Тут, словно по щелчку, наконец, включился звук. Помещение мгновенно заполнилось тысячами голосов и обрывками бесед, которые будто и не прерывались на сутки.
– Ты на какой цифре остановился?
– Что ты несешь?! В Инраме вообще нет деревьев.
– А мы один раз утопили тело…
– Ну как? Рад, что у нас новенький появился?
Лишь спустя пару секунд я понял, что последний вопрос адресован мне. Лоренц улыбается, а в этом месте редко можно увидеть улыбку.
– Немного, – пожал я плечами. – Почему у тебя такое довольное лицо?
Приятель лихо взъерошил пятерней свою кудрявую гриву. Кто поверит, что ему уже за 400 лет перевалило? Ведет себя как подросток. Ад – не лучшее место для взросления.
– А ты не знаешь? Это ведь тебе, дорогой друг, предстоит вводить этого бедолагу в курс дела, – продолжая улыбаться, заявил он.
Мне?! Да я ведь и сам толком ничего не знаю! У того же Лоренца с его опытом адской жизни получилось бы с этим справиться намного лучше.
– И что мне ему говорить? – обреченно поинтересовался я.
Лоренц, уже не глядя на меня, принялся копаться ложкой в крайне неаппетитной жиже.
– Да все! То же самое, что я тебе год назад сказал. Объясни, чем мы занимаемся, кто здесь хозяин, местные правила… И к каким чертям он может послать нашего милосердного Бога, – лицо парня утратило веселость.
– Это тоже традиция? – сдавшись, спросил я.
– Именно. В курс дела посвящает младший из ближайших соседей. В твоем случае это был я, – самодовольно добавил он после небольшой паузы.
Ладно. В конце концов, мне и самому будет интересно пообщаться с новым человеком.
«Рабочий» день подошел к концу, уставшие души неторопливо покидают свои места, и я тоже. Не хочу отставать, еще десять минут – и свет погаснет. Лучше к этому моменту ощущать под собой кровать, а не болтаться в черноте. Металлическая дверь моей «клетки» приветливо распахнулась. Одна нога была уже в комнате, когда до слуха донесся человеческий визг. Визг! Услышал! Голову разрывает, сердце бьется чаще. Мой новый сосед не из простых ребят. Голос доносится именно из его комнаты! Дверь, устав ждать, толкнула меня в спину и, как обычно, совершенно бесшумно захлопнулась. Надо быстрее добраться до кровати. Впервые за целый год у меня есть настоящие причины ждать утра и желать скорого наступления завтрашнего дня. Что-то изменилось в привычном распорядке вещей. Изменения возможны!
Глава 3Рай
Элисс давно утратила привычку следить за временем – какая разница, если ты блаженствуешь на пляже под легким ветерком и никуда не спешишь? В жаркий день ничего лучше не придумаешь! Волны уже почти касаются босых ног – кажется, ветер начинает немного усиливаться. Может, пойти к домику? Да ну, лень менять диспозицию. Это был ее остров: белоснежный песок, пальмы, нависающие над лазурным морем, и ровно в центре – маленький деревянный домик с соломенной крышей. Как в Раю, хмыкнула про себя Элисс. Да это и есть Рай – в точности как его рисуют на открытках и «рекламных проспектах» будущей жизни, которые она видела в Инраме. Дождей, ураганов и прочих погодных неприятностей в этом месте никогда не видели – только вечный солнечный день и вечная летняя ночь.
Вокруг ее островка белели тысячи точно таких же личных владений других счастливчиков, оказавшихся в Раю. Элисс всегда было обидно, что все территории абсолютно неотличимы друг от друга – даже пальмы натыканы как по трафарету. Но с этим пришлось смириться – спилить пальму или посадить новую не получится при всем желании, пробовали уже. Элисс была невысокой стройной девушкой с длинной, слегка вьющейся гривой светлых волос. Несмотря на правильные черты лица и выразительные карие глаза, красавицей себя никогда не считала. Да и во время земной жизни особой популярностью у мужской части монастыря не пользовалась. Нет, ее, конечно, иногда звали на свидания, но особой радости от них не было – только лестное удовлетворение женских амбиций. Хотя парням надо отдать должное – с ними Элисс всегда было немного интереснее, больше тем для разговора. Даже дружеские подколки нравилось ей больше, чем вечные сплетни соседок по комнате. Другие девчонки, чувствуя такое отношение, начинали ее сторониться и особо не пытались подружиться, хотя Элисс втайне и мечтала найти себе хорошую подругу.
На момент, когда душа девушки отделилась от тела, ей было почти 16 лет. Это давало весомые поводы для волнения: соседки по комнате, которые были одногодками Элисс, давно покинули свои тела, и последние полгода в монастыре она жила одна, сгорая от страха попасть в Ад. Ведь всем известно, куда отправляются взрослые души.
Но все обошлось: за неделю до шестнадцатилетия она потеряла сознание, а очнулась уже на острове. Элисс росла в городе Инрам посреди огромной инрейской степи. Моря девушка никогда не видела, а оно оказалось даже прекрасней, чем на фресках и других изображениях, которые им показывали священники.
Осознание места пришло не сразу. Первое время Элисс думала, что видит эту сказку во сне: все казалось слишком идеальным. Но вскоре по деревянному мостику, соединяющему остров с соседним, к ней пришла знакомиться пухленькая девушка лет двадцати с виду. Она-то и объяснила Элисс все про Рай и остров, который отныне будет ее домом до скончания веков.
Первые недели Элисс была безумно счастлива: целыми днями валялась на пляже, вечерами встречалась со своими ближайшими соседями. Сидя на берегу моря, они болтали о земной жизни, поедая разнообразные фрукты, о существовании которых раньше не подозревали. Но постепенно это место переставало казаться сном наяву: с каждым днем жизнь становилась все скучнее и скучнее, а мир вокруг – все более искусственным. Солнце – слишком яркое, листья на пальмах – слишком зеленые, песок – слишком шелковистый, экзотические фрукты приелись. Прошло три года, а она все так же лежит на пляже и смотрит вдаль, тщетно пытаясь уловить хотя бы малейшие изменения.
Преодолевая лень, Элисс потянулась за яблоком. Фрукты на острова каждое утро доставляли «ангелы». По крайней мере, так называли этих существ в длинных белых балахонах с одинаковыми добродушными застывшими лицами. Эти маски пугали – как и все тут – своей искусственностью. Ангелы никогда не отвечали на вопросы и никогда не заговаривали с душами. Все, что они делали – приносили еду.
Элисс откусила яблоко и опять немного загрустила от его идеальности. Да, оно было очень сладким, сочным, но, в то же время, ей ужасно не хватало маленького изъяна, чего-то такого, что отличало бы это яблоко от тысяч других яблок. К несчастью, Элисс была не настолько тупой, чтобы принять Рай таким, как есть. Она не блистала отличными оценками и прочитала не всю монастырскую библиотеку, но ум девушки был подвижен, и многие задачи она решала быстрее, чем любимчики наставников. Также у нее была очень хорошо развита интуиция – уж фальшь от истины Элисс всегда могла отличить. И сейчас от этой фальши у нее сводило скулы.
Так и не доев яблоко, Элисс решительно поднялась – до соседки прогуляться, что ли? Днем тут нечасто ходят в гости – в основном все предпочитают просто лежать на своем пляже или сидеть в домике, глядя на покачивание пальм. Но сейчас девушка остро ощутила потребность хоть в каких-то действиях – очень не хотелось превратиться в одну из этих пальм. От резкого подъема голова начала немного кружиться – очень интересный эффект, учитывая, что она, по сути, является бестелесным духом. Мост привычно заскрипел под ногами. Элисс любила эту переправу: местами она касалась воды, и шлепать босыми ногами по прохладному морю было чрезвычайно приятно. Впрочем, и песок, несмотря на яркое солнце, не обжигал. По версии Элисс, все в этом месте рассчитано только на удовольствия, что немного раздражало. А хотелось настоящего. Чтобы с утра было немного прохладно и можно было укутаться в одеяло, чтобы иногда шел дождь, в котором можно промокнуть до нитки. Земная жизнь, при всех ее недостатках, давала все это, а тут был лишь очень качественный муляж. Иногда девушке казалось, что создатель райского местечка просто никогда не был живым.
Приближаясь к острову приятельницы, Элисс решила спрыгнуть с мостика и добраться вплавь. Вытянувшись в стрелу, девушка грациозно нырнула в волны. Плавала Элисс прекрасно, ведь она с детства жила на самой окраине Инрама, на берегу единственной инрейской реки Иллины. Неудивительно, что купание в речке являлось главной забавой окрестных ребятишек. Правда, после того, как заплывший в черту города крокодил откусил одному мальчику несколько пальцев на ноге, священники стали пытаться контролировать водные процедуры, но результата не добились. Все равно дети настырно лезли в воду. Соленая вода местного моря не очень нравилась Элисс – она была как будто менее освежающей и слишком плотной. Доплыв до берега, девушка огляделась в поисках своей подруги. На пляже Бити не было, значит, скорее всего, валяется дома или в тени пальм. Девушка направилась прямо к дому, попутно присматривая хорошие места, в которых можно примоститься для легкой болтовни. Ничего нового не увидела – абсолютно идентичный остров не оставлял никаких шансов для смены обстановки.
Встав перед дверью, Элисс перевела дух. Она не устала, но преодолевала минутную неловкость – вдруг подружка не расположена к общению, а тут соседка пожаловала? Наконец, пересилив смущение, девушка постучала и принялась ждать. Спустя минуту ей так никто и не открыл, пришлось постучать снова. Опять тишина. Странно, Бит была не особо активной девушкой и редко покидала свой остров – в основном гости наведывались к ней. Элисс уже разворачивалась, чтобы убраться восвояси, когда взгляд упал на дверную ручку – та была подозрительно, непривычно бурая. В голову тут же ворвались не самые приятные мысли. С замиранием сердца Элисс толкнула дверь, заранее боясь того, что может за ней увидеть.
Бити лежала на полу. Ее всегдашний румянец щек поблек, рот приоткрылся, будто пытаясь сделать еще один вдох, правая рука безжизненно лежала на шее в последней попытке закрыть рану, из которой до сих пор, кажется, сочилась кровь. В глазах навсегда застыли ужас и непонимание – девушка до последнего момента не могла поверить, что небесная жизнь может прерваться, да еще таким варварским способом.