– Может, поэтому уровень и забросили, – предположил Гордон.
– Городскому правительству удалось замять это дело. Видимо, власти не желали рисковать, посылая людей работать в ненадежном туннеле, да еще для того, чтобы вывезти оттуда мертвых. Но вместе с тем боялись, что горожане возмутятся, узнав, что трупы так и остались непогребенными.
– Легенда все равно дошла до нас, как и байки про крокодилов в канализации.
– А я уже думал, что знаю все секреты Готэма. – Бэтмен брел по туннелю вдоль затопленных рельсов. Он заметил впереди движение: у скелета, плавающего на поверхности черной воды, шевелилась рука.
В воде есть течения. Значит...
Хлоп!
Над водой взметнулось что-то громадное и тяжелое.
На долю секунды луч фонаря скользнул по блестящей шкуре, осветил чешую, покрывающую почти обнаженное тело Убийцы Крока. Его зрачки были похожи на вертикальные щелки, ноздри раздувались, пасть была широко разинута, как у нападающей змеи.
Крок схватил Бэтмена поперек торса и швырнул назад. Его зубы скользнули по гладкой поверхности капюшона, оставили несколько глубоких царапин на голой щеке. А потом сжались на шее.
Капюшон прочный, напомнил себе Бэтмен. Кроку его ни за что не прокусить. Ему придется...
Чудовище ринулось на Бэтмена, опрокинуло его навзничь, погрузило в темную воду. Когда вода сомкнулась над головой Бэтмена, он услышал в ухе крик Гордона:
– Что там? Что происходит?
Под водой Бэтмен не мог ему ответить. Он старался сбросить с груди страшную тяжесть. Внезапно он все понял.
Мелкую добычу крокодил заглатывает целиком. А большую утаскивает под воду и держит там до тех пор, пока жертва не задохнется. Только после этого крокодил начинает рвать ее на части.
Убийца Крок вел себя в точности как рептилии, в честь которых получил прозвище.
На поясе у Бэтмена нашлось бы немало оружия, чтобы справиться с таким противником, но тяжелое тело Крока мешало дотянуться до него.
Бэтмен затаил дыхание, согнул ноги и попытался отшвырнуть Крока. Удар по скользкому, будто обросшему мхом телу, ничего не дал, ноги скользнули по нему. Несмотря на всю свою силу, Бэтмен не мог зацепиться за эту скользкую и твердую шкуру.
Он погрузился еще глубже, Крок всей тяжестью давил ему на грудь. Надо было найти хоть какое-нибудь оружие, чтобы вырваться.
Бэтмен ощупывал дно, его затянутые в перчатки пальцы перебирали ил, грязь, слизь, пока не наткнулись на что-то твердое и округлое. Железнодорожный костыль. Твердый, тяжелый, острый. Крепко вколоченный в рельсы.
С другой стороны завала рельсы проржавели и буквально крошились. Возможно, и здесь... Он рванул костыль на себя. Тот выскочил из раскрошившегося рельса и лег в ладонь. Теперь оставалось лишь надеяться, что сам костыль не рассыплется в момент удара.
Бэтмен изо всех сил размахнулся и всадил костыль, как кинжал, в бок Убийце Кроку.
Крок открыл рот, издал потрясенный, безмолвный вопль, и ужасная тяжесть вдруг спала с груди Бэтмена. Он рванулся к поверхности, глотнул воздуха и стремительно огляделся в поисках чудовища. Но поверхность воды вокруг него вскоре стала гладкой. Все было тихо.
Что произошло? Крок убит или просто затаился?
– Бэтмен! Что там?
Только теперь Бэтмен понял, что все время, проведенное под водой, слышал голос Гордона, но воспринимал его как рев в ушах. Теперь он снова стал осмысленным. Человеческий голос. Голос Гордона.
– Я нашел Крока, – выговорил Бэтмен. – Точнее, он...
Он моргнул и вдруг пошатнулся. Перед глазами поплыл туман. Туннель, платформы, нагруженные разбитыми гробами, скелеты в воде – все запульсировало и замерцало. И задвигалось.
Скелеты протягивали руки. Звали его.
– Что-то не так, – прохрипел он. – Все вокруг какое-то не такое... – Бэтмен ощупал щеку. – Крок ранил меня. Несильно, просто оцарапал... но похоже, на его когтях какой-то яд. – Перед его глазами раскачивались скелеты. Туда-сюда. Ухмылялись. Звали. – Я вижу... чудовищ.
Глава двадцать четвертая
Чудовища.
Он еще мал, совсем ребенок. Он падает в пересохший колодец. От резкого удара закладывает грудь, ему трудно дышать. Слышит шорох. Пронзительный писк. В темноте прячутся чудовища. Летучие мыши! Тысячи летучих мышей! Они со всех сторон. Трепещущие когтистые крылья касаются его щек, когти цепляются за волосы. Он бьет себя по голове и верещит, как летучая мышь. Но его стремительно окружают.
От ужаса и боли он становится одной из мышей. Его руки удлиняются. Между похожими на сухие сучки пальцами вырастают перепонки. Крылья летучих мышей. Лапы чудовищ. Он сам теперь – чудовище. Зато он умеет летать...
– Яд?! – голос Гордона вернул его к реальности. – Или токсин Пугала, вызывающий страх, присутствовал в крови Убийцы Крока.
– Токсин страха, – слабо пробормотал Бэтмен. – Чудовища...
– Ты же сказал, что носишь с собой противоядие! Примени его! – воскликнул Гордон.
Противоядие.
Мир вокруг него перестал меняться ежесекундно. Руки и пальцы снова стали обычными человеческими конечностями... Почти. Он утратил способность летать.
– Противоядие разработано против газа, – попытался объяснить он, с трудом подбирая слова. – Я же говорил тебе. Он ранил меня... яд... – он умолк. И стал смотреть, как из воды снова поднимаются скелеты. У них стремительно росли зубы...
– Все равно попробуй, черт побери, – Гордон повысил голос. – Скорее, пока Крок не вернулся.
– Я ударил его костылем, – сообщил Бэтмен. – Он не вернется, он выбыл из игры.
– Лучше не рисковать, – возразил Гордон. – Бэтмен, примени противоядие. Сейчас же.
– Хорошо.
Бэтмен был готов на все, лишь бы умолк голос Гордона.
Из кармана на поясе он извлек шприц с подкожной иглой, зажал его в зубах и начал возиться с перчаткой.
– Что ты там делаешь? – нетерпеливо спросил Гордон.
– Надо снять перчатку, – невнятно объяснил Бэтмен со шприцом во рту. – Противоядие вводится внутримышечно.
Он снова дернул перчатку, и герметичный стык брони наконец поддался. Снятую перчатку Бэтмен сунул под мышку.
– Все, снял. Не уронить бы теперь.
– Плевать на перчатку, – рявкнул Гордон. – Делай укол. И говори со мной, не молчи!
Бэтмен снял с иглы колпачок, воткнул ее в предплечье и нажал поршень шприца. Антигаллюциноген заструился по его жилам. Он извлек иглу... и увидел кровавое пятно на том месте, где игла проткнула кожу.
Кровь...
Пятно разрасталось, пока вся рука не стала багровой.
– Не действует, – сказал он Гордону. – Противоядие не...
– Подожди! – перебил лейтенант. – Наберись терпения.
Он склонился над телами родителей. Приложил. детские ручонки к их груди, зажал глубокие раны, но кровь сочилась между пальцев. Его ладони слишком малы, чтобы остановить кровь.
Сколько крови... от нее вся земля вокруг стала влажной и красной. А воздух приобрел металлический привкус.
Он взглянул в лицо их убийце.
Теплая жидкость заплескалась у его ног. Поднялась до пояса. Выше шеи. Он тонул...
– Я тону в их крови... – выговорил он. – Не действует.
– Слушай меня, Бэтмен. Никакой крови нет. Ты не тонешь. Но ты, возможно, прав. Это не яд Пугала, потому и противоядие не действует, – и вновь спокойный и деловитый голос Гордона отвел его от края безумия. – Как ты думаешь, мог организм Крока вырабатывать яд?
Гордон поступил правильно – обратил его к необходимости думать и рассуждать. Пытаясь найти разгадку, Бэтмен сделал еще один шаг к ясности мысли. Крови вокруг него убавилось.
– Вполне возможно, – голосом, больше похожим на прежний, произнес он. – Или же яды, которыми Крейн долгие годы накачивал Крока, пропитали его организм, стали его неотъемлемой частью.
– Так или иначе, противоядие не действует.
– Не уверен. Мне... уже лучше, – признался Бэтмен. – Видения еще не пропали, но я уже могу здраво оценивать их. И понимаю, что не все они – реальность. Я помню, где нахожусь.
– В туннеле, – подтвердил Гордон. – Ты выследил Крока.
– Надо найти кардинала О'Фэллона. И спасти его.
У него на глазах кровь вокруг следа инъекции на руке исчезала. Он оглядел туннель. Тот вновь стал обычным, вода в нем – просто грязной водой.
Кардинал в опасности – вот о чем должен думать Бэтмен, это якорь, который не даст ему оторваться от реальности. Бэтмен сделал глубокий вдох и сосредоточился. Важно не только то, что видят глаза, но и то, что подсказывает разум. Кровь исчезла. Рана на руке – всего лишь крошечная точка.
Медленно и осторожно он натянул на руку перчатку и закрепил герметичный стык брони. Надеяться на интуицию и реакцию пока опасно, как и доверять своим чувствам. Каждое действие придется осознавать, пока не перестанет действовать галлюциноген.
Заклятый враг Рас аль-Гул учил его искусству сосредотачиваться в любых обстоятельствах. Учил бороться с огнем и льдом, несмотря на дурман, такой же мощный, как яд, которым отравил его Крок. У него были и другие учителя, до Раса. Множество. И хорошие, и не слишком.
«Вспоминай их, – приказал он себе. – Это и есть реальность».
Они брели бок о бок с ним по пояс в воде. Он цеплялся за них, как за еще одно противоядие.
Рейчел Доус, подруга его детства, а ныне помощник окружного прокурора, когда-то помогла ему понять, что мститель – всего-навсего еще один вооруженный трус. Но борец с преступностью способен изменить город.
Воротила преступного мира Кармин Фальконе прикончил убийцу его родителей прежде, чем Брюс успел разделаться с ним. Фальконе побудил молодого Брюса Уэйна сделать первый шаг на пути борьбы с преступностью. Он первым показал ему ни с чем не сравнимое оружие – силу страха.
Встречались ему и другие наставники.
Он усваивал разные уроки...
Ныла щека, которую распороли зубы Крока.
– Как только выберусь отсюда, надо будет... принять антибиотики, – сказал он Гордону.
– Правильно, – согласился Гордон, внимательно слушавший его. – Не хочу даже думать о том, что могло быть на зубах Крока.