— Зачем ты меня сюда притащил? — прохрипел я.
— Чтобы помочь, — весьма исчерпывающе ответил он и снова уселся на лавку.
— Мне и там было неплохо, а сейчас, как дряхлая половая тряпка. В чём суть помощи?
— Ты же понятия не имеешь, с кем сражаешься.
— С тёмными, чего тут непонятного. Когда всех замочим, всё закончится. Я никак понять не могу, ты тёмный или нет?
— Я проводник.
— В смысле?
— Ну проводник между мирами. Я живу одновременно и здесь, и там.
— То есть сам по себе ты не тёмный?
— Нет.
— А братишка твой был тёмным.
— В смысле, был? — насторожился Трубецкой.
— Больше нет, — я тоже напрягся, опасаясь его реакции. Но, раз уж начал, надо заканчивать. — В живых больше нет, я постарался.
На каменном лице князя не дрогнул ни один мускул. Только взгляд стал ещё печальнее.
— Вполне ожидаемо, — сказал он после небольшой паузы. — Он хотел стать таким, как я, а не став тёмным, это невозможно.
— Так ты же стал?
— Я не тёмный, — покачал он головой. — Это моё личное проклятие с рождения. Я вижу два мира одновременно. Была бы моя воля, давно бы отделался от этой напасти, вся жизнь сплошной кошмар.
— Так это получается, что если бы я тебя убил в тронном зале, связь между мирами оборвалась?
— Если бы всё было так легко, тогда я бы давно покончил жизнь самоубийством или вынудил кого-нибудь меня убить, но всё не так просто. Если я погибну в том мире, где мы с тобой встретились, то здесь останусь и стану самым могущественным тёмным магом за последние тридцать лет. Почти уверен, что тогда и там наступит Армагеддон, причиной которого буду именно я.
— Откуда ты это знаешь?
— Такая история произошла уже однажды. Тебе отец не рассказывал?
— Нет, — вылупил я глаза. Почему он об этом умолчал? Не счёл нужным донести до меня такую важную информацию? Вот зашибись! — Можешь рассказать подробнее?
— Я не буду называть имени своего предка вслух, скажу только, что я от него унаследовал этот чёртов дар. Твой отец умертвил его воплощение в своём мире, и он пришёл снова через врата с армией тьмы. Имперский паладин смог победить в том эпичном сражении, но попутно уничтожил целое поселение вместе со всеми обитателями. После этого случая он и ушёл со службы императору и отрёкся от своего дара.
— Последний факт мне известен, но без предшествующих подробностей. Спасибо, что просветил. Тогда другой вопрос, а если тебя убить здесь? Тогда ты останешься жить в том мире?
— А вот этого я точно не знаю. Может быть.
— Почему тогда не самоубился здесь?
— Наверняка и тут зарыта какая-нибудь каверза. У меня возникала такая мысль, я даже пробовал нарываться здесь на неприятности, но ничего не получилось.
— Интересно, но об этом чуть позже. А какова роль проводника во всей той хрени, что происходит сейчас на Земле?
— Я просто ключик, чтобы открыть дверь. Ты, когда отпираешь дверь собственного дома, спрашиваешь у ключа разрешения, чтобы им воспользоваться?
— Нет, конечно. Я понял, о чём ты говоришь. Здесь тебя никто не тронет, иначе дверь закроется навсегда, — я за время разговора почувтвовал себя намного лучше. Поднялся с пола и уселся на лавку за стол напротив князя. — Постой, а у тебя дети есть?
— Нет, это я предусмотрел.
— Отрезал себе что ли?
— Фу, Павел Петрович, я не такой извращенец, — в первый раз на моей памяти Трубецкой наморщил нос. — Я уехал туда, где меня никто не знает, заплатил денег и теперь я бесплоден.
— А об этом знает та девица, с которой ты был в театре?
— Недавно узнала, после этого мы с ней расстались. Она же хотела, чтобы её детишки стали княжичами.
— Что вполне резонно — перебил я его.
— Да, я понимаю, — ответил он и его лицо снова стало каменным. — Но род Трубецких надо было оборвать. Так что я не сильно расстроился, когда узнал, что ты убил моего брата, я на это не решился.
— Выходит, что убивать было не обязательно, достаточно просто оскопить? — хохотнул я, но увидев стальной взгляд собеседника осёкся.
— И оставить тёмного у себя за спиной? — холодно произнёс он. — Не самое лучшее решение.
— Согласен. Так в чём же состоит твоя так называемая помощь? Просто хотел мне всё это рассказать? Тогда не обязательно было устраивать похищение повернувшегося к тебе спиной личного паладина императора. Можно было просто позвать в ресторан. Кстати, давно хотел тебя кое о чём спросить. После театра мы пошли в ресторан, где я понял, что за мной следят. Поэтому я и смылся тогда.
— Ах вот оно что, теперь понятно. И в чём вопрос?
— Это случайно не твои орлы на меня напали тогда и ранили отравленным «сиреневой смертью» клинком?
— Нет у меня никаких орлов, говорю же тебе, я всего лишь ключ и не участвую ни в каких разборках и покушениях. Мной пользуются на своё усмотрение и без моего ведома. А насчёт «сиреневой смерти» заинтриговал. Я слышал, что когда-то была некая тайная организация, которая пользовалась эти поганым зельем, но я считал, что никого из них в живых не осталось. Так что я не смогу тебе предоставить даже малейшую зацепку, где их искать.
— Понял. Тогда ответь хотя бы на первый вопрос.
— Ты нужен мне, чтобы всё это прекратить.
— Я должен тебя убить? — спросил я и тут в голове щёлкнула мысль.
Если я это сейчас сделаю, то никогда уже не смогу вернуться в мир, который стал для меня родным. Мне придётся остаток жизни провести в этом унылом месте. Я даже за дверь ещё не выходил, но был уверен, что мне здесь не понравится. Впрочем, у меня нет ни жены, ни детей, тосковать по мне по-настоящему будут только отец и Кэт. Зато я смогу вернуть миру мир и убрать все эти прорывы нечисти. Да, самопожертвование, но не такое уж и фатальное. Можно научиться жить в этом мире и найти новый путь силы. Или сажать свеклу и выращивать козочек, если они здесь существуют конечно.
— Судя по смене выражений твоего лица, ты всё правильно понял, — хмыкнул Михаил, слегка оттянув уголок рта в некое подобие улыбки. — Поэтому ты не должен меня убивать, а лишь помочь это сделать.
— Хочешь сказать, что есть всё-таки способ вернуться домой? — спросил я, вскинув брови.
— На каждый случай всегда найдётся какой-нибудь способ. Осталось его найти.
— Тогда пошли искать, я готов!
Я и правда чувствовал себя уже довольно сносно. Богатырская сила вернулась почти полностью, но вот с потоками энергии была беда. То, что здесь витало, было настолько чуждо, что я не хотел даже пытаться впитать в себя. Но у меня оставалась мощная броня, хоть и без магической подпитки, огромные мечи и бластер. Оружие было аккуратно сложено в углу избушки. Впервые за всё это время я выглянул в окно. Такое впечатление, что в этот мир Создатель забыл принести с собой краски. Серое небо, серая земля, странного вида серая растительность, живности я никакой не увидел, что в данном случае очень даже хорошо. Пятьдесят оттенков серого, как в том фильме. Хотя нет, гораздо хуже.
— Точно готов? — прервал ход моих мыслей Михаил.
— Так точно, — я встал и направился в угол, где лежало моё оружие. Примастырив мечи и бластер на пояс, я почувствовал себя гораздо увереннее. — Пошли.
Трубецкой молча поднялся со скамейки и пошёл к двери, я потопал следом. Дверь открылась, и я поёжился от пронизывающего ветра. Очень кстати я надел доспех в этот раз прямо на костюм, хоть какая-то дополнительная прослойка, хоть и тонкая.
— И куда мы идём? — не удержался я от вопроса. Хотелось бы иметь хоть какую-то определённость.
— К местному магу, — ответил он и замолчал, не собираясь уточнять.
— Далеко он живёт?
— Порядочно.
— Ты можешь ответить по-нормальному? Или твой лимит слов на сегодня исчерпан?
— Да, ты прав, я не привык много разговаривать. Поэтому спрашивай, что конкретно тебя интересует.
— Тогда ответь, насколько далеко живёт этот злосчастный маг? — я постарался сосредоточиться на дыхании, чтобы не раздражаться. Насколько я понял, надо набраться терпения и вытаскивать информацию из князя по крупицам.
— Вон за той горой, — он ткнул пальцем в горизонт.
Я вгляделся вдаль и увидел в серой дымке далёкую горную гряду, над которой возвышался массивный пик. Ещё бы знать, какой высоты эти горы, тогда можно было бы хоть приблизительно прикинуть расстояние.
Твою же сковородку, это ж сколько времени туда пиликать? В тронном зале все скорее всего считают меня погибшим, в лучшем случае пропавшим без вести и в неизвестном направлении. А как на моё исчезновение отреагируют мои друзья? Надеюсь они не станут сразу сообщать о моей пропаже отцу. Боюсь, что он этого не переживёт.
— Миш, ты не против, если я буду называть тебя по имени?
— Нет, конечно, к чему все эти сложности. Тем более здесь.
— Ты сказал, что существуешь в двух мирах одновременно, а что с тобой сейчас происходит там?
— Как только я тебя переместил, меня чем-то вырубили. Пока что я без сознания, но точно жив. Скорее всего поместят в какую-нибудь карцер с подавлением магии. У меня к тебе просьба, походатайствуй пожалуйста о моём освобождении. Я свинчу в Сибирь, найду тихое уединённое местечко, где смогу жить спокойно.
— Сделаю всё, что от меня зависит, но сначала мне надо туда попасть.
— Естественно.
— Может пробежимся немного? Хотя бы километров десять.
— Ха, насмешил! Ты воин, а я маг. Физподготовка никогда не была моей сильной стороной. Можешь побежать один, но пока меня не будет рядом ты здесь враг. На тебя даже мелкие насекомые охотиться будут.
— А пока ты рядом, то нет?
— Нет. Скоро представится возможность в этом убедиться.
— Капец, — буркнул я и поник. — Это сколько же времени пройдёт, пока я домой попаду? За это время меня похоронят уже три раза.
— Зато представь, как обрадуются, когда ты вернёшься. Если вернёшься, конечно.
— Да в смысле? — воскликнул я. У меня даже дыхание перехватило от кома в горле от одной только мысли, что я могу остаться в этом мире навсегда. — Ты же мне обещал!