женеподозревал, чтоестьлюди, которыеникогданесостояливпрофсоюзах, — людисвысшимобразованием, которыеживутвзагородныхкоттеджахиникогданезанималисьфизическимтрудом. Онитянутсяктомупрекрасномуиизысканному, чтовихпредставлениисимволизируетсобойДжек, атакжеДжеки, чтотоженемаловажно.
ЧембольшеПалерморазмышлялнадэтим, тембольшекреплавнемуверенность, чтоКеннедипобедит. Итотфакт, чтоуКеннедихватиломужестваброситьвызовстарейшинампартии, выбравкандидатомнапоствице-президентаДжонсона, лишнийразподтверждалправильностьеговыводов.
ВобязанностиПалермоневходилопредупреждатьХоффу, чтототпоставилненатулошадь, нонекоторыевещионвсежедолженбылемурастолковать, аэтобылонелегко. Палермосмотрелнаэкрантелевизора, емуоченьнравиласьизящнаяиэнергичнаяманеравыступленияКеннеди. Онслушалегоречьсвохищением; злобныерепликиХоффыпортиливпечатление, ноПалермостаралсянезамечатьих.
Времяотвременителевизионныекамерыпоказывали, какреагируетаудиториянаречьКеннеди. Средислушателейбыломногоголливудскихзнаменитостей, ииногдакамеразадерживаласьнаком-нибудьизних — ещеодинумныйходсостороныКеннеди, подумалПалермо. НаэкранепоявлялисьФрэнкСинатра, ПитерЛофорд, СэммиДейвис-младший, ШеллиУинтерз, ЭнджиДикинсон, дажеМэрилинМонро. Она, неотрываясь, смотреланатрибуну, прижаврукикгруди, словномадонна, и, когдаречьКеннедидостиглакульминации, поеещекамкатилисьслезы. “ЕслиэтонеобеспечитпобедуКеннеди, — подумалПалермо, — тогдаужничтонепоможет!”
— Это, кажется, МэрилинМонро? — спросилХоффа, подавшисьвперед, впиваясьглазамивэкрантелевизора.
Палермокивнул. Онужевыпилнемного, новсежехотелпоужинать. Онзнал, чтоХоффаравнодушенкеде — тотчастозабывалпоестьилипиталсябутербродамиизавтомата.
Хоффазаговорщицкипонизилголос.
— Онивстречалиськаждуюночь, напротяжениивсегосъезда. Тызнаешьобэтом?
ПалермозналипоэтомуещебольшевосхищалсяКеннеди. Оннеотрываясьсмотрелнаэкран. НезачемрассказыватьХоффе, чтоемуизвестно, ачтонет.
— Уменявсеэтозаписанонапленку, — сказалХоффа. — Дажефотографияесть, каконакарабкаетсяпопожарнойлестницевегоспальню. Мойчеловекзаснялэтонаинфракраснуюпленкуприпомощителеобъектива. Видно, какднем. Чтотынаэтоскажешь?
Палермоизобразилналицеудивлениеивосхищение. ЧембольшеонслышалоДжекеКеннеди, темменьшеонверилвто, чтототиспугаетсяшантажа. МистерБ. былхорошоосведомленотом, чтоБерниСпинделпопросьбеХоффыследитзаДжекомКеннеди.
Однако, какисамПалермо, главныйбосссчиталэтобессмысленным. “Значит, Кеннедиспитсознаменитымиактрисами?” — сказалмистерБ. ИхразговорпроисходилвподвальномпомещенииегоособнякавТусоне. Этобылоединственноеместовдоме, гдеможнобылоговоритьсвободно. Всеостальныекомнатыпрослушивались, дактомужеагентыФБРденьиночьчерезокнаснималистариканапленкускоростнымифотокамерамистелеобъективами, апотомэкспертыподвижениюгубпыталисьрасшифровать, чтоонговорил. “Нуичтоизтого? Пустьспит, скемемунравится, лишьбытолькоизбавилнасотКастроивернулнашиказино”. ТаковабылаточказрениямистераБ., иПалермосчиталеевполнеразумной.
— Всеэтозамечательно, Джимми, — заметилон, — пленки, фотографииипрочее, ноеслиегоизберут…
ХоффазлобнымвзглядомвпилсявфигуруКеннединаэкранетелевизора.
— Небудетэтого.
— Яговорю “если”…
— Еслиегоизберут — аегонеизберут, — тоемуиегобратунежитьнабеломсвете. Отпрофсоюзаводителейимпростотакнеотвязаться. Ужвэтомтынесомневайся.
— Джимми, тынеправ. Еслионпобедит, мыхотим, чтобыонпомогнамвернутьто, чтопринадлежитнамвГаване.
Хоффапожалплечами. Публикав “Колизеуме” Лос-Анджелесабушевала. ПередстоявшимнавозвышенииКеннедипростиралосьбесконечноеморелюдей, которыеаплодировалиикричали; задниерядынапирали, пытаясьпробитьсяближектрибуне. Людейбылотакмного, ирадовалисьонитакбурно, чтоказалось, исамКеннедиохваченвозбуждениемтолпы.
— КчертуГавану, — рявкнулХоффа. — Уменятамнетинтересов.
КамеранадолюсекундызадержаласьнаМэрилинМонро, котораяподпрыгивалаикричала, словновееобязанностивходилоподбадриватьпублику. РядомснейвсмущениистоялДэйвидЛеман. Камерусразужеотвели, такчтоПалермозасомневался, былалиэтоМэрилинМонро.
— Новедьтыжеснамизаодно, Джимми, — мягконапомнилонХоффе.
— Разумеется.
— Значит, нашизаботы — твоизаботы. МызаинтересованывГаване, значит, итебяэтодолжноволновать, верно?
Хоффасердитопосмотрелнанего.
— Увас, ребята, естьЛас-Вегас, иэтоблагодарямне. ЗачемвамещеиГавана?
— Лас-Вегаснаходитсядалеконазападе, Джимми. Тудадолгодобираться. АГаванавсеговдевяностамиляхотКи-Уэст. ПолчасалетуизМайамиитричасаизНью-Йорка. Может, нарисоватьтебекарту?
— Нестройизсебяумника, чертпобери. Япредставляю.
Палермообнажилвулыбкебелыеровныезубы. Вглубинедушионнадеялся, чтодоживетдотогодня, когдасХоффойбудетпокончено, аоннесомневался, чтокогда-нибудьэтослучится.
ПалермотерпетьнемоггрубостьиневоспитанностьипрезиралХоффу, номистерБ., каквсегда, далчеткиеуказания. “ПообещайХоффевсе, чтоонпотребует”, — сказалон. ПотерявигорныедоманаКубе, которыеприносилибаснословныеприбыли, преступныеорганизацииВосточногопобережьявынужденыбылиидтиспротянутойрукойкчикагскоймафии, чтобыполучитьразрешениеработатьвЛас-Вегасе, аэтоозначало, чтонужностроитьновыеказино. Следовательно, придетсязаниматьденьгивПенсионномфондепрофсоюзаводителейЦентральныхштатов, и, разумеется, безХоффытутнеобойтись.
Всеоченьпросто, хотя, похоже, правоохранительныеорганынепонималимеханизмаэтойсвязи. Преступныеорганизациинеимеливозможностиполучатькредитывбанках, илипродаватьсвоиакциинаУолл-стрит, илииспользоватьдляпостройкиказиносотнимиллионовдоллароввмелкихобтрепанныхкупюрах! Преступники, имеющиесудимость, немогутвозглавлятькомпанииидажезаниматьвнихответственныепосты, немогутобращатьсязазаймамииливыпускатьакциисвоихкомпаний. Поэтомуимнужнонайтитакуюорганизацию, котораяслужилабывывескойимоглабыпредоставлятькрупныессуды, нетребуяникакихобъяснений. Хоффамогобеспечитьитоидругое, ивкачествекомпенсациизауслугиэтиорганизациипомогалиемуукреплятьегопозициивпрофсоюзеводителей.
Палермобылзаинтересовантольковтом, чтобызаконодательныевластиштатаНью-Джерсипоскорееузаконилиигровойбизнес. КактольковАтлантик-Ситилегальнозаработаютказино, преступныекланыВосточногопобережьясмогутрасправитьсясХоффойинаконец-тоотомститьМомоДжанканеичикагскоймафии. АеслисвергнутКастро, тогдавсеэтиприятныесобытияпроизойдутещераньше.
Палермосудовольствиемпредставлялсебе, каквсеэтобудет: вотХоффакорчитсяназаднемсиденьемашинысгарротойнашее, хватаявоздухсвоимитонкимигубами, словнорыба, пронзеннаяострогой, иегомаленькиеблестящиеглазкивылезаютизорбит… Носейчасэтакартинабыланекстати. ВданныймоментХоффабылнужен.
Палермопримирительноразвелруками.
— Язнаю, чтотывсепонимаешь, Джимми. Тыумныйпарень. Яжеобэтомиговорю.
— Лучшепопытайсяобъяснитьмнето, чтоянепонимаю. Например, почемуэтоменязасыпалиповестками, авыживетекакнивчемнебывало.
Палермопонимал, чтожалобыХоффывкакой-тостепенинебезосновательны. Но, сдругойстороны, большейчастьюонсамвиноватвсвоихнеприятностях. Хоффалегкотерялсамообладание, неумеясдерживатьсвоенедовольство, ипостоянносоздавалдлясебябольшиетрудности.
— Джимми, — успокаивающезаговорилПалермо, — еслитыимеешьввидуслучайссудомприсяжныхвТеннесси, чтоямогутебенаэтоответить?.. Давлениенаприсяжных — делосерьезное, тыисамэтознаешь.
— Дананихсплошьирядомоказываютдавление, чертпобери.
— Правильно, тольконенадопопадаться !
— Яотобьюсьотэтихчертовыхобвиненийибезвашейпомощи. Еслитвоилюдисчитают, чтоможнобезнаказанноброситьХоффунапроизволсудьбы, ониглубокозаблуждаются.
— Онитакнесчитают, Джимми. Онитебяоченьуважают.
— Плеватьмненаихуважение. Уменянеприятности, имненужнаихпомощь. Тыпередайсвоимребятам: еслияпойдукодну, онипотонутвместесомной. Еслимненужнокого-тонаказать, ониобязанынаказатьего, ктобыэтонибыл, пустьдажесамЭдгарГувер. Мытакдоговаривались.
— Ониэтопонимают. — Таконоибылонасамомделе, имысльобэтомприводилаихвужас. ДажемистерБ. былненашуткуобеспокоенисчитал, чтоследовалобыубитьсамогоДжанканузато, чтоонотименикомитетадалтакоеобещаниеХоффе. Теперь, разумеется, онинеимелиправаотступатьсяотсвоихобещаний — законычестинепозволялиимнарушитьсвоиобязательства.
— Будемнадеяться , чтоонипонимают. — Хоффапосмотрелначасы. — Пойдемужинать, — сказалон.
Онвстал, подошелктелевизоруивыключилего, приэтомстакойсилойкрутанулручкусвоимисловнообрубленныминаконцахпальцами, чтоотломилее. Ончерезвсюкомнатушвырнулручкувкорзинудлябумаг, стоявшуювозлеегостола.
— КчертуДжекаКеннеди, — прорычалон. — Вместесегобратцем. РазонихотятобойтисьсХоффойпо-плохому, япокажуим, чтозначит “по-плохому”.
Оноткрылдверь. ПалермонеувиделникогоизтелохранителейХоффы, словнототхотелдоказатьвсемумиру, чтоничегонебоится.
“ОченьпохоженаХоффу, — подумалПалермо. — Такпоступаюттолькоглупцы. Нельзябытьтакимсамонадеянным. Человек, которыйнеиспытываетстраха, опасен. Онможетнакликатьбедуинасебя, инадругих”.
31
ВскорепослетогокакМэрилинвернуласьизЛос-АнджелесавРино, съемочнаяплощадкафильма “Неприкаянные” превратиласьвбесплатныйциркдлямногочисленныхзевак.
НародвалилвРиносовсехконцовстраны. Людихотелиувидеть, какснимаетсяфильм, новпервуюочередьонижелалиубедиться, чтоонаразводитсясАртуром, атакжепосмотреть, какработаетМонтиКлифт. Всеэтобылокрайнелюбопытно, аещеможнобылопонаблюдать, какборетсясосвоимраздражениемКларкГейбл, вынужденныйнаходитьсявкомпаниилюдей, которыхонсчиталнедисциплинированнымивыскочками. Насъемкахпостоянноторчалижурналистыифотокорреспонденты — онавпервыеснималасьвфильме, которыйпривлекалтакоевниманиепрессы. ВРиноприезжалитакжеФрэнкСинатра, КлиффордОдетс, МариеттаТри, ДэйвидЛеманиЭронДайамонд — всеонибылипривлеченыслухами, чтоздесьпроисходитнечтоизрядавонвыходящее.
Тонвсейработенадфильмомбылзаданвпервыйжеденьсъемок. Послучаюначалаработыбылсделангрупповойснимок: онасама, Гейбл, Монти, ЭлиУоллах, ХьюстониАртур. Мэрилинсиделавокружениимужчинвсамомцентренавращающемсястуле, старомирасшатанном, обливаясьпотом, потомучтостояласорокаградуснаяжара. Онабылавбеломоткрытомплатьесбольшимикраснымивишнями (кромеМ