ли быть. Мне очень хотелось бы, чтобы у нас была возможность исправить эту ошибку. Чтобы мы получили второй шанс. Я хочу этого больше всего на свете.
– Да, было бы здорово, если бы жизнь была так устроена. Я много об этом думаю.
– Не сомневаюсь. – Помолчав, я сказал: – Я слышал о том, что произошло с вами. О гибели вашей матери. И всем том, что было после.
– Я не бегу от этого, – кивнула Карли. – Больше не бегу.
– Скорее всего, я не рассказывал вам это при нашей первой встрече. Тот Дилан, из прошлого, не любил делиться своим личным. Мои родители погибли, когда я был еще маленьким. Отец застрелил мать, после чего покончил с собой. И я при этом присутствовал. Это меня изменило. Потом мне в жизни много раз приходилось делать выбор, и, поверьте, далеко не всегда я делал правильный.
Карли отпила чай, не отрывая взгляда от моего лица. Мне это казалось очень личным.
– Любопытно, какими словами вы это выразили.
– То есть?
– «Тот Дилан, из прошлого». Как будто вы не тот же самый человек.
– Это действительно так. Я стал другим.
– Мне хорошо знакомо это ощущение, – сказала Карли.
– Готов в это поверить.
– Дилан, почему вы рассказываете мне все это?
– Наверное, я хочу, чтобы вы узнали, кто я.
– Без обиды, но какое это имеет значение?
– По вашим стихам я узнал, кто вы, а у вас так и не было возможности узнать меня.
– У нас было ведь всего одно свидание, – напомнила Карли. После чего добавила кое-что совершенно неожиданное: – Правда?
Мне захотелось сказать: «Нет, нет! У нас было нечто большее!» Но я этого не сказал.
– Вы правы. У нас было всего одно свидание.
Мне показалось, что Карли была разочарована моим ответом.
Только сейчас я заметил, что мой стаканчик с кофе пуст. Я смял его. Карли улыбнулась; я улыбнулся. Две смущенные, неловкие улыбки. Я взглянул на часы, и Карли также взглянула на часы. Мы колебались на грани того, чтобы стать чем-то больше, чем просто двумя незнакомыми людьми, но пока что нам не удавалось сделать этот шаг.
– Ну, рад был с вами встретиться, Карли.
– И я тоже.
– Всего вам хорошего. Берегите себя.
– Постараюсь.
– Может быть… – начал было я и осекся.
– Может быть, что?
– Не знаю. Понимаю, это глупо. Но я подумал, может быть, мы сможем исправить нашу ошибку. Я имею в виду наше свидание.
Карли заколебалась:
– Может быть.
Я встал из-за стола, но тотчас же снова сел на место. Я не мог просто так расстаться с Карли. Не мог ограничиться лишь туманным обещанием когда-нибудь встретиться. Мне было нужно больше.
– Простите, можно задать вам еще один вопрос?
– Спрашивайте.
– Я про ваш сборник. Почему «Портал»?
– Что вы имеете в виду?
– В нем нет стихотворения с таким названием. И обложка, с бесконечными зеркалами. Я не увидел связи со стихами. Какое это имеет отношение к тому, что вы написали?
Ответ гладко слетел с уст Карли, словно она говорила это уже миллион раз.
– Я отвечаю всем, что моя книга – это портал, обозначающий переход от того, кем я была, к тому, кем я стала. Я оставила в прошлом свои отношения с Сюзанной и чувство вины за то, что произошло. Я шагнула в дверь, ведущую в новую жизнь. По-моему, в этом есть смысл. Вы не согласны?
– Да, есть. – Но почему-то мне показалось, что она испытывает меня, поэтому, положившись на интуицию, я ринулся вперед: – Вот только мне кажется, что это не истинная причина. Я прав?
Карли заколебалась:
– Если честно, да. Вы правы.
– А на самом деле?
Она покрутила пальцами прядь. Мне так хорошо был знаком этот жест.
– Если я вам скажу, вы сочтете меня сумасшедшей.
– Поверьте, не сочту.
– Я не могу понять, Дилан, почему говорю вам все это. Я вас не знаю, и я еще никому не признавалась в этом.
«Потому что мы с тобой по-прежнему связаны друг с другом», – подумал я.
– Я сохраню вашу тайну.
Карли почесала щеку, пристально глядя на меня, изучая меня, оценивая, кто я такой. Незнакомый человек. Я буквально почувствовал, как она спорит с собой. Когда Карли наконец заговорила, еще до того как она сформулировала слова, я понял, что она собирается сказать нечто такое, что изменит абсолютно всё.
– Вам когда-нибудь доводилось слышать о теории Множественных миров? Это из квантовой механики.
Мне захотелось кричать, но я с трудом дышал.
– Доводилось, – выдавил я.
– Вы знаете, что она говорит? Насчет параллельных миров? Других жизней?
– Да, – едва слышно произнес я.
– Вы верите, что такое возможно?
– Да, верю.
– Я пыталась утопиться, – продолжала Карли. – Я едва не рассталась с жизнью.
– Знаю.
– Почти целый месяц я провела в коме.
– Да.
– Так вот, пока я находилась в коме, я куда-то попала. Я не узнала это место. Это было что-то вроде… что-то вроде кукольного домика. Понимаю, это звучит странно, но это был огромный кукольный домик. И там находились другие Карли. Бесчисленное количество, такие же как я, словно они проходили через этот домик, направляясь каждая в свой мир. Я словно попала в эти Множественные миры, оказалась на распутье. – Она остановилась. У нее на лице появилось смущение. – Вот видите, я сумасшедшая.
– Нет! Продолжайте.
– Я познакомилась там с одной женщиной. Понимаю, как это выглядит со стороны, но это была другая я, живущая совершенно другой жизнью. Я рассказала ей все, что произошло со мной: про Сюзанну, про то, как горько она переживала свои неудачи в бизнесе, про то, что мы никогда не ладили друг с другом. А затем про то, как я потеряла себя, когда ее не стало. Эта другая Карли поняла меня, поняла мои недостатки, хотя у нее самой жизнь была гораздо более счастливой. Она любила и была любима. Она была замужем за…
Карли умолкла.
– За кем? – нетерпеливо спросил я. – За кем она была замужем?
Она опустила взгляд.
– Неважно. Как я говорила, у нее была совершенно другая жизнь. Правда, стихи она не писала, но она была одаренной и умной. Мы сидели в углу кукольного домика, наблюдая за тем, как приходили и уходили другие Карли, и писали вдвоем стихи. Мы написали «Портал». Она и я. Мы вместе просочились сквозь мрак и вышли с противоположной стороны.
– Наверное, это должны были быть захватывающие впечатления.
Карли зачарованно покачала головой:
– Вы правы. Вот только все это было ненастоящим.
– Вы уверены?
– Ну разумеется. Это я разговаривала сама с собой. Я только знаю, что, когда вышла из комы, почти все эти стихотворения уже были у меня в голове. Я понимала, как мне нужно повернуть свою жизнь. Я наконец была готова оставить прошлое позади и стать другим человеком. – Внезапно Карли отодвинула стул и встала: – Господи, что я делаю? Это же бред какой-то! Пожалуйста, никому не говорите, что я вам это сказала.
– Не скажу.
– Мне пора идти.
– Нет, подождите, не уходите! Я хочу поговорить с вами. Мне нужно кое-что вам сказать.
– Извините, но мне действительно пора идти. Я должна встретиться со студенткой. Не знаю, Дилан, что вы обо мне подумали, но я бы больше не хотела обсуждать все это. Я и так сказала лишнее.
Она собрала бумаги и компьютер, но я мягко накрыл ее руку своей. На которой было обручальное кольцо.
– Давайте встретимся сегодня вечером, – сказал я.
– По-моему, это плохая идея.
– Пожалуйста! Я хочу вам кое-что рассказать.
– Нам с вами лучше больше ничем не делиться друг с другом. Мы совершенно не знаем друг друга.
– Карли!
Она остановилась. От меня не укрылось, как у нее по всему телу пробежала дрожь.
– Что?
– Дайте мне еще один шанс.
Прикрыв рот, Карли ничего не сказала. Она уставилась себе под ноги, прижимая компьютер к груди.
– Давайте встретимся сегодня вечером, – повторил я.
Не поднимая взгляда, Карли кивнула:
– В девять часов. Прямо здесь.
После чего поспешно удалилась.
После того как она ушла, я буквально взлетел до небес.
Я взлетел так высоко, что не видел то, что внизу, а это опасно. Чем выше взлетишь, тем больнее падать. Но даже так я позволил себе помечтать о том, как я расскажу Карли всю правду, а она мне поверит. Я представил себе, как мы начинаем сначала в этом мире и восстанавливаем то, что у нас было. Это было первое мгновение счастья, которое я испытал после катастрофы в реке.
Затем я отправился к Роско, и он низверг меня на землю.
Я рассказал ему все, что произошло за последний день – в том числе то, что я нашел у реки труп его Дилана, – и когда я закончил, он печально опустил голову. Когда Роско наконец заговорил, глаза у него были такие холодные, какие я еще никогда не видел. Это был не Роско-священник, а Роско-друг, и я его подвел.
– Я говорил тебе, что ты здесь чужой, – гневно бросил он. – Говорил, что тебе нужно вернуться домой, пока не пострадали новые люди. А теперь посмотри на то, что ты натворил. Посмотри на страдания, которые ты уже причинил.
– Я не имею никакого отношения к тому, что произошло у реки, – возразил я.
– Ой ли? Могу ли я верить твоим словам? Ты появляешься неизвестно откуда со своей сказкой о параллельных мирах, и вот теперь ты мне говоришь о том, что мой лучший друг мертв. Убит. Откуда мне знать, что это не твоих рук дело? Ты устранил его с дороги, присвоил себе его жизнь, и все это ради того, чтобы найти способ снова быть вместе с Карли.
– Роско, ты меня знаешь, – покачал головой я. – Я бы ни за что на свете не совершил ничего подобного…
– На самом деле ты ясно дал понять, что я тебя не знаю. И ты прав. Вчера ты уверял меня в том, что единственный твой интерес к Карли – защитить ее от этого так называемого убийцы. И вот ты говоришь мне, что надеешься ее вернуть, как я и предсказывал. Извини, Дилан. Сколько вреда ты уже причинил?
– Какой же это вред, если мы с Карли созданы для того, чтобы быть вместе?