Вашего императорского высочества покорнейшего слугу Людвига ван Бетховена.
Ваше императорское высочество!
Смею надеяться, что ваша милость не усмотрите чего-либо преднамеренного в прилагаемом при сем дерзком (ради сюрприза) посвящении. Пьеса была написана для в. и. в. или, вернее, она обязана вам своим существованием, и почему же мир (музыкальный) не должен был узнать об этом. Я буду иметь вскоре удовольствие служить в. и. в. в Бадене. Я не мог этого сделать до сих пор, потому что болезнь груди, несмотря на все усилия врача, не позволяла мне этого, и врач не хотел меня отсюда отпускать; но мне все же лучше. Надеюсь иметь добрые, радостные вести о вашем драгоценном здоровье.
Вашего императорского высочества верный и покорнейший
Людвиг ван Бетховен.
Вена, 11 июля 1816 года.
Ваше императорское высочество!
Опять вчера и позавчера и совершенно неожиданно мне стало хуже в то самое время, как собирался после обеда явиться к вам, в эти 2 дня не мог прийти, но буду иметь честь явиться сегодня вечером, если только не получу какого-нибудь контрприказания.
Вашего императорского высочества всеподданнейший
Людвиг ван Бетховен.
Ваше императорское высочество!
Я узнал вчера о прибытии в. и. в., и г. Тройер при встрече подтвердил мне это. Присылаю посвященное в. и. в. трио. На нем имеется указание этого; но все произведения более или менее значительные, на которых даже не указано это, посвящены в. и. в. Во всяком случае, не ищите в этом какого-нибудь умысла. Знатные лица привыкли подозревать в подобных случаях корыстолюбие автора; на этот раз пусть будет так, потому что вскоре обращусь к в. и. в. с покорнейшей просьбой. Вы поймете основательность этой просьбы и милостиво снизойдете к ней. В начале октября, еще в Бадене, я заболел и с 5 октября в течение 8 недель не оставлял ни постели, ни комнаты. У меня был злокачественный катар. И теперь еще я не могу выходить часто. По той же причине я не писал в. и. в. в Кремзир. Все, что Небо может подарить земле, желает
Вашему императорскому высочеству покорнейший слуга
Людвиг ван Бетховен.
Ваше императорское высочество!
Приношу в. и. в. глубокую благодарность за милостивое осведомление о моем здоровье. Если бы здоровье мое не было так переменчиво, то я, наверное, давно уже служил бы в. и. в., но мне плохо и боюсь, чтобы не стало хуже у в. и. в. Последствия такого сильного катара исчезают крайне медленно и требуют осторожности. Вчера мне было очень плохо, сегодня лучше. Врач уверяет, что при такой погоде я скоро поправлюсь, а так как мне уже сегодня лучше, то надеюсь на следующей неделе быть к услугам в. и. в. Тем тягостнее мне эта болезнь, что не могу проявить своей преданности и ревностной службы в. и. в.
Вашего императорского высочества верный и покорнейший слуга
Людвиг ван Бетховен.
Ваше императорское высочество!
Простите, что не предупредил о своем отсутствии; причину доложу устно. С субботы мне хуже, и только через несколько дней явлюсь к услугам в. и. в. Я должен быть очень осторожен и не выходить. Вдвойне огорчен как болезнью, так и невозможностью проявить свое усердие.
Вашего императорского высочества покорнейший слуга
Людвиг ван Бетховен.
Ваше императорское высочество!
После благотворительного концерта я вновь принужден сидеть дома. Через несколько времени могу быть смелее в отношении здоровья. Год оканчивается. Мои главные пожелания на новый год заключаются, прежде всего, в здоровье в. и. в., пожеланиям этим нет ни начала, ни конца; ежечасно ношу я их в себе. Если мне позволено пожелать чего-нибудь себе, то пусть ваша милость и расположение ко мне растут и развиваются с каждым днем. Учитель будет всегда заботиться о том, чтобы быть достойным милости своего высокого учителя и ученика.
Вашего императорского высочества покорнейший слуга
Людвиг ван Бетховен. В последний день декабря 1816 года.
Ваше императорское высочество! Я вновь вынужден сидеть дома, хотя мне это крайне неприятно, и я лишен возможности вследствие этого явиться к услугам в. и. в., но принужден терпеливо покориться. Я, во всяком случае, не стану слишком долго злоупотреблять милостивейшим снисхождением в. и. в., так как надеюсь вскоре явиться к вам, а пока шлю в. и. в. пожелание лучшего полнейшего здоровья.
Вашего императорского высочества верный, покорнейший слуга Людвиг ван Бетховен.
Ваше императорское высочество!
Внезапный припадок колик вчера вечером лишил меня возможности, несмотря на мое искреннее желание и стремление, явиться сегодня; хотя состояние моего здоровья улучшилось, все же я вынужден сегодня и завтра не покидать комнаты, но надеюсь, что в крайнем случае послезавтра буду иметь счастье вновь явиться к в. и. в. удостоиться вашей милости, запоздалое уведомление это прошу в. и. в. милостиво приписать некоторым неблагоприятным обстоятельствам.
Вашего императорского высочества верный, покорнейший слуга Людвиг ван Бетховен.
Ваше императорское высочество. Через несколько дней буду иметь честь вновь явиться к вам. Прошу прощения за долгое отсутствие, несмотря на здоровый вид, я действительно болен, нервное утомление, оно положительно мучит меня все время, но вот уж несколько дней мне лучше, а потому вскоре не буду больше лишен возможности пользоваться милостями в. и. в., и буду в состоянии доказать, как дороги моему сердцу эти милости.
Вашего императорского высочества покорнейший слуга
Людвиг ван Бетховен.
Ваше императорское высочество!
К сожалению, я вынужден вновь просидеть несколько дней дома, но смею надеяться, что вскоре наступит полное выздоровление, и я не буду более лишен милости явиться к услугам в. и. в.
Вашего императорского высочества покорнейший слуга
Людвиг ван Бетховен.
Ваше императорское высочество!
Простите мне милостивейше, что не могу сегодня явиться к в. и. в., так как в такую погоду не могу выйти с моим кашлем. Завтра наверняка будет иначе, и тогда удостоюсь высокого счастья вновь выразить мое служебное рвение.
Вашего императорского высочества покорнейший слуга
Людвиг ван Бетховен.
Ваше императорское высочество!
Я был болен уже несколько дней, прежде чем вы изволили прислать ко мне, и вышел только, чтобы пообедать, так как не имею своего хозяйства. Это был мой единственный выход и как раз в этот день в. и. в. прислали. Мне было хуже, прибавился сильный катар и, таким образом, я вынужден просидеть дома еще несколько дней. Не было возможности раньше уведомить об этом в. и. в. как только сегодня, во всяком случае, вышеописанное мое прежнее нездоровье помешало мне лично побывать и узнать о здоровье в. и. в. Надеюсь вскоре быть в состоянии поспешить к в. и. в. и засвидетельствовать, что я всегда есмь и буду
вашего императорского высочества покорнейший слуга
Л. в. Бетховен.
Нусдорф, 1 сент. 1817 г.
Ваше императорское высочество!
Я все надеялся, что отправлюсь сам к вам в Баден, но мое болезненное состояние все еще продолжается, и, хотя чувствую некоторое облегчение, но все же не совсем поправился; мне давали и дают средства всякого рода и вида, тем не менее я должен отказаться от надежды когда-нибудь вылечиться совершенно. Я слышал, что в. и. в. выглядите прекрасно, и хотя по наружности не всегда можно судить о состоянии здоровья, но я много слышал о том, что в. и. в. стало лучше и очень этому рад. Надеюсь также вновь содействовать вам в ваших жертвоприношениях музам, когда вы вернетесь в город. Да услышит Господь мою мольбу и избавит меня от бесконечных страданий; ведь я покорно служил Ему с самого детства и делал добро всюду, где только мог, вот почему я уповаю только на него и надеюсь, что Всевышний не даст мне погибнуть среди этих бедствий. Желаю в. и. в. всевозможных благ; как только будете в городе, явлюсь к вам.
Вашего императорского высочества верный и покорнейший слуга
Л. в. Бетховен.
Ваше императорское высочество!
Старый год уже почти на исходе, новый наступает. Да избавит небо в. и. в. от всяких страданий и да пошлет наивысшее счастье, какое только можно себе представить. Таковы все мои пожелания в. и. в.; все они сводятся к этому. Если позволите сообщить о себе – здоровье мое очень шатко и непостоянно. К сожалению, принужден я жить очень далеко от в. и. в., но это не помешает мне вскоре иметь удовольствие явиться к вашим услугам. Поручаю себя вполне вашему милостивому вниманию, хотя я, кажется, и не заслужил его. Да благословит небо каждый день вашей жизни на благо многих; я же всегда
Вашего императорского высочества покорнейший слуга
Людвиг ван Бетховен.
В последний день декабря 1817 г.
Ваше императорское высочество!
Благодарю вас сердечно за милостивое ко мне сочувствие. Мне действительно лучше, и завтра сам явлюсь на утренний урок согласно желанию в. и. в., тем более, что врач мне строжайше запретил выходить позже 6 час. вечера, притом же я знаю, что в. и. в. охотнее готовы брать уроки по утрам.
Вашего императорского высочества верный, покорнейший слуга
Людвиг ван Бетховен.
Я неоднократно собирался лично справиться о состоянии вашего здоровья, но мне самому пришлось целыми неделями, как и теперь, лежать в постели или сидеть дома, искренно желаю скорейшего выздоровления в. и. в., что касается меня, то надеюсь избежать пауз, лишь только будете в состоянии музицировать.
Вашего императорского высочества покорнейший слуга
Людвиг ван Бетховен.
Ваше императорское высочество!
Сегодня еще я должен был принять лекарство, но все же думал, что буду иметь счастье явиться к в. и. в., к сожалению, однако, чувствую себя слабее, чем вчера. Попытался выйти, но через несколько минут был вынужден возвратиться, может быть слишком скверная погода тому виною, до завтра, без сомнения, поправлюсь и буду иметь счастье явиться к в. и. в. в понедельник до 6 час. (как я слышал, это теперь самое удобное время для в. и. в.), искренно прошу сохранить ко мне милостивое и любезное расположение.