аешь, чтодляДжекаэтобудеткатастрофа?
Казалось, Джосчитает, будтоэтомоявина, ноязнал, чтоонвприсущейемуманерепростовыплескиваетсвойгневнапервого, ктопопалсяподруку.
— АгдеДжеки?
— СлаваБогу, вВашингтоне. Отдыхает. Такврачиприказали. Джекприлетелсюданапарудней, погретьсянасолнышке. Этаженщина, что — сумасшедшая ?
Наэтотвопроструднобылоответитьсразу.
— Онаоченьимпульсивная, — сказаля.
— Импульсивная, чертбыеепобрал! Джекупорабынаучитьсядержатьвуздесвоихженщин. Ясказалемуобэтом, прямотакисказал.
МнехотелосьнапомнитьДжоКеннеди, чтоГлорияСвенсонтожеводилаего , какводятбычказакольцо, продетоечерезнос, носейчасобэтомлучшебылоумолчать.
Какибольшинстволюдей, ДжонеЦеремонилсясчувствамидругих, хотядлясебявсегданаходилоправдание.
— Чтож, — сказаля. — НиктокромеДжеканерешитэтупроблему. Вконцеконцов, Мэрилинприехала, чтобыувидетьсяименносним.
— Нет. По-моему, онасобираетсявстретитьсяисомной. Сейчасжеприходикнам. Мыпопаливнастоящуюпеределку.
Ябылсогласенсним. Марияпереодеваласькобеду. Мыдоговорилисьсеедрузьямипообедатьвклубе “Эверглэйдз”. Яизвинилсяпередней, сообщив, чтонепойдувклуб.
— Правоже, Дэйвид! — воскликнулаона. — Еслибыянезналатебятакхорошо, тозапростопредположилабы, чтотызавеллюбовницу.
— ЗвонилДжоКеннеди, — объясниля. — Унегоопятьпроблемы.
— Явсепонимаю, дорогой. СупругиД'Соузаоченьрасстроятся, чтотебянебудет, нуничего. Сделайодолжение, застегниэтикрючкииможешьидти.
Яподошелкнейсзадиисталзастегиватьнаплатьекрошечныекрючки. Тольконанарядах, сшитыхузнаменитыхфранцузскихмодельеров, бываюттакиепочтиневидимыеглазупетлиикрючки, амодельерыоченьлюбилишитьнарядыдляМарии: богатаязаказчица, ктомужеспрекраснойфигурой. Д'СоузабылмиллионеризБразилии; егохобби — женщиныиполо. Янеиспытывалсожаленияпоповодутого, чтомненепридетсяпообедатьсним. Мариинравилисьтакиеобеды, амненет.
— Ачто, Джекприехал? — спросилаона.
Якивнул.
— Передай, пустьзаходитвгости, — сказалаона, когдаянаконецзакончилзастегиватькрючки. — Яслышала, ихромансМэрилинМонропродолжается? Этоправда?
— Насколькоязнаю, нет.
— Хорошо, чтоутебянетлюбовницы, моймилыйДэйвид. Тысовсемнеумеешьлгать.
Какяидумал, посолнаходилсявсвоем “стойледлябыка”. Таконназывалогороженнуюзаборомплощадку, гдеонобычнозагорал. Здесьонмогсидетьголым, читатьгазеты, разговариватьпотелефону, надевтолькосоломеннуюшляпу, чтобысолнценеслепилоглаза. ДжоКеннедиужаснобоялся, чтобыунегонесошелзагар: ненавиделбледнуюкожуиоченьзаботилсяосвоемздоровье. Онтвердоверил, чтозагоратьнужнотольковголомвиде, таккак, поегомнению, загар — этолучшеесредствоотвсехболезней. Никто, дажеегодети, неимелправанарушатьегопокой, когдаонзагорал. Однакооннепрочьбыл, чтобыеговэтомуединенномместечкеубассейнанавещалиженщины, ионвсякийразпыталсясклонитькэтомуподругсвоихдочерейисыновей, имногиенеотказывались. Никтонезнал, сколькоконкретномолодыхпредставительницвысшихслоевобществаполучилипервыеурокиполовоговоспитания, втираякремдлязагаравголоетелопослаДжозефаП.Кеннеди, однакоихчислобылозначительным, исыновьяДжочастенькошутилипоэтомуповоду, хотяизавидовалиотцу.
Янеповерилсвоимглазам, увидеввозлебассейнарядомсДжоДжекаиМэрилин. Ониочем-тодружелюбнобеседовали. Джо, славаБогу, былвплавках. Джекбылодетвбелыепарусиновыебрюкиисинюютенниску. Видунегобылусталый, онпохудел. НаМэрилинбылобелоепляжноеплатьесоткрытымиплечами. Волосыонаубралаподшарф, наделатемныеочки — таконаобычноменяласвоювнешность, чтобыеенеузнали. Всетроегромкохохотали. Былоочевидно, чтоДжоужеуспокоился.
— Привет, Дэйвид, — веселопоздороваласьМэрилин. — Япоцеловалеевщекуисел. — Мнеприходилосьвидетьтебятольковреспектабельномкостюме. Аспортивнаяодеждатебеклицу.
ДжововсюстаралсяочароватьМэрилин — онвсегдавелсебятаквприсутствиикрасивыхженщин. Джорассказывалотомвремени, когдабылвладельцемкиностудии, иемуудалосьрассмешитьМэрилиндослез. Своимпоявлениемяпрервалегорассказ. ГлубокоекруглоедекольтеедваприкрывалогрудиМэрилин, иязаметил, чтопосолнесводитснихглаз.
— ЯрассказываюМэрилинопрежнихвременах, Дэйвид, — объяснилон.
— Ах, этотаксмешно, господинпосол! — воскликнулаМэрилинсвоимжурчащимзадыхающимсяголоском, голоскомШугарКейнизкинофильма “Некоторыелюбятпогорячее”.
— ЗовитеменяДжо, — поправилонМэрилини, наклонившисьвперед, похлопалеепоколенке.
— Джо, — повторилаонаисновахихикнула. ВДжекенечувствовалосьнапряженности, словноегосовсемневолновалото, чтовлюбоймоментможетразразитьсяпубличныйскандалпоповодуегосвязисзамужнейкинозвездойиегоневыдвинуткандидатомвпрезиденты. Онсидел, обхвативрукойплечиМэрилин, едвакасаясьпальцамиобнаженнойчастиеегруди, идержалсятак, словноэтаженщинабылаегособственностью. Вероятно, Мэрилиннесоставилотрудаотвлечьегоотблагихнамерений, скоторымионпришелкнейв “Брейкерс”. НиукогобольшеневозникаломыслиотправитьМэрилинвНью-Йоркближайшимсамолетом, аещелучше — отправитьеенаихсемейномсамолете “Каролина”. ДажеДжо, которыйвполитикевсегдабылреалистом, выбросилэтузатеюизголовы.
— Значит, проблемавозможнойогласкиблагополучнорешена? — спросиля, чувствуя, чтояздеськакбылишний.
— Джекбезкаких-либоосложненийзабралМэрилинизгостиницы, — ответилДжо. — Кажется, тамеениктонеузнал. Может, тебеиследуетпереговоритьсвладельцемгостиницы, Дэйвид, новообще-тоегоработникиумеютдержатьязыкзазубами.
“Джоэтохорошоизвестно, — подумаля. — Замногиегодыон, очевидно, неразимелвозможностьубедитьсявдипломатичномповеденииперсонала “Брейкерс”.
— Япробудуздесьтолькоещеодиндень, — сообщиламнеМэрилин. — ДжекотвезетменявНью-Йоркнасвоемсамолете. — Онаопятьхихикнула. — Какзамечательнопроводитьвремявкругусемьи, укоторойестьсвойсамолет. — РядомсМэрилинстояловедеркосольдом, вкоторомохлаждаласьбутылкашампанского; врукеонадержалабокал. Пораспоряжениюпославдоменикогданеподавалисьспиртныенапиткидозаходасолнца, нодляМэрилинонсделалисключение. Явсталиналилсебебокал. Этобылошампанское “ДомПериньон” — радитакойзнаменитойгостьипосолнепоскупился.
— Явсеулажув “Брейкерс”, — сказаляДжеку. — Советуювамдержатьсяподальшеотпляжаиресторанов. Тамвсегдаполножурналистов. Сделайзаявление, чтотыпростудилсяиотлеживаешьсявпостели. Когдаобэтомстанетизвестно, тебяоставятвпокое. Журналистыуспокоятсяиуйдутзагорать. Они, наверное, неменьшетебянамерзлисьвВисконсинеиЗападнойВиргинии. Онибудутрады, чтоунихпоявиласьвозможностьпогретьсянасолнышке, недумаяоделах.
Джеквнимательнопосмотрелнаменя, какбыговоря: “Еслитытакойумный, топочемуженеработаешьнаменя?” , затемушел, чтобыотдатьнеобходимыераспоряжения. Янесомневался, чтовсяармияжурналистов, приставленнаякнему, вскоребудетзагоратьнапляжеиливозлебассейнов, попиваяром, и, еслиМэрилинпо-прежнемубудетпрятатьволосыподшарфом, никтоинеузнает, чтоонабылавгостяхуДжека.
МэрилиннесводиласДжовосхищенныхглаз, атотсамодовольнокрасовалсяпередней. “Конечно, онавсовершенствевладеетмастерствомзавлекатьпожилыхмужчин”, — подумаля, вспомнивДжоШенка.
— Ярадзатебя. Тывыглядишьвеликолепно, — сказаляей. — Когдамывиделисьстобойвпоследнийраз, тысильнохандрила.
— Знаю, Дэйвид, милый.
— ЭтоДжекееприободрил, — сгордостьюпроизнесегоотец. — Ведьтак, дорогая?
— Угу, — кивнулаМэрилин. Темныеочкискрывалиееглаза, ноябылуверен, чтозрачкиунеерасширены. ЯнеумалялзаслугиДжека, ноеехорошеенастроениескорееобъяснялосьтем, чтоонанавернякассамогоНью-Йоркапичкаласебятаблетками — какими-нибудьвозбуждающимисредствами.
Какбывподтверждениемоихмыслейонараскрыласвоюсумочку, вытащилаоднуярко-полосатуюкапсулу — должнобыть, ихвсумочкебылонемало; яслышал, какониперекатываютсянадне, — и, положивееврот, запилашампанским.
— Уменясеннаялихорадка, — веселообъяснилаона, подмигнувмне.
— Наверное, из-заэтихпроклятыхцветов, — отозвалсяДжо, какбыпринимаяееобъяснение. БассейнуКеннедибылнеоченьшикарный (вГолливудеестьиполучше), новокругнегорослицветущиекусты, и, посколькупосолнелюбил, чтобысадовникиработали, когдаонзагорает, кустыэтисильноразрослись.
— ЯпервыйразвоФлориде, — сказалаМэрилин.
— Вамследуетпочащеприезжатьсюда. — Джоулыбнулсяейобжигающеоткровеннойулыбкой.
— Этобылобызамечательнонаведыватьсясюдавремяотвремени.
Джорасхохотался.
— Видишь, Дэйвид, ястарею. Нескольколетназадонасказалабы, чтонеотказаласьбыбыватьздеськаждыйдень! — ОнопятьположилрукунаколеноМэрилин, инаэтотразнеубралее. Коричневыеотзагарапальцы, короткиеикакбызатупленныенаконцах, впилисьвеебледнуюнежнуюкожу. Мнепочему-тобылопротивновидетьэто, ноМэрилин, казалось, невозражалаидажеделалавид, чтонезамечаетрукиДжо. Онасловнопариланакаком-тоискрящемсяоблаке, частично, должнобыть, подвоздействиемтаблеток — ябылуверенвэтом. Ноеетакжевозбуждалоирискованноеприключение, вкотороеонапустилась, — ейвотзахотелосьулететьизЛос-Анджелеса (иотсвоегомужа) вПалм-Бич, ионатакипоступила.
Какребенок, которомуещенепонятныважныеделавзрослых, Мэрилинрасшалиласьвсамыйразгарпрезидентскойкампании. Джексознавал, чтосвоимребячествомонаможетнавредитьему, ноонлюбилрискованныеигры: емудоставлялоудовольствиевстречатьсятайно, поночамит.п.
ВернулсяДжек. Онотдалнужныераспоряженияитеперьокончательноуспокоился.
— Всевпорядке, — сказалон. — Уменяпростуда, объявленоофициально. Дамыигоспода, служащиепрессе, возвращаютсявсвоигостиницыназаслуженныйотдых. Премногоблагодарен, Дэйвид. Тыопятьоказалмненеоценимуюуслугу. Пойдем, Мэрилин.
Онамилонадулагубки — ниукогоэтонеполучалосьтаксоблазнительно, какунее.
— Ятольконачалавходитьвовкус, — сказалаона, подмигиваяпослу.
“Чтобынислучилось, — подумаля, — сэтоговремениуМэрилинестьсоюзниквсемьеКеннеди, и, возможно, самыйважныйсоюзник”.
— Нельзятратитьтакойденьнастарика, — галантнопошутилДжо.
Мэрилин, пошатываясь, встала, наклониласькнемуипоцеловалавлоб.
— Уменянебылоотца. Ссегодняшнегодняябудусчитатьвассвоимотцом, — нежнопроговорилаона.
— Заходитевгости, — сказалон. — ИпозаботьтесьоДжеке. Емунужноотдохнутьинемногопоправиться.
Мнеэтонапутствиебылохорошоизвестно. ВовремяпредвыборныхкампанийДжекчастенькозабывалпоесть, ипосолпоручалнескол