Когда система снова включилась, в логах не было ничего подозрительного. Дроид продолжал патрулирование. Никаких следов Кролла или его подельников. Никаких вынесенных контейнеров. Чисто. Слишком чисто.Мы начали просматривать записи с других камер, доступных в логах дроида — с тех, что выходили на основные транспортные коридоры Квартала Механиков.
И вот тут нас ждала еще одна находка.
Примерно через час после «технического обслуживания» одна из камер зафиксировала небольшой, неприметный грузовой дрон, выезжающий из бокового технического туннеля, ведущего… от мастерской Кролла. Дрон был гружен несколькими стандартными транспортными контейнерами без маркировки. Он быстро проследовал в сторону грузовых доков, тех, что использовались для связи с внешними базами.
— Это они! — воскликнул Рейд. — Нейростимуляторы! Они вывезли их из мастерской Кролла на этом дроне!
— Но куда? — спросила Сарра. — В доки? Чтобы переправить на другую базу?
Я увеличил изображение грузового дрона. Номер на его борту был нечетким, но я смог его разобрать. Быстро вбив его в базу данных транспортной логистики, Рейд нашел его маршрутный лист.
Дрон действительно направлялся в грузовой док номер семь. Но его конечным пунктом назначения была не другой склад гильдии. А борт корабля, отправляющегося на другую базу. Я видел его раньше. В доках «Скалы Грифа», когда мы прилетели туда по контракту Сайласа.
Цепочка начала складываться. И она была невероятна!
Кролл крадет нейростимуляторы. Переправляет их на корабль Удильщиков, который, возможно, принадлежит или фрахтуется Сайласом. А Сайлас… Сайлас уже перепродает их дальше, на «Анархию» или еще куда-нибудь на черный рынок, где за такой товар готовы платить огромные деньги. А Финт, тот суетливый торговец, был просто мелким посредником в этой схеме, через которого проходили деньги.— Они все в сговоре, — сказал я, чувствуя, как холодная ярость снова поднимается во мне. — Кролл, Сайлас, Удильщики…
Целая сеть. Они грабят базу, переправляют контрабанду, а крайним делают таких, как ты, Рейд.
Рейд слушал, его лицо было бледным. Он не мог поверить, что его использовали так грязно, что он стал всего лишь пешкой в игре таких крупных и опасных хищников.— Но… где сейчас эти стимуляторы? Их же был не один контейнер, а десятки, — спросила Сарра. — Корабль приходил обратно и отправлялся с грузом повторно?
Я проверил логи стыковочного дока номер семь. Корабль действительно вернулся на «Голос Стали». Но больше не выходил с базы.
— Они здесь, — сказал я. — Где-то рядом. Украденные нейростимуляторы, скорее всего, все еще там, где их складировали, у Удильщиков.
Это был наш шанс.
Если мы сможем добраться до этого склада, найти там стимуляторы и, возможно, какие-то еще доказательства причастности Кролла и Сайласа… мы сможем не только спасти Рейда, но и нанести серьезный удар по всей этой контрабандной сети.
Идея была безумной. Лезть в логово Удильщиков — это было еще опаснее, чем проникать на склад Кролла.
Но теперь у нас были не просто догадки.
У нас были факты.
И мы знали, где искать физические улики.
***
Осознание того, что украденные нейростимуляторы, скорее всего, все еще находятся на «Голосе Стали», на каком-то складе Удильщиков, придало нам новый, отчаянный импульс.Но как туда добраться? И как забрать улики, не нарвавшись на пулю или нож? Лезть в логово пиратов вслепую было чистым самоубийством.
— Нам нужен… посредник, — сказал я, когда мы снова обсуждали ситуацию в убогой каморке Рейда. — Кто-то, кто знает Удильщиков, кто может с ними говорить на их языке. Кто-то, кому они, возможно, доверяют.
Рейд нахмурился, потом его лицо прояснилось.
— Есть один тип… — сказал он неуверенно. — Здесь, в «Морге». Зовут его Шнырь. Мелкий торговец информацией, барыга, вечно крутится вокруг доков, где швартуются корабли с «Анархии» и других «веселых» мест. Говорят, у него есть какие-то выходы на Удильщиков. Может, он сможет помочь? За долю, конечно.
Шнырь…
Имя говорило само за себя. Но выбора у нас не было.
Найти Шныря оказалось несложно. Он околачивался у одного из самых грязных и шумных баров «Морга», «Дырявый Трюм», и выглядел точь-в-точь как персонаж из пиратских баек — тощий, юркий, с бегающими глазками и вечно влажными от пота ладонями. На нашу просьбу «поговорить с Удильщиками насчет одного деликатного дела» он сначала отреагировал с подозрением, но когда я намекнул на «щедрое вознаграждение», его глазки заблестели жадным огнем.
— Удильщики? Деликатное дело? — он потер свои липкие ладошки. — Ну, положим, есть у меня пара… знакомых. Могу закинуть удочку. Но это будет стоить две тыщи кредов — от суммы у Сарры округлились глаза.
Пришлось торговаться.
Долго, яростно, используя все свое красноречие и угрозы «обратиться к другим, более сговорчивым посредникам». В итоге сошлись на тысяче кредитов. Шнырь пообещал «навести мосты» и сообщить нам о результате.
Пока мы ждали ответа от Шныря, который, по его словам, должен был «прозондировать почву» и выяснить, готовы ли Удильщики вообще разговаривать о «товаре, который случайно упал с корабля Гильдии», пришла еще одна новость.
Плохая новость.
Из громкоговорителей, установленных на каждом уровне базы, несколько раз проговорили объявление:«ВНИМАНИЮ ВСЕХ ЖИТЕЛЕЙ БАЗЫ „ГОЛОС СТАЛИ“!В СВЯЗИ С ПРОВЕДЕНИЕМ ЕЖЕКВАРТАЛЬНОГО РИТУАЛА „НОЧНОЙ СЧЕТЧИК“, СОВЕТ БАРОНОВ ОБЪЯВЛЯЕТ:ПУБЛИЧНОЕ СПИСАНИЕ ДОЛГОВ И НАКАЗАНИЕ ВИНОВНЫХ СОСТОИТСЯ ЗАВТРА, ПОСЛЕ ЗАВЕРШЕНИЯ ВЕЧЕРНЕЙ СМЕНЫ, НА ЦЕНТРАЛЬНОЙ ПЛОЩАДИ.СПИСОК „СЧАСТЛИВЧИКОВ“ БУДЕТ ОГЛАШЕН ДОПОЛНИТЕЛЬНО.ЯВКА ОБЯЗАТЕЛЬНА. НЕЗНАНИЕ ЗАКОНОВ БАРОНАТА НЕ ОСВОБОЖДАЕТ ОТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ.ДА ПРЕБУДЕТ С НАМИ СИЛА СТАЛИ И НЕПОКОЛЕБИМОСТЬ ПОРЯДКА!»
А дальше, шел список имен. Тех, кому «повезло» стать главными героями этого жуткого спектакля. И среди них…
Рейд.
Причина — «Злостное уклонение от уплаты долга Баронату. Подрыв доверия к власти. Нанесение морального ущерба». Наказание — «Публичная экзекуция путем отсечения…»
Руки задрожали.Публичная казнь.Завтра.Времени у нас не оставалось. Совсем.
Я вспомнил, что нам может помочь и решился сделать еще один звонок.
Харпу.
Я долго колебался, прежде чем набрать его код. Капитан Удильщиков, помогший нам на «Анархии». Но станет ли он помогать нам здесь, на «Голосе Стали», вмешиваясь в дела местных пиратских кланов? Рискуя своей репутацией, а может, и жизнью?
Но выбора не было.
Нам нужен был кто-то, кто знает Удильщиков изнутри. Кто-то, кто мог бы… подстраховать. Или хотя бы дать совет.
Харп ответил не сразу.
Связь была плохой, с помехами. Его лицо на голографическом экране было таким же суровым и обветренным.Я быстро изложил ему ситуацию. О Рейде, о краже, о подставе Кролла, о «Ночном Счетчике», о предстоящей встрече с Удильщиками.
Харп слушал молча, его единственный глаз внимательно меня изучал.
— Шнырь… — прохрипел он, когда я закончил. — Мелкая крыса. Но связи у него действительно есть. Если он говорит, что
Удильщики готовы продать часть «товара», значит, так оно и есть. Скорее всего, это «горячий» груз, от которого они хотят быстро избавиться, пока не начались проблемы. Или… это ловушка.
— Ловушка? — я похолодел.
— Возможно, — кивнул Харп. — Удильщики не любят, когда кто-то сует нос в их дела. Особенно чужаки. Они могут просто заманить вас, чтобы… «поговорить». Или избавиться от ненужных свидетелей. Я свяжусь со своими людьми на «Голосе Стали». Они проследят, чтобы вас услышали и сделка прошла без проблем. — Он усмехнулся без веселья. — А насчет выкупа… торгуйтесь, парень. Торгуйтесь до последнего. Эти акулы всегда завышают цену. И выбирайте контейнеры подешевле, те, что не слишком ударят по вашему бюджету. Вам еще Рейда спасать. И себя.
Связь прервалась.
Помощь Харпа была призрачной, но она давала хоть какую-то уверенность. Мы были не совсем одни в этой игре.
В тот же вечер Шнырь наконец-то вышел на связь. Его сообщение на импланте было коротким и деловым:
«Удильщики готовы говорить. Но не о всем „товаре“. Только о части. Той, что помельче и подешевле. Той, что не привлечет слишком много внимания. Срочно. Если интересно — жду вас у старого грузового шлюза номер пять через час. И без глупостей. Опоздаете — сделка отменяется».
Частичный выкуп… Это был именно тот результат, на который мы рассчитывали. Шанс получить хотя бы несколько контейнеров с нейростимуляторами в качестве улики.
— Идти? — Сарра посмотрела на меня, в её глазах читалась тревога.
— А у нас есть выбор? — я покачал головой. — Это наш единственный шанс спасти Рейда. И, возможно, себя.
Встреча со Шнырем и представителями Удильщиков состоялась, как и было условлено, у старого, почти не используемого грузового шлюза номер пять. Место было темным, безлюдным, идеальным для тайных сделок.
Шнырь привел с собой двоих — крепких, молчаливых типов в потертых кожаных куртках с нашивками какого-то неизвестного мне пиратского клана. Руки они держали на оружии.
Переговоры были короткими и жесткими. Удильщики действительно были готовы продать часть украденных нейростимуляторов — пять небольших контейнеров, которые, по их словам, были «излишками» и «не представляли особой ценности».
Цена, которую они заломили, была грабительской. Рейд, которого мы на всякий случай взяли с собой, тихо шептал мне, что даже эти «неценные излишки» на черном рынке стоят вдвое дешевле.
Пришлось снова торговаться, сбивая цену, играя на их желании быстро избавиться от «горячего» товара. Харп был прав — они действительно завышали цену.
В итоге мы сошлись на сумме, которая все равно пробила бы огромную дыру в нашем бюджете, но выбора не было.
Мы получили пять контейнеров. Тяжелых, опечатанных. С тем самым «медицинским оборудованием».
И расстались с тридцатью тысячами кредитов.
Мы едва успели вернуться в каморку Рейда и спрятать контейнеры под горой тряпья, как в дверь постучали.