствовала. Это была та девица из университета?
– Тай, пожалуйста, не надо. Все очень запутано.
– Да, ты прав. Очень запутано. Сегодня ты спишь на диване. Я не хочу, чтобы ты был рядом со мной.
– Как скажешь. Но я клянусь, тебе нечего меня бояться.
Тай направилась к двери. У камина она остановилась и посмотрела на нашу свадебную фотографию, затем положила ее лицом вниз на полку.
– Мне нечего бояться своего мужа, – сказала она. – Но ты не тот, за кого я выходила замуж.
Глава 22
На следующий день я снова нашел Карли в кафе в университете.
Я должен был принять решение. Поговорить с ней или пройти мимо. Я понимал, что никогда не смогу получить то, что хочу, в этом мире. Никогда не смогу вернуть Карли в свою жизнь. Кольцо вокруг меня сжималось, и скоро мне придется уйти. Но сейчас Карли была передо мной. Даже несколько минут с ней – это было больше, чем я смел мечтать. Я был уверен в том, что больше никогда ее не увижу.
Я подошел к ее столику:
– Карли?
Смахнув волосы со своих голубых глаз, она подняла на меня взгляд. Ее мысли были где-то далеко. Я прервал ее на середине каких-то размышлений.
– Да?
– Вы ведь Карли Чанс, правильно?
– Да.
Я постарался совладать с собой и не поперхнуться собственными словами.
– Полагаю, вы не помните, но у нас с вами давным-давно было свидание.
Она улыбнулась. Это была не улыбка Карли, а улыбка вежливого равнодушия.
– Вот как? Сожалею, но вы правы. Я действительно не помню.
Безропотно стерпев удар по своему самолюбию, я попытался отшутиться:
– Не берите в голову. Свидание прошло так чудесно, что вы, наверное, стерли все воспоминания о нем.
Карли снова всмотрелась в мое лицо, роясь в памяти. Это было мучительно больно, потому что для меня она выглядела в точности такой же. Лицо, бледные губы, твердая решительность в подбородке. Ее голос, мягкий и мелодичный, заставлял склониться к ней, чтобы слушать и наслаждаться. Неровные концы золотистых волос. Я был безумно влюблен в эту женщину, а она совсем меня не знала.
– Нас познакомила ваша подруга Сара, – добавил я. – Я… Дилан Моран.
Когда я произнес свое имя, у нее в лице что-то изменилось. Она моргнула, зрачки у нее расширились. Она снова с каким-то странным любопытством оглядела меня. Ей стало неуютно, а я не понимал, в чем дело. Неужели на том свидании произошло что-то такое, о чем я не знал?
– Дилан, – пробормотала Карли. – Так это были вы? Свидание вслепую?
– Это был я.
– Извините. Теперь я вспомнила. Просто моя жизнь разделилась на «до» и «после», и это было «до».
– В тот вечер мы пошли в какой-то клуб, верно? Я даже не помню в какой.
– В «Спайбар», – без колебаний ответила Карли.
– Ну да, конечно. Ну, не сомневаюсь, все прошло просто великолепно. У меня репутация самого плохого танцора на свете.
– Думаю, вы излишне строги к себе, – великодушно промолвила Карли.
– О, едва ли. В общем, я на десять лет запоздал со своими извинениями.
– В этом нет необходимости. Я пошла на это свидание уже предвзятой. Я терпеть не могу свидания вслепую.
– Аналогично.
Обмен любезностями иссяк. Мне пришло время уходить. Но я должен был еще столько сказать Карли.
Я твой муж.
Я тебя люблю.
Тебе угрожает опасность.
Ничего этого я сказать не мог, но я также не мог допустить, чтобы эти пустые любезности стали моим последним разговором с Карли.
– Я прочитал ваши стихи, – добавил я.
– О?
– Ваш сборник. «Портал». Больше того, купив, я перечитал его четыре раза подряд.
– Четыре раза подряд. Вы мазохист?
Я улыбнулся. Это было так похоже на Карли.
– На самом деле ваши стихи очень красноречивые, но они навеяли на меня грусть.
– Грусть? Это я слышу редко. Обыкновенно я слышу «отвратительно», «дрянь», «сатанизм». Но «грусть» – это что-то новое.
– Мне стало грустно, потому что, прочитав их, я понял, чтó потерял, – сказал я.
– Не понимаю.
– У меня было свидание с девушкой, которая, очевидно, очень мудрая, глубокая, сложная и талантливая, а я ее так и не узнал.
Отпив глоток чая, Карли задумалась над моими словами. Я не пытался к ней подольститься. Я говорил искренне. Если это по-прежнему та самая женщина, которую я любил, она это поймет.
Поколебавшись немного, Карли сказала:
– Не хотите сесть?
– С удовольствием. Спасибо.
Сев за столик, я с огромным трудом удержался от того, чтобы погладить ее по щеке, что было бы совершенно естественно. Взгляд Карли упал на мою руку, на которой все еще было обручальное кольцо. Белое золото, с инкрустацией в виде кельтского узла на черном титане.
– Красивое кольцо, – сказала она.
– Да, красивое. – Я едва сдержался, чтобы не добавить: «Это ты мне его подарила».
– Значит, вы женаты.
Я не знал, как ей ответить. Моя жена сидела за этим самым столиком, но даже не подозревала об этом.
– Был женат.
– Развелись?
– Моя жена умерла.
– Извините. Примите мои соболезнования.
– Спасибо. Я до сих пор так и не снял кольцо.
– Понимаю.
– Достаточно тяжело уже то, что я ее потерял, но наш последний разговор был спором. Жена совершила ошибку, а я никак не мог ей этого простить. По моей вине это нас погубило.
– В чем заключалась ее ошибка?
– Неважно. Она говорила со мной, но я ее не слушал. А теперь уже слишком поздно что-либо исправить. Я так много хотел бы сказать ей…
Глаза Карли сверлили меня насквозь:
– Что бы вы сказали?
Я задумался. Моя жена сидела прямо передо мной, и я мог сказать ей все что хотел. Теперь было так просто сказать то, что я не мог сказать раньше.: «Я тебя прощаю». Но теперь мне хотелось большего. Если бы я смог вернуть свою жену, я сказал бы ей, что все будет по-другому.
– «Дай мне еще один шанс», – сказал я. – Вот что я бы ей сказал.
– Возможно, ваша жена чувствовала то же самое. Я хочу сказать, это ведь она совершила ошибку.
– Возможно. Мы оба свернули не на ту дорожку и оказались там, где не хоте