Жора дико вскрикнул, поднырнул под свисающие руки и очутился в коридоре. Но выйти из квартиры не смог, потому что перед дверью стоял тот самый жуткий раздутый Карась с волосами. Спрятаться можно было только в ванной комнате. Жора вбежал внутрь, метнулся в одну сторону, в другую, оборвал занавеску, задел навесную полку, снес ее со стены, и полка упала, ударив его в висок и подмяв под себя.
— Девки, и чего там у вас все время происходит? — сварливо спросил деда Вова. — И хтой-то такой приходил опять?
Девки не знали.
— А дайте мне коробочку спичек! — потребовал дед. — Мне тут ничаво не видно.
Девки, занятые пострадавшим Жорой, особо не задумываясь о последствиях, сунули ему наверх коробок спичек.
Над обмякшим Жорой все вместе поквохтали, а потом отнесли его в спальню и подложили под бок Карасю. Заботливая Валерия стащила с него промокшие в ванной носки и надела сухие, Маринины — розовые с помпонами. Носки оказались пострадавшему маловаты и смешно смотрелись на его волосатых ногах.
Оставшись в гордом одиночестве, Колян некоторое время нетерпеливо ждал возвращения своих подручных, но те все не шли. Следовало принять какое-то решение, но он не знал — какое. Страх заворочался внутри, словно медведь в берлоге, — заклятие! Заклятие, лежавшее на книге, упорно продолжает действовать и выводить людей из строя. Вдруг оно и в самом деле Карася и Жору убило?
Очень не хотелось Коляну подниматься в квартиру, но он не представлял, что скажет заказчику, когда тот позвонит. Вася Клин не любил, чтобы кто-то путался в объяснениях. Он платил, а они должны работать. Колян вздохнул и вошел в подъезд. Дверь в квартиру оказалась приоткрытой — плохой знак.
Колян просочился в темный коридор, остановился и достал пистолет. Держа его дулом вверх, он тихо, как Чингачгук, прокрался к двери в комнату. Картина, представшая его взору, пугала. В помещении было полно народу. На диване сидели три одинаковые женщины и смотрели на него круглыми глазами. Возле окна, спиной к нему стоял Карась. Он действительно был огромным и с волосами — кошмарный ужас!
Второй Карась лежал на кровати в соседней комнате, дверь в которую была открыта. Рядом с ним с закрытыми глазами покоился недвижный Жора в розовых носках. Колян среагировал единственным доступным ему способом — поднял пистолет повыше и крикнул:
— Всем не двигаться! Руки вверх!
Надо заметить, что в это самое время деда Вова обнаружил в дальнем углу антресолей большущую и тяжелющую коробку, завязанную шпагатом. Он попытался ее открыть, но сделать это оказалось сложно. Тогда он ее понюхал — коробка пахла восхитительно! Серой и металлом и еще чем-то таким же родным и до боли знакомым.
На самом деле в коробке штабелями были уложены китайские петарды, которые оттащили к Марине после прошлогодних торжеств. Упоительный запах требовал немедленных действий. Единственным орудием в руках деда Вовы были спички, и он тут же решил, что легче всего подпалить шпагат и так добраться до содержимого коробки. Сказано — сделано.
Огонек первой спички погас, а второй охотно набросился на кончик веревки и побежал по ней, треща и дымя. Именно в этот момент внизу крикнули: «Всем не двигаться! Руки вверх!» Деда Вова немедленно ощутил себя в гуще боевых действий и пополз к краю антресолей — принимать в них участие.
Колян стоял прямо под ним, держа пистолет на изготовку. Деда Вова схватил тяжелый чемоданчик с гвоздями и уже хотел было стукнуть бандита по голове, чтобы тот на некоторое время перестал видеть, слышать и обонять. Но тут почувствовал — буквально пятками! — что та самая коробка собирается рвануть. В ней что-то как будто вибрировало и вздыхало. И еще вдруг страшно запахло чем-то кислым, металлическим. Пошел густой серый дым, а потом раздался первый взрыв.
Опыт минера-подрывника подсказал деду Вове, что ему необходимо слезть — причем немедленно. Он сделал мощный рывок и выбросился с антресолей прямо на голову Коляну. Пистолет выстрелил, Колян сложился гармошкой и упал на паркет, подмятый отважным исследователем старого барахла.
И тут взрывы пошли один за другим. Антресоли стали похожи на трюм корабля, внутри которого началось сражение. Доски ходили ходуном, и в щели пролезал белый огонь. Кое-что с жутким свистом вылетало из дверок в коридор и на кухню, наполняя квартиру плотным дымом, который разъедал глаза и до отказа заполнял легкие.
Напуганные выстрелом и непрекращающимися взрывами, многоголосым женским визгом и матерной бранью, доносящимися из квартиры двадцать семь, соседи вызвали антитеррористическую группу. Пока группа ехала, внучатая племянница Клавдии Сергеевны, как известно, тюремная медсестра, на себе стала выносить раненых на улицу и складывать их на траву под деревьями возле детской песочницы. Они уже начали постанывать — вероятно, приходили в себя.
Раздетый до трусов Карась очнулся первым и все время твердил про какую-то старинную книгу, которую у него украли и должны немедленно отдать. Он требовал подать сюда Марину, и поживее. Жора в розовых носках с помпонами и громко стонущий Колян только бестолково трясли головами. Пистолет аккуратная и опытная Валерия на всякий случай припрятала. Она уже хотела бежать обратно и глядеть, что там с Тасей, Лушей и Клашей, почему они застряли и не выходят. С дедом Вовой, насколько она знала, все было в полном порядке — Валерия видела, как он, совершенно счастливый, бегает по задымленной квартире, заливисто крича: «Эх, давненько я не нюхал пороху!»
Впрочем, никого больше спасти она не успела, потому что к дому подлетел спецназ, из машин повыскакивали люди в камуфляже и гуськом побежали в подъезд, вооруженные до зубов. Валерия решила, что лучше за ними не соваться, даст бог, все обойдется без жертв. Деда Вову, конечно, следовало поймать и отдать зятьям на исправление, но спецназ вряд ли будет этим заниматься.
Валецкий подвез Марину до дома, и когда машина собиралась повернуть во двор, та из окна увидела собственного дядю, который торопливо двигался по тротуару.
— Притормозите! — крикнула она, приникнув к стеклу.
— Что это вы так насторожились? — спросил специалист по ловушкам. — Что случилось?
— Там мой дядя Арсений.
— По-моему, он движется в направлении вашего дома. Думаете, это он убил пресс-секретаря? Идет прямо в ловушку.
— Не говорите глупостей. Дядя Арсений! — Она выпрыгнула из машины и побежала за ним. Тот обернулся, всплеснул руками и пошел ей навстречу. Валецкий тоже выбрался наружу и встал рядом с автомобилем.
— Мариша, наконец-то! Ты совершенно неуловимая. Я тебе звонил-звонил! А это кто? Твой Лев Валентинович?
— Нет, это не он. Это Олег, — ответила Марина, застеснявшись.
— Здрасьте, Олег. А где же твой знаменитый стажер, с которым ты хотела меня познакомить?
— Он теперь у нас шишка, — усмехнулась Марина. — Работает на Рудольфа Судейского. Помощник у него.
— Ну и дела, — пробормотал Арсений Андреевич, явно думая о чем-то другом. — Знаешь, у нас дом сгорел!
— Как?! — не поверила Марина.
— Сначала взорвался мезонин, а потом начался пожар.
— Кто-нибудь пострадал?
— Кошка в реанимации. Да уж! Деда Вову необходимо содержать в вольере с укрепленными стенами и бассейном для мгновенного тушения возгораний.
— Да ладно тебе! Он же совершенно безвредный.
— Рад, что ты так думаешь, потому что сейчас он находится у тебя.
— Где это — у меня? — Марина остановилась как вкопанная.
— У тебя в квартире. Вместе с Валерией, Лушей, Тасей и Клашей.
— Нет!
— Я знал, что тебе это не понравится, поэтому так тороплюсь забрать их оттуда. По телефону ты сказала, что на твою помощь можно рассчитывать, вот мы и воспользовались… Крышу уже залатали, воду откачали, в доме можно жить. Кстати, — он понизил голос, — как там Таня Зотова? Ты мне даже ни разу не позвонила! Я живу в информационном вакууме. Как визит на Алтай? Ты же летала туда со стажером выяснить, куда подевалась книга! Я даже не знал, что ты вернулась. А ведь я все же волнуюсь, хочешь ты этого или нет. Есть хоть какие-то подвижки? Ты отдала этим бандитам, что они хотели?
— Мы узнали, что книгу разделили еще на две части. Сейчас одна часть — у депутата, поэтому стажер и устроился к нему на работу, — рассеянно ответила Марина, лихорадочно соображая, во что превратилась их ловушка с водворением в квартире деда Вовы. — Не волнуйся, все будет в порядке.
— Вот куда стекается все народное добро, — пробормотал дядя. — Но ведь девочку столько времени держат в заложницах! Нужно обратиться в милицию, поехать на Лубянку в конце концов!
— Бандиты убили Ивана, — напомнила Марина. — Им ничего не стоит прикончить Таню. Тем более что мы даже не знаем, где она. Они постоянно мне звонят, держат на прицеле. Честно говоря, я думаю, что, если пойду в милицию, они начнут прямо с меня.
— Ладно, ладно, — поспешно сказал Арсений Андреевич. — Не ходи в милицию. Может, я пойду? Бандиты ничего не узнают.
— Дядя! Но милиция обязательно захочет со мной поговорить! — в отчаянии воскликнула Марина. — И вряд ли эти встречи будут конспиративными!
В этот момент к ним подошел Валецкий и тревожно сказал:
— По-моему, в вашем дворе происходит что-то нехорошее.
— Нехорошее? — неуверенно переспросила Марина.
После чего они с дядей посмотрели друг на друга и хором воскликнули:
— Деда Вова!
Они втроем бросились во двор, оставив машину на улице. Глазам их предстало устрашающее зрелище. Возле Марининого подъезда собралась толпа людей, бурно что-то обсуждавших. Из дверей выходили спецназовцы, словно овечек подгоняя впереди себя Лушу, Тасю и Клашу. Деда Вову вынесли на руках.
— Что случилось? — закричала Марина, бросаясь вперед, прямо через толпу.
— Квартира на воздух взлетела, — охотно объяснили соседи. — Было столько взрывов, мы думали — все, рухнет дом.
— А почему здесь спецназовцы? — слабым голосом спрашивал Арсений Андреевич, пробираясь вслед за ней и то и дело привставая на цыпочки, чтобы разглядеть, что происходит впереди.