Больше не глядя на ведущую, я поднимаюсь с кресла и направляюсь в сторону гримерной. Не терпится стереть с лица оттеняющую пудру.
— Уже расхотелось? — слышу за спиной.
Оглядываюсь. Ведущая расслабленно откидывается на спинку кресла, тем самым нацелив высокую грудь прямо мне в лицо.
— Что именно? — без интереса спрашиваю.
— Обсудить соблазны. — Голова женщины склоняется набок, золотой водопад волос стекает на плечо. Тонкие пальцы нежно гладят подлокотник, будто обещая ласку.
— Как вы верно заметили — для подобных разговоров у меня есть другие.
Отворачиваюсь и оставляю красотку строить глазки пустоте. Уж не знаю, продолжает она заказ на мое унижение или просто решила полакомиться. Некогда мне превращаться в чью-то секс-игрушку. Есть дела поважнее.
По данным от Софии на Высочайшем совете уже обсуждают мою кандидатуру на жалование дворянства. Слишком сильно потрясло знатное общество покушение боевиков «Гурды» на детей. Тот теракт провалился, но что им мешает устроить новый? Сейчас по всей стране жандармы проводят спецоперации по розыску и устранению террористов. Кавказ роют вдоль и поперек. Лояльность подданных в поимке врагов империи очень важна. Если наградят меня, перебившего чуть больше десятка, целым гербом, то и другие проявят рвение. Тоже гербы они, конечно, вряд ли получат, но в обиде их не оставят.
В гримерной симпатичная девушка наводит на моем лице марафет. Игнорирую ее заинтересованные взгляды. Вообще куколка приятная на лицо, фигура тоже загляденье, от здорового блеска кожи прямо глаз радуется, да и руки у нее нежные, словно шелковые. Но, блин, так и утонуть в сиськах недолго. Просто ради любопытства спрашиваю номер. Даёт, застенчиво улыбнувшись. Ладно, лишним не будет — записываю в телефон как профи-гримера. Вдруг пригодится.
У телевизионного центра ждет машина Бородовых. Едем в лицей. Сейчас в планах заскочить в клуб изобретателей. Познакомиться не мешало бы. А то одного Витька только и знаю. Ну, еще Киру, мою землячку из Страшного мира.
Звонок с последнего урока. На выходе из класса Женю хватает за руку Катя.
— Пойдем, — рыженькая барышня тянет его с силой дюжины парней.
— Куда? — только успевает спросить барон.
— Быстрее, хочу кое-что сделать вместе с тобой.
Лисицина тащит его к лестнице, затем ведет за локоть на улицу. Догадка у барона только одна. Сейчас опять попробуют целоваться на виду у Беса. В прошлый раз, видно, мало отхватили от тех террористов.
Они останавливаются в узком проходе между первым и вторым корпусами. Лисицина молчит, сверкая большими глазами в темноте. А затем вдруг снимает с себя шарфик. Петлей она захлестывает шею Женю. Наклоняет барона к своему лицу близко-близко.
— Попался, — улыбается барышня.
— Что ты творишь? — бормочет Женя, смущенный ее выходкой. — Зачем? Сейчас Бес подойдет или что?
Катя делает маленький шажок к нему.
— Или что. Просто хочу поблагодарить тебя за спасение, — выдыхает чуть ли не в рот барону. — Спасибо.
Ее губы настойчиво сжимают его. Женя, преодолевая ступор, со смущением обнимает барышню в ответ. Как котенок, он водит носом по ее нежному лицу. От эйфории перехватывает дыхание.
— Пойдем ко мне в комнату? — шепчет Катя. — Проберешься через окно?
Бунтарская идея приходит ему в голову. Главное, только не попасться. Бесу.
— Лучше ты ко мне, — улыбается Женя. — Моя комната не попадает в камеру в коридоре — через дверь зайдешь.
Тем более он как раз недавно кое-чью кровать смазал от скрипа…
— Госпожа Первый заместитель директора, — коротко кланяется Минаев на экране. — Выяснил насчет сообщника террористов — Прокопа Синицкого. Его мотив — личная месть.
— Месть? — София подается к монитору.
Сегодня отец хотел видеть ее в поместье, поэтому княжна управляет лицеем дистанционно.
— Пять лет назад его невесту изнасиловал ваш брат.
— Глеб?!
— Да. В итоге брак не был зарегистрирован, поэтому при приеме Синицкого на работу мы ничего на него не нашли. Показался чистым. Сейчас вот только выявили.
— Проверьте остальных сотрудников лицея, — хмурится София. — Всех без исключения. Сальдоре мог подсунуть и других крыс.
— Будет сделано, — отчитывается мрачный Минаев. Понимает, что это его косяк.
Касанием клавиатуры София отрубает связь и идет к отцу. Фантомы страшных деяний сумасшедшего братца до сих пор преследуют их семью. Хорошо, что Перун упокоил его. Плохо, что так поздно.
В своем кабинете князь смотрит в окно на уничтоженные налетом Тендо сады. Дом восстановили быстро, но деревья за считанные дни не взрастить.
— Отец, — решается София наконец поделиться открытием Перуна в алтарном зале. — Хотела с тобой поговорить про Осколок. Артём видел его и…
— Ты пустила Бесонова к алтарю? — суровый взгляд из-под взлохмаченных бровей обжигает.
— Да, — сглатывает княжна. — Я думала, что ему стоит взглянуть.
— Сейчас неважно, что ты там думала, — отмахивается Александр и резко переводит тему. — Сальдоре выпустили. Около недели назад.
— Это многое объясняет, — София задумывается. — Нападение на лицей явно он спланировал.
— Недолго ему осталось планировать, — цедит князь. — Сегодня я уничтожу маркиза в торговом центре «Ривьера». У него назначена встреча в ресторане на верхнем этаже.
— Я скажу Перуну, — кивает княжна.
— Не скажешь, — отрезает Александр. — Сам справлюсь. После покушения на нас Бесонов чуть не вцепился мне в бороду. Ему не понравилось, видите ли, что невинные люди погибли, когда я защищал собственных дочерей.
— В этот раз жертв тоже не избежать? Нельзя напасть на дом маркиза?
— Вилла Сальдоре под круглосуточным наблюдением Тайного приказа. Риккардо почти не выезжает за свои владения. Только сейчас выбрался. Упускать такую возможность я не намерен. Кто знает, что еще он успеет учудить. Хватит того, что едва не перестрелял детей в лицее.
Князь переводит взгляд на настенные часы и поднимается из-за стола.
— Пора. Береги семью, дочка. Пока меня нет — ты глава нашего Дома.
В клубе изобретателей опять никого. Центнера мильфина тоже не видно. На одном из столов стоит бочка из прозрачного стекла. Бочку окутывает куча приборов, а внутри плавает серебристый жидкий металл. Похожий на сплав, из которого состоял злобный киборг во втором «Терминаторе».
— Какие люди! — возникает рядом незнакомая девушка в очках и белом халате. Смотрит на меня строго и надменно. — Наш новоявленный член клуба пожаловал. Господин Бесонов, времечко нашлось? Ух, какие вы нарядные. С бала?
Она беззвучно хлопает в ладони. Если бы не наезд, барышня показалась бы даже милой. Стройная фигура, под халатом скрывается твердая двоечка. Судя по «радушной» встрече другую двойку она бы с радостью пробила мне в грудь и печень.
— А ты кто собственно такая? И где члены клуба?
— Отсыпаются, — игнорит первый вопрос барышня. — Мы работали всю ночь над выработкой эволюционного алгоритма мильфинстановых микромашин.
Специально неперевариваемой тарабарщиной грузит, что ли?
— А ты…?
— А я — Кристина Кимова, капитан клуба, — поправляет она очки. — Твой капитан, — пытается состроить жуткий оскал. — Начнем работу или сразу в окно сиганешь?
— Чай не обгажусь, — хмыкаю. — Где мильфин, что я заказал клубу?
— Вот он, — кивает на стеклянную бочку с жидким терминатором. — Моя компания изготовила из его полисплава самодвижущие микромашины.
— Твоя компания? — теперь мой взгляд приковывает бочка. Так стекляшка наполнена мелкими наномашинами? Круто.
— «Кимов-Объединение», — фыркает ботанка моей неосведомленности. — Мой род производит наноразмерных роботов для медицины. Лечение тромбов в микрососудах и другое. Обычно мы используем сплав галлия. Мильфин слишком дорогой. Но знаешь, его подгонка тебя не спасет. Ты должен работать наравне со всеми.
— Тогда приступим прямо сейчас, — снимаю я удавку-галстук. — Что вы хотите сотворить с этим Т-1000?
— С кем? — киваю на бочку, и до нее доходит. — А…изменение адаптивных свойств с помощью потока живы.
По ее острому взгляду понимаю — хочет запутать научными терминами. Но я прекрасно помню, какие чудеса творил терминаторик в фильме. Их и предположу.
— То есть чтобы штука в бочке принимала разнообразную форму, а также меняла собственную плотность и вязкость?
— Ну да, — поджимает губы. То-то же.
— Как вы управляете нанороботами в компании? Когда тот же тромб надо устранить.
— Электромагнитные поля.
Электричество? Блин, а я-то осваиваю стиль кислотников.
— А химические воздействия?
— Допустимо, — признает. — Каждый агент обеспечен сигнальной молекулой, служащей маяком. Принимает разные формы данных через жидкую среду.
Фу-ух, пронесло. Пока Змиулана не отправляем на помойку.
Снимаю долой пиджак, закатываю рукава рубашки.
— Сейчас потренируемся, капитан. Глядишь, и выработаю ваш эволюционный алгоритм.
— Бесполезно, — закатывает глаза. — Агенты не способны верно воспринимать сложные сигналы. Вся затея состоит в том, что нанороботы благодаря сплаву из мильфина будут слушаться техники Кмета. Нужно создать чувство кворума! Тогда только сложится многоагентная сеть! Но алгоритм не находится!
— Не распыляйся зря, — обрываю разбушевавшуюся барышню. — Я еще после слова «бесполезно» перестал тебя понимать.
Пока она хватает ртом воздух, накидываю Гифер на бульон из мильфина. Кислотные техники у меня еще не абы какие, но сбодяжить щелочь смогу. Хватило бы только ее.
Далеко мне до местных гениев, но суть проблемы вроде уловил. Ученые придумали, как делать нанороботов, а управлять ими чё-то не очень. Слаженной работы от машинок еще не добились. После передачи сигнала большая колония роботов не решает общую задачу, а разбегается кто куда. Мелкотня никак не хочет собираться в дружный рой как у пчел. Выручить может мильфин благодаря его податливости жива-техникам. Каждый кусочек чудо-металла воспримет команду и передаст ее товарищу. Но тут затык в том, что верный алгоритм команды — сама по себе очень крутая техника. Создать ее еще никто не додумался.