Где?
Где они встретятся?
Затем я вспомнил обрывок нашего разговора с Карли. Мы говорили о желании исправить самые большие ошибки в своей жизни, о возможности вернуться назад и изменить то, что мы сделали не так.
Не этим ли собирались заняться сегодня вечером Дилан и Карли?
Исправить свидание вслепую, закончившееся катастрофой?
Если Дилан спросил бы у Карли из этого мира, куда она хочет пойти, готов поспорить, она бы предложила начать с самого начала. И снова повторить наше первое свидание, чтобы посмотреть, получится ли на этот раз.
«В тот вечер мы пошли в какой-то клуб, верно? Я даже не помню в какой».
«В «Спайбар».
Вход в танцевальный клуб «Спайбар», расположенный в полуподвальном помещении здания в богемном районе Ривер-Норт, был из переулка, примыкающего к Франклин-авеню. Подойдя туда, я увидел очередь человек из двадцати, протянувшуюся от черной двери до угла. Я остановился под ржавыми стальными опорами кольцевой железной дороги, и у меня над головой с грохотом пронесся поезд.
Я всмотрелся в людей, стоящих на противоположной стороне улицы. Дилана и Карли среди них не было. Это означало, что они уже внутри. Или то, что я ошибся и их здесь нет. Мне нужно было попасть в клуб и выяснить это. Времени ждать у меня не было, поэтому я подошел к двум латиноамериканкам в обтягивающих нарядах, стоящим в самом начале очереди, дал им по пятьдесят долларов, и через пять минут я уже спустился по лестнице и вошел в зал.
Электронная музыка завывала сиреной. Я прочувствовал всей грудью неумолимый ритм, отчего мне стало трудно дышать. Клуб был переполнен, люди толпились плечом к плечу, дергая руками и бедрами в такт музыке. Я медленно двинулся сквозь облака дыма. Мигала цветомузыка, отбрасывая на пол беспорядочно мечущиеся белые, красные, желтые и зеленые круги.
Дорогу мне преградила высокая девица в черном полупрозрачном топе без лифчика и розовой юбке. Она схватила меня за подбородок. Ее пустой затуманенный взгляд красноречиво говорил о том, что она чем-то накачалась.
– Угостишь меня выпивкой? – прокричала девица.
– Извини.
– Ну же, не жадничай! Один мартини.
– Не могу.
Я попытался протиснуться мимо нее, но она плотно прижалась ко мне, высовывая язык между зубами.
– Я сделаю так, чтобы ты не пожалел.
– Я здесь не один, – поспешно придумал оправдание я.
– И что с того? Она может присоединиться к нам. Я ее видела. Классная телка.
Моему рассеянному сознанию потребовалось какое-то мгновение на то, чтобы понять смысл ее слов. Я схватил ее обеими руками за плечи:
– Ты меня видела сегодня? Со мной была женщина?
– Ну да. Крутая блондинка.
– Где?
– О чем ты?
– Где ты ее видела? Здесь, в клубе? Покажи!
Девица попыталась высвободиться из моих рук.
– Пусти меня, извращенец!
– Говори! Где ты видела ту женщину, с которой я был?
– Да пошел ты!
Вырвавшись, девица ткнула мне в лицо средний палец. Раздраженно тряхнув волосами, она заковыляла на высоких каблуках к стойке. Я поймал на себе любопытные взгляды других посетителей. Двое широкоплечих верзил, вероятно вышибалы, направились ко мне. Я растворился в толпе, затерявшись среди бурлящих тел. Теперь, убедившись в том, что Карли здесь, я не мог допустить, чтобы меня выставили вон.
По голове долбил неумолимый пульс музыки. Мельтешащие огни вызывали головокружение. Я протискивался через зал, отталкивая людей с дороги. Никто не догадывался о происходящем; никто не понимал причины моей паники. Люди смеялись. Кричали. Пьяные девицы целовали друг друга в губы. Я видел вокруг себя лишь калейдоскоп потных тел, в котором лишь на долю секунды появлялись и исчезали лица.
Вспышка. Лицо. Свет гаснет. Лицо исчезает.
Сотни людей плотной толпой обступили меня, непрестанно двигаясь, непрестанно меняя положение. Я старался мысленно выделить кого-то отдельного.
Мужчина. Женщина. Все лица незнакомые.
И вдруг я увидел его.
Разноцветные огни мигали, мигали, мигали. Его лицо вспыхивало и пропадало в свете стробоскопа, но это был он. Мой двойник, мое второе я, моя тень. Держа в одной руке стакан, он танцевал медленно, но энергично, выплескивая адреналин. Его голова раскачивалась из стороны в сторону подобно кобре, готовой совершить бросок, а у меня в сознании звучал неумолимый ритм: «Найди ее, найди ее, найди ее!». Но Карли с ним не было. Я всмотрелся в лица поблизости, но не увидел ее. Я попытался протиснуться к своему двойнику, чтобы вцепиться ему в горло, однако другие танцоры образовали сплошную стену. Я не мог двинуться с места. Ритм становился громче, колотя мне в грудь ударами боксера.
«Найди ее!»
Его голова перестала двигаться. Он ощутил мое присутствие. Все его тело застыло, и затуманенный взгляд, метнувшись по сторонам, остановился на мне. Мы стояли, глядя друг на друга через ритмичную оргию танцевального зала. Я крикнул, однако мой голос потонул в гуле музыки. Мой двойник приветственно поднял свой стакан. Его угрюмый рот скривился в усмешке, и я понял, что означает эта жуткая гримаса.
Я опоздал.
Я снова закричал. Никто не обращал на меня внимания. Никто меня не слышал.
Огни погасли и вспыхнули. За эту долю секунды Дилан исчез. Покинул то место, где только что находился, и больше я его не видел. Однако Карли по-прежнему находилась где-то здесь. Умирающая. Я это знал. Я снова стал проталкиваться сквозь толпу. Добравшись до кирпичной стены, я направился в самую дальнюю часть клуба, где посетители прятались от музыки и столпотворения. Я протискивался мимо парочек, занимающихся в темноте любовью. Я поскальзывался на пролитых напитках и бог знает еще на чем. В мигающем свете стробоскопа я заметил на полу человека. Женщину. Она сидела в углу, подобрав к груди колени и обхватив их руками.
– Карли!
Подбежав к ней, я опустился рядом на корточки. Ее лицо было закрыто волосами. Я смахнул их в сторону. Ее взгляд был пустой, невидящий. Карли повернула голову и посмотрела на меня, но едва ли что-либо увидела. У нее зашевелились губы; она что-то сказала, но я ее не расслышал. Я обнял ее, и моя рука потонула в реке крови. Отдернув руку, я увидел, что пальцы покрыты алой краской, пульсирующей в огнях цветомузыки.
– Помогите! Нам нужна помощь! Сюда!
Никто меня не услышал.
Прижавшись губами Карли к уху, я прошептал:
– Карли, держись! Пожалуйста, держись! Не уходи!
Она уронила голову мне на плечо, как делала уже миллион раз. В кинотеатре, в машине, перед камином, в кровати. Это было таким теплым, таким хорошим, таким знакомым, словно могло продолжаться вечность. Но Карли снова покидала меня. Ее уносил прочь поток крови, хлещущий сквозь мои пальцы. Приложив ладонь к ее груди, я почувствовал хриплое, сдавленное дыхание.
– Карли, я тебя люблю.
Вдох.
Выдох.
– Ты моя жена. Я тебя люблю.
Вдох.
Выдох.
И затем ничего.
– Карли!
Ничего. Она ушла. Я нашел ее и снова потерял.
– Карли!
Мне оставалось только произносить ее имя и прижимать к себе ее обмякшее тело.
В каких-то дюймах от нас танцевали люди. Электронная музыка колотила мне в сердце, громче и громче. На полу нас никто не видел. Долгое время веселящиеся посетители клуба не замечали нас: красивую мертвую женщину в углу и мужчину, который дважды позволил ей умереть.
Глава 26
Наконец кто-то увидел меня. Увидел Карли. Увидел кровь. Пронзительный крик разорвал общий шум, за ним по цепной реакции прозвучали новые крики, вызывая общий бедлам. Музыка оборвалась, и мгновение безмолвного шока сменилось паникой. Люди звали на помощь, бежали прочь. Многие достали телефоны: одни звонили в полицию, другие снимали на видео то, как я осторожно положил Карли на пол. Я не мог оставаться здесь, поскольку с минуты на минуту сюда должна была нагрянуть полиция. Поднявшись на ноги, я направился к лестнице. Мне нужно было выбраться отсюда.
Толпа расступилась передо мной, словно перед какой-то сомнительной знаменитостью. «Смотрите, вот идет Оу Джей![18]» Кто-то решил показать себя героем и попытался меня остановить, но я выставил ногу и нанес ему хук в подбородок, сбивая его с ног. Не ввязывайтесь в драку с Диланом Мораном; он уже проходил через все это. Ко мне устремились другие, но я взбежал по лестнице и выскочил в ночную прохладу. Невдалеке завывали сирены, спеша к клубу с разных сторон.
Я побежал. Моему примеру последовали другие посетители клуба, рассеявшиеся по переулку. Я пробежал под железнодорожными путями, раскинувшимися над головой стальной сороконожкой. Четыре квартала я бежал что было сил, затем остановился и прислонился к стене, переводя дыхание. Вскинув голову, я увидел мигалку мчащейся ко мне патрульной машины и быстро завернул за угол в пустынный переулок. Дождавшись, когда полицейская машина проедет, я вернулся на улицу. Я понимал, что мне нужно покинуть район, пока полиция его не оцепила, а свою машину я оставил неподалеку. Но я обнаружил, что не могу двигаться. Присев на корточки, я поставил локти на колени и уронил лицо в руки, захлестнутый новой волной горя.
Когда я наконец поднял взгляд, увидел его.
Наискосок через улицу у лестницы, ведущей на станцию окружной железной дороги, стоял Дилан Моран, глядя на меня. Он был в кожаной куртке, во рту у него висела сигарета. Мой двойник стоял, прислонившись к желтому бетонному столбу. Как и на мне, на нем была кровь Карли. При виде его я ощутил прилив ярости. Рванув с места, я устремился к нему. Какое-то время он спокойно наблюдал за мной, не двигаясь с места. Затем бросил окурок на мостовую и не спеша поднялся по лестнице на платформу.
Я молниеносно пересек улицу. Подобно хищному зверю, я взбежал по ступеням, но, когда оказался наверху, на платформе уже никого не было. Ни души. Я пробежал ее из конца в конец. Спрятаться было негде, бежать было некуда.