Зажмурившись, я постарался вспомнить недавнее прошлое, однако жизненно-яркими были только те ощущения, которые я испытал, находясь в других мирах. Я хорошо помнил насилие и смерть, увиденные там. Я это чувствовал. У меня болели пальцы, стискивавшие горло Дилану. Я чувствовал на губах поцелуй Карли.
– Это ваше гипнотическое внушение, – сказал я. – Как оно работало?
– Перед тем как начать, вы выбрали место, которое хотели использовать в качестве «портала». Место, где встречались бы различные ваши версии.
– И это был?..
– Институт искусств, – снова загадочно улыбнулась Ева, словно догадавшись, что я ее испытываю. – Поэтому я сказала вам отправиться именно туда.
Я снова встал с дивана, не в силах сидеть на месте. Во всем, что говорила Ева, был смысл, но мне никак не удавалось расстаться с последствиями гипноза.
– Возможно, мой вопрос покажется вам странным, и все же – полиция разыскивает меня?
– Полиция? – удивленно нахмурилась она. – С какой стати?
– По подозрению в убийстве. Были зарезаны четыре женщины. Все они посещали мероприятия в моей гостинице.
– По подозрению в убийстве? Господи, нет ничего подобного! Извините, должно быть, вам в гипнозе пришлось столкнуться с жуткими кошмарами. Это что-то из ряда вон выходящее. Как правило, мои пациенты не испытывают подобных… жестоких ощущений. Более того, большинство даже не покидает свой портал. Но я так понимаю, что вы его покинули.
– Да.
– Вы действительно побывали в других мирах?
– Я побывал в нескольких, но в первый раз…
– Да?
– В первый раз это показалось мне реальным миром. Так я его запомнил. Я не помню, чтобы я попал в него через Институт искусств. Вы даже попросили меня произнести в том мире ключевое слово, и ничего не изменилось. Я не возвратился сюда. Не понимаю, как такое могло быть.
– Ключевое слово работает только в том случае, если человек осознает то, что с ним происходит, – ответила Ева. – Возможно, ваш мозг еще не был готов обработать эти чувства.
Я подумал о том мире и обо всем, что я в нем пережил. Безумие. Жестокость. Двойник, ворвавшийся в мою жизнь. Конечно, в действительности ничего этого не было. Конечно, в действительности я был глубоко погружен в гипноз.
Так почему же мне здесь не по себе?
– Я расстроена тем, что для вас это явилось таким странным испытанием, – продолжала Ева. – Определенно, я этого не хотела. – Почувствовав мою растерянность, она постаралась обнадежить меня улыбкой. – Послушайте, нам определенно нужно поговорить обо всех ваших ощущениях, но давайте это отложим. Вам необходимо время, чтобы все осмыслить. Давайте договоримся о новом сеансе через несколько дней, и вы расскажете мне о том, что пережили. А пока будем надеяться на то, что краткосрочная память также начнет потихоньку возвращаться.
– Ладно, – кивнул я.
– Наверное, вам сейчас лучше вернуться домой, но за руль я бы в таком состоянии не садилась.
– Нет, все в порядке. Мне уже стало лучше. Но у меня есть кое-какие вопросы. Поскольку у меня отказала память, мне нужно узнать… ну, мне нужно узнать больше о том, кто я такой. Я несколько в растерянности и не могу определить, где реальность, а где нет.
– Конечно. Спрашивайте что угодно.
Я принялся расхаживать взад и вперед по кабинету, стараясь собраться с мыслями. Стол Евы стоял у противоположной стены, и я провел ладонью по дубовой поверхности. На столе лежала книга «Множественные миры, Множественные сознания». Такую же я купил в танцевальном зале гостиницы, тогда, когда еще считал, что нахожусь в реальном мире. Я взял книгу и увидел на задней обложке фотографию Евы, ту самую, которая была на афише ее лекции.
– Дилан, – спросила Ева, – с вами все в порядке?
Я положил книгу на стол.
– Кажется, да. Вы назвали меня Диланом. Это мое имя, ведь так? Дилан Моран.
– Совершенно верно, – улыбнулась Ева.
– Какой сегодня день?
– Среда.
– Где я работаю?
– Лучше вы сами мне скажите, – ответила она. – Восстановить воспоминания значительно проще, если заставить свой мозг помогать вам. Как вы думаете, где вы работаете?
– Я менеджер по организации мероприятий в гостинице «Ласаль плаза».
– Правильно.
– Я живу в доме напротив Ривер-Парка. Мой дед Эдгар живет в этом доме на втором этаже.
– Да.
Я подумал обо всем том, что менялось в других мирах.
– Я упоминал во время сеансов про женщину по имени Тай Рагаса?
– Коллегу по работе, влюбленную в вас? Да.
– Но это все? Она только коллега, не более? У нас с ней ничего нет?
– Нет.
– Мой лучший друг Роско Тейт. Он… он умер.
– Да. Роско погиб в аварии несколько лет назад. Для вас его смерть явилась опустошительной катастрофой. После смерти ваших родителей он был вам опорой в жизни.
– В ту самую ночь я… – начал было я, но не смог продолжать.
Ева подождала, но, увидев, что я колеблюсь, закончила за меня:
– В ту же самую ночь вы встретили Карли.
– Ева, почему я обратился к вам?
– Дилан, вы сами знаете ответ на этот вопрос. Говорите.
– Карли, – прошептал я. – Я потерял ее в разлившейся реке.
– Вот видите? Вы всё помните.
– Но я не помню, как обратился к вам. Ничего этого я не помню.
– Три недели назад я выступала у вас в гостинице, – пожала плечами Ева. – Читала лекцию о теории Множественных миров и Множественных сознаний. После лекции вы подошли ко мне. Это было всего через несколько дней после вашей трагедии. Вы были опустошены, переживали утрату. Вы сказали, что обыкновенно не доверяете мозговедам, но сейчас все настойчиво советуют вам обратиться к психотерапевту. Моя теория вас заинтересовала. Вы сказали, что после аварии не перестаете думать о том, какие решения принимали в своей жизни. По вашему мнению, Карли погибла из-за того, каким человеком вы были и какие ошибки совершали в жизни. Вы хотели узнать, может быть, где-то есть другой Дилан, принимавший правильные решения, и посмотреть на его мир. Вот как все началось.
– Да, в этом есть определенный смысл.
– Но вы ничего этого не помните.
– Не помню.
Ева встала.
– Не переживайте по этому поводу. Я вам уже говорила: нужно время. А пока что вам следует вернуться домой и отдохнуть.
Я подошел к ней и пожал ей руку.
– Наверное, я должен вас поблагодарить.
– Благодарить меня нужно только в том случае, если вы ощутили что-то вроде прозрения. Весь смысл моей терапии в том, чтобы помочь вам понять тот мир, в котором вы живете, показав вам его альтернативы. Вы что-нибудь узнали о себе?
– Полагаю.
– Что именно?
– Была определенная часть меня, которую я должен был убить. И я ее убил.
– В прямом смысле? – нахмурилась Ева.
– Да.
– Ну, это уже крайность. Такого я еще не слышала. Но вы после этого чувствуете себя другим человеком?
– Если честно, чувствую. Я только жалею о том, что не дошел до этого давным-давно. Я потерял то, что имело для меня огромное значение, а сейчас уже слишком поздно что-либо изменить.
– Еще не слишком поздно, – улыбнулась Ева, стараясь меня подбодрить. – До тех пор пока человек дышит, время еще есть. Мы с вами встретимся в ближайшее время, Дилан. Все изменится к лучшему, вот увидите.
– Надеюсь.
Я подошел к двери, но на пороге остановился. Я снова обвел взглядом кабинет, по-прежнему совершенно незнакомый. Даже так я сказал себе, что здесь все настоящее. Нормальное. Реальное. Как и Ева Брайер.
И все же…
– Дилан, что с вами?
– Не знаю. Мне по-прежнему кажется, что тут что-то не так. И я никак не могу понять, в чем дело.
– Это последствия лечения. Они пройдут. Поверьте, Дилан, вы вернулись.
– Не знаю. Скажу честно: я не знаю, хочу ли, чтобы этот мир был реальным.
– Почему?
Я заколебался, стараясь разобраться в своих чувствах. У меня перед глазами стояли те последние мгновения, когда я умирал в Ривер-Парке.
– Прямо перед тем, как я вернулся, кое-что произошло.
– Это когда вам пришлось убить другое свое воплощение?
– Да.
– Постарайтесь не думать о том, что насилие было реальным. Потому что на самом деле ничего этого не было. Все это время вы находились здесь, у меня в кабинете.
– Да, знаю, вы так сказали. Но на самом деле все гораздо сложнее. Я видел в том мире Карли. Она тоже там была.
– Так, – нахмурилась Ева. – Это стало сильным стрессом.
– Да.
– Иногда подобные впечатления бывают необходимы для того, чтобы расстаться с прошлым, – сказала она. – Именно так вы пересиливаете скорбь.
– Возможно, но у меня из головы не выходит то, что она мне сказала.
– Что она вам сказала?
Я снова услышал голос Карли, так же отчетливо, как если бы она снова стояла надо мной. Смотря на меня и шепча свои последние слова. Это не было похоже на прощание. Карли не говорила мне, что мы расстаемся навсегда.
Это была просьба.
Которую я должен был унести с собой туда, куда уходил.
– Карли сказала мне найти ее. Она сказала, что по-прежнему здесь.
Глава 34
Покинув кабинет Евы Брайер, я прошел мимо скульптуры «Сияние» в фойе Хэнкок-центра. Тысячи огоньков, отраженных в черной глади воды, манящим эхом напомнили мне о том, через что я прошел. Каждая мерцающая точка света была еще одним миром, еще одной жизнью среди бесконечного числа тех, что непрерывно множились в моем сознании. Я посетил некоторые из них и теперь вернулся в свой мир.
Но только, если верить Еве, на самом деле я его не покидал. Все это время я лежал на диване в ее кабинете на двадцать девятом этаже.
Я вышел на Мичиган-авеню, и все вокруг было мне знакомо. Город выглядел и пах так же. Водонапорная башня стояла там же, где и должна была стоять. Магазины, люди, машины нисколько не изменились. Заглянув в бумажник, я нашел чек со стоянки на Честнат-стрит. Он был выдан сегодня утром, как и сказала Ева. Брелок сигнализации, который я нашел у себя в кармане, отпер двери подержанного «Форда», и документы в бардачке сообщили, что я купил его три недели назад. То есть вскоре после аварии.