ную. Мыселиизакурилисигары. Джекбылвприподнятомнастроении, держалсяоткрытоидружелюбно — Джекилюбилаустраиватьприемыивовсюстараласьочароватьгостей; вовремяприемовпрезидентиегоженаказалисьсамойсчастливойпаройнасвете. СкандалпоповодупроисшествиявЗаливесвинейпоутих, итеперьДжекиусердноподчищаласвоипознаниявофранцузскомязыкевпреддвериивизитавоФранцию, аДжек “накачивалмускулы” кпредстоящейвстречесХрущевымвВене. ЖизньвБеломдомевсебольшенравиласьсупругамКеннеди.
— Благодарювас, чтовысогласилисьвстретитьсясомной, господинпрезидент, — началСтюарт.
— Выподдержалименя, когдаяобъявилосвоемнамерениибаллотироватьсявпаресЛиндоном, Стюарт. Некаждыйсмогбынатакоерешиться. Явашдолжник.
— Язнаю, — ответилСтюарт. ЗанимаясьполитикойвНью-Йорке, оннаучилсяточно, какнавесах, измерятьсоотношениеоказанныхиоплаченныхуслуг. — Поэтомуяипришелквам. Уменявозниклапроблема.
ВыражениелицаДжеканельзябылоназватькаменным, но, будучиистиннымполитиком, онумел, когданужно, надетьмаскунепроницаемости.
Стюартподалсявперед, даваяпонять, чторазговорконфиденциальный.
— Послушайте, моимлюдямизвестноонезаконнойдеятельностивпрофсоюзах. Иофиктивныхотделенияхнаместах, иотеррористическихгруппах, ионегласныхполюбовныхсделках, иосвязяхсмафией, вобщем, обовсем — поверьте, намизвестноотакихвещах, имыпротивэтого.
— Прекрасно, — сказалДжек. — Ияпротив.
Стюартпередернулплечами, недовольныйтем, чтоегоперебили.
— Новтожевремямыпротивдействий, направленныхнаразвалпрофсоюзов. Мыпротивтого, чтобыпреследовалипрофсоюзныхлидеров, дажетех, которыеникомуненравятсяикоторыхнеприглашаютнавечерниеприемывБелыйдом.
— Коговыимеетеввиду?
— Хоффу, господинпрезидент.
— Онпреступник. Онпродалсвойпрофсоюзмафии.
— Возможно. Однаковглазахбольшинстватрудовоголюдаонгерой. Тоестьяхочусказать, господинпрезидент: хорошегопонемножку. Толькоиразговоровотом, чтоХоффасделалэто, Хоффасделалто, нужнопосадитьэтогонегодяязарешетку. Ноячто-тонеслышал, чтобыминистерствоюстициисоздалокомиссиюдлярасследованиядеятельностикакого-нибудьбанкираилидиректорафирмыизчислапятисоткрупнейшихкомпанийАмерики.
Тутявпервыепонял, чтопроблемаХоффыпо-прежнемуактуальна. Возможно, дляДжекатакоеизвестиетожеявилосьнеожиданностью. Язаметил, чтоонудивлен.
— ДжорджМини, какиБобби, хочет, чтобыХоффупосадиливтюрьму, — заметилон.
— Господинпрезидент, выужпроститеменя, носрединасестьлюди, которыесчитаютДжорджаМинипровокатором.
ДжекбросилнаСтюартапроницательныйвзгляд.
— Какэтопонимать, Стюарт? — спросилон. — Хоффавамненравится. Ивы, такжекакимы, нежелаете, чтобыпрофсоюзынаходилисьподконтролеммафии.
— Иногдаприходитсяидтинасотрудничествосмафией, господинпрезидент. Яготовпойтинасделкускемугодно, еслиэтоткто-топоможетмнеорганизоватьпредприятиясинтенсивнымрежимомработы. Ияидунатакиесделкиинестыжусьпризнатьсявэтом…
Стюартнаклонилсяещеближекпрезиденту, упершисьрукамивколенииглядяДжекупрямовглаза. Егоморщинистоелицосоченьзапоминающимисячертами — крупнымпереломаннымносомигустымибровями — былосерьезно.
— Мывынужденыладитьспрофсоюзомводителей, господинпрезидент. Конечно, нивы, нивашбратнеработаетесними. Но, есливодителиоткажутсяпривозитьсырьеивывозитьготовуюпродукцию, моилюдиостанутсябезработы. Каквыпонимаете, господинпрезидент, этоозначает, чтоимнечегобудетесть. ПустьмнененравятсяХоффаиегодрузьяизмафии, ноявынужденработатьисним, исмафией.
— АвыслучайнопришлисюданепопоручениюХоффы, Стюарт? — быстроспросилДжек.
Стюарткивнул.
— Комнеприходилодинпарень, господинпрезидент, выонемникогданеслышали. ЕгозовутБольшойГэсМакей. Можносказать, онодинизприближенныхХоффы. Довольноприятныйпарень, ростомсКинг-Конга, вежливыйтакой — вобщем, совсемкакЮджинДебс[20], толькосбившийсясправедногопути. Вруководствепрофсоюзаводителейпочтивсетакие… Онпросилменяпередать, чтоХоффахочетзаключитьсвамисделку.
— Пустьобратитсякминиструюстиции, Стюарт.
— Честноговоря, оннедоверяетБобби. Ипотом, этосделкасовсеминогорода.
— Чтожеэтозасделка? Мнепростолюбопытно.
— Макейсказал, чтоХоффанестанетболтатьотом, какугодилзарешеткуДэйвБек.
Джекперехватилмойвзгляд, япожалплечами. Вконцеконцов, яненесуответственностизаповедениеХоффы.
— Яобэтомничегонезнаю, — сказалонСтюарту, сполнымбезразличиемналице. — Ивообщеэтоделопрошлое.
— Макейтакженамекнул, чтоХоффеизвестны, каконвыразился, “государственныетайны”, связанныесоперациейнаКубе.
— Всеэточушьсобачья, Стюарт. Неужеливыявилисьсюда, чтобысообщитьмнеподобнуюерунду. — Джекуженескрывалсвоегогнева, иуСтюартаналбувыступиликапелькипота. Однакоядогадывался, чтоСтюартаожидаеткое-чтопохуже, чемгневДжекаКеннеди, еслионневыскажетвсего, чтоемупорученопередать.
Стюартвытерлицоносовымплатком.
— Макейсказалмнеещекое-что, — продолжалон. — Номнекак-тонеловкоговоритьобэтоми… э… этоделоличногохарактера…
Джекустремилнанеголедянойвзгляд.
— Это… э… касаетсяМэрилинМонро, господинпрезидент, — выпалилСтюарт. — Похоже, онавсемрассказывает, чтовысобираетесьразвестисьсмиссисКеннедииженитьсянаней. УХоффыестьдоказательстванаэтотсчет, ужнезнаю, откудаикакимобразомонихдостал. Макейговорит, что, есливынесогласитесьнасделку, Хоффапередастэтиматериалывгазеты. — УСтюартабылвиноватыйвид. — Прошуизвинитьменя, господинпрезидент. Нояподумал, чтовыдолжнызнатьобэтом.
ЛицоДжекаприобрелопепельно-серыйоттенок, ноонбылопытнымполитикоминесталоткрытовыражатьсвойгневпередСтюартом. Онподнялся, короткопожалгостюрукуипоблагодарилегозавизит.
УдвериДжекобернулся, посмотрелнаСтюартапугающе-напряженнымвзглядомитихо, так, чтобынеслышалиожидавшиеегозадверьюадъютантиохранникизморскойпехоты, произнес:
— Стюарт, будьтедобры, передайтемойответ. Президентговорит, чтоХоффаможетубиратьсяковсемчертям.
Затемонповернулсяибыстрымшагомвышелвкоридор. ДонассоСтюартомдонеслисьзвукинастраиваемойвиолончели.
КогдаяпрощалсясДжеком, покидаяБелыйдомпослеконцерта, он, глядянаменятяжелымвзглядом, прошептал:
— Никогдабольшенесмейустраиватьмнетакиевстречи!
НаследующийденьмывстретилисьсДжекомвОвальномкабинете. ОнвсеещенаходилсяподвпечатлениемотразговорасоСтюартомипоэтомубылневдухе. Мариянепреминулаотметить, чтоДжекдовольно-такихолоднопопрощалсясомной, когдамыуходилисприема. Стехпорегоотношениекомнепочтинеизменилось.
Янесобиралсяуказыватьему, чтоХоффарешилсянашантажиз-заБобби, который, вопрекимоимсоветам, неоставилпопытокпосадитьеговтюрьму. Боббибылодержимэтойидеей, иДжекнемогэтогопонять, какнемогиуговоритьбратаперестатьпреследоватьХоффу.
Джекбросилнаменяраздраженныйвзглядисказал:
— Яобдумалтодело, Дэйвид.
— Какоедело? — спросиля.
— НазначитьтебяпосломвЛондон. Помнишь, яобещалтебе, чтоподумаю?
ДжекещененазначилновогопославАнглии, имнеиногдаприходиловголову, чтоему, возможно, доставляетудовольствиедразнитьменя, какдразнятморковкойослика. Конечноже, явсеещемечталполучитьэтотпост — ноуженетакстрастно, какраньше. Однодело, еслибымнепредоставилиэтотпостсразужевответнамоюпросьбу, бездолгихраздумий. Нотеперьяпонимал, что, еслимнеипредложатдолжностьпосла, этобудетсделаноснеохотойи, вероятно, мнепоставятнеприемлемыеусловия.
Итемнеменееменяохватилоедвазаметное, новсежеощутимоеволнение. Джекзанималпрезидентскоекреслоуженесколькомесяцев. Заэтовремяонприобрелуверенность, научилсяориентироватьсявправительственнойкухне — теперьемулегчебылопринятьрешениеоназначениипосла, рассуждаляи, сидявкресле, снадеждойподалсявперед.
Джекнахмурился.
— Янемогусделатьэтого, — произнесонрезкоирешительно, словнобросаясьвпропасть.
Янамгновениерастерялся.
— Неможешь? — переспросиля. — Почему? — Яподумал, чтоДжек, возможно, мститмнезавстречусоСтюартом.
— Небудурасхваливатьтвоиделовыекачества, Дэйвид. Мыобазнаем, чтотысправилсябысэтойработой. Нояхочунаправитьтудачеловека, которыйпользуетсядовериемвправящихкругах.
— Уних? — Яхотелбылонапомнитьему, чтоправящиекругиВеликобританиибыливозмущены, когдапередвойнойпосломСШАвэтойстранебылназначенегоотец, однакоРузвельтаэтонеостановило. Но, преждечемяуспелчто-либовозразить, онвыпалил:
— Нет, унас. — Нежелаявстречатьсясомнойвзглядом, онповернулсявкреслеисталсмотретьвокно, выходящеевсад. — Англичаневажныдлянас, — сказалон. — Они — единственныенастоящиенашисоюзникивЕвропе, которыенестанутвступатьвсговорсрусскимизанашейспиной. ВЛондонядолженнаправитьтакогочеловека, которыйпользуетсядовериемнашихвнешнеполитическихведомств, Дэйвид, — Советаподеламвнешнейполитики, обозревателей, пишущихдля “Форинафферс” итакдалее.
— Нобольшинствоизэтихлюдей — республиканцы, — заметиля. — ДуховныепоследователиНельсонаРокфеллера. Онитебенедрузья.
— Да, — сухоотозвалсяон. — Ядолженпривлечьэтихлюдейнасвоюсторону. ХочупредложитьсенатукандидатуруДэйвидаБрюса. Ияхотел, чтобытыузналобэтомотменя.
Японял, чтозадумалДжек. Онхотелзастраховатьсебяоткритикисостороныправыхкругов, распространитьсвоевлияниенавнешнеполитическиеведомства, чтобынедатьимвозможностивновьополчитьсяпротивнего, какэтопроизошлопосленеудачнойоперациинаКубе, возможно, дажепереманитьнасвоюсторону “мозговойтрест” НельсонаРокфеллеранатотслучай, еслинавыборах 1964 годаНельсонстанетглавнымкандидатомвпрезидентыотреспубликанскойпартии…
Этобылумныйход, нояиспыталглубокоеразочарование, ведьятакдолгонадеялся. Иябылразгневан. ЯзналБрюса — онбылдовольноприятныйпарень, ноянесчиталегосвоимсоюзником. ОднакоспрезидентомСоединенныхШтатовАмерикинеспорят.
— Премногоблагодарен, — сказаля, нескрываясвоегогнева.
Уменявозникложеланиеподнятьсяиуйти, ноя — незнаюпочему — погасилсвойпорыв; возможно, япоступилтаквзнакнашейдобройдружбысДжо, аможет, простопотому, чтонемогзаставитьсебяненавидетьДжека.
ЛучшебыонвообщенезаводилразговораомоейпросьбеназначитьменяпосломвВеликобритании. Пустьбымояпросьбатакиосталасьбезответа. Янесомневался, чтоДжекжелалтогожесамого, но, будучипрезидентом, он, разумеется, немогтакпоступить.
Политика, рассуждалясамссобой, этоигра