«Ну же, поговори со мной! Произнеси слова благодарности. Пожалуйста, не разочаровывай».
— Мышка, ты никогда не задумывалась, что наша жизнь состоит из моментов? — вдруг улыбнулся Агфар.
Я поразилась, насколько изменилось его лицо. Черты смягчились. В уголках глаз появились маленькие морщинки, придавая графу особого шарма. Казалось, передо мной предстал другой человек. Не тот отвратительный мужчина, большинство слов которого раздражали до скрежета зубов, а некто душевный и располагающий к себе.
Он потер бровь и направился обратно к столу. Сел на него полубоком, поправил писчие принадлежности — выжидал. Или настраивался.
— Один и тот же момент мы можем воспринимать по-разному. Не знаю, чем продиктовано твое вчерашнее стремление помочь, но для тебя самой было бы лучше, чтобы ты этого не делала.
— Вы осуждаете меня? — повела я головой.
В животе начала образовываться сосущая пустота. Я уже не раз разочаровывалась в людях и знала, что от Агфара ничего хорошего ждать не стоит. Вот только продолжала наивно верить в лучшее. Не может же человек быть настолько потерянным!
— Милорд, вы…
Я поднялась. Собралась подойти к ближайшему окну, но остановилась напротив мужчины и стянула на груди края платка.
— Я благодарен тебе, мышка, — тепло улыбнулся граф. — Не помню, когда за последний месяц так крепко и долго спал. Я также ценю твое участие и то, как держишь слово. Но ради себя самой, для собственного же благополучия ты должна была убежать.
— И оставить вас умирать? — поразилась я до глубины души. — Неужели считаете, что в нашем мире все такие же, как…
— Как кто? — блеснули глаза Агфара.
Я прикусила губу, не собираясь заканчивать фразу. Следовало немедленно перевести тему разговора в другое русло, чтобы не накликать на себя беду. Я заскользила взглядом по просторному кабинету в поиске подсказки, но не нашла ничего более подходящего, как спросить:
— С вашей рукой все в порядке?
— Пока не беспокоила.
— А рана? Эши не проявилась?
— Если хочешь, можешь сама проверить, — беззаботно отозвался мужчина.
Я недоверчиво прищурилась и тут же кивнула. Не мешало бы посмотреть. Если лекарь вытянул не все крупицы — снова начнется заражение. Лучше обнаружить их раньше, чем позже. Ох, не хотелось бы мне снова переживать вчерашний день и слышать режущие слух болезненные стоны.
Агфар начал расстегивать жилет. Откинул его на стул и взялся за завязки на рубашке. Я подошла ближе и думала, что он оттянет ворот или разрежет ткань, как поступал прежде, но вместо этого тоже снял, оголив торс.
Дыхание перехватило от вида тренированного смуглого тела. Широкая грудь. Плоский живот с небольшим рельефом. И плечи с завораживающими буграми мышц.
— Не смущайся, мышка, ты вчера все видела.
«Разве?» — мелькнула мысль, и я оторвалась от непозволительного изучения мужского тела. Вот только глаза снова опустились на его грудь. Во рту пересохло. Не представляю, почему я не отвернулось, как полагалось по правилам приличия. Продолжила стоять и пожирать его взглядом, ощущая, как уже полыхают щеки.
— Плечо, мышка, — напомнил Агфар. — Ты хотела проверить рану.
— Да, — спохватилась я и шагнула к мужчине, отметив, что он неудачно сидит. Не тем боком.
Почему бы не переместиться на другой? Неужели сложно хотя бы сейчас пойти навстречу и чуть податься вперед? И отчего взгляд такой напряженный?
— Вы не могли бы… нагнуться? — попыталась я произнести беззаботно, будто меня не волновал открывающийся вид.
Разум кричал, что нужно отойти. Негоже молодой девушке находиться так близко возле оголенного мужчины. Однако врываться ночью к нему в покои — тоже верх неблагоразумия. Я отбросила прочь опасения и встала на носочки, чтобы рассмотреть плечо.
Дотронулась до повязки, вопросительно посмотрела на Агфара и, дождавшись разрешения, оттянула ее край. Увиденное порадовало. Нигде я не заметила черных точек. Провела пальцами вдоль зашитой мистером Хиксоном раны и собралась проверить кожу с другой стороны, как ощутила ладонь на талии.
Тело отозвалось дрожью. Я судорожно выдохнула и отвернулась, внезапно осознав свою ошибку. Это ловушка! А рана — предлог.
— Милорд?
Поняв ход моих мыслей, граф сел ровно, и я оказалась зажатой между его ног. Широкая ладонь скользнула по спине. Надавила на поясницу, подтолкнув меня сделать шаг.
— Что вы делаете? — заволновалась я, упорно продолжая смотреть в сторону.
Страшилась повернуться к нему. Казалось, в голубых глазах встречу насмешку, а в выражении лица замечу триумф. Конечно, глупая мышка попала в капкан. Не повод ли для радости?
— Некоторые моменты мы жаждем забыть, — негромко заговорил Агфар, возвращаясь к недавно начатой теме.
Он коснулся моих волос, перекинул их через плечо. Я задержала дыхание, опасаясь продолжения. Каждый раз, когда граф прикасался ко мне подобным образом, все заканчивалось плохо. Неужели опять задумал неладное?
— Другие моменты мы вспоминаем ночью перед сном, вновь и вновь возвращаясь к ним. Боясь, что никогда больше не переживем такие же яркие эмоции.
— Милорд, вы намекаете на какое-то событие из прошлого или собираетесь поведать нечто интригующее? Делитесь опытом? Хотите чему-то научить? Может, решили ответить на один из моих вопросов? — быстро заговорила я, стараясь не обращать внимания на его нежнейшие прикосновения к плечу, шее, уху. — Думаю, крайне неуместно разговаривать в… таком положении. Я осмотрела рану — там ничего нет. И была бы признательна, если бы вы… Милорд? — занервничала я, едва он начал прижимать меня к своей груди.
— Посмотри на меня, мышка.
Я замотала головой.
Остерегалась прикоснуться к Агфару, хотя уже ощущала через ткань платья тепло его тела. Не понимала намерений графа. Мысленно искала оправдания его поступку, но терялась в догадках и оттого волновалась еще больше.
Он сорвал с меня платок. Словно раздел, тоже оголил — не тело, так душу. Коснулся костяшкой пальца подбородка и повернул к себе мою голову.
— Я намерен тебя поцеловать, — произнес мужчина и двинулся вперед, ввергая меня в панику. — У тебя есть пара секунд, чтобы воспротивиться.
Но не успела я понять сути сказанного, как ощутила настойчивые губы на своих. Замычала. Уперлась ладонями в плечи Агфара и тут же услышала его шипение.
— Простите. Простите, милорд! Я забыла о ране. Она ведь не…
Мужчина вновь поцеловал и завел мои руки себе за спину. Сперва действовал настойчиво, но вскоре стал нежным и осторожным, словно не завоевывал, а пробовал. Дотрагивался до меня легко и почти невесомо. Пробуждал во мне незнакомые чувства. Я же смотрела на Агфара во все глаза и не собиралась верить в происходящее. Ощущала дрожь где-то глубоко внутри. Трепет. То, как приятно ныло в груди от каждого его прикосновения. Не сразу заметила, что затаила дыхание от поглаживания моих волос, которые никому не разрешала даже расчесывать.
— Раздели это мгновение со мной, — с надеждой в голосе произнес граф. — Обычный поцелуй, мышка.
— Милорд, — замотала я головой, вновь попытавшись отстраниться. — А как же ваша жена?
Он усмехнулся и припал к моим губам. Теперь начал терзать их. Коснулся горячим языком, ощутимо прикусил, вызвав противоречивые чувства.
— Ты хотела ответов, — жарко зашептал Агфар, проведя носом по моей щеке. — Так вот тебе ответ. Эши не просто связывает двух людей, а делает их зависимыми друг от друга. В народе принято считать, что мужчинам легко дается потеря супруги. Будто роды — это проклятье только женщин.
Я попыталась высвободиться, но ощутила давление на поясницу и поразилась, насколько сильно оказалась прижата к графу. Так нельзя! А как же наша неприязнь? Куда делась его грубость и жестокость? Где же резкие слова и вечное недовольство? Вместо всего этого Агфар припал к моим губам, начал сминать их, будто умоляя разомкнуть рот. Словно в данный миг жаждал лишь моего ответа.
— Получить ребенка, но потерять ту, с кем связан, как лишиться части себя. Самолично вырезать в груди дыру. Мышка, если бы ты обладала даром Айны, то поняла бы.
Агфар взял мою правую руку и, будто ужалив, коснулся губами запястья. Там, где при нашей первой встрече было два знака. Там, где больше не найдется подтверждения, что я обладаю эши. Он огорченно нахмурился и вновь подался вперед, чтобы поцеловать.
Я чувствовала себя безвольной куклой. Сдерживалась, старалась не поддаваться. Меня тянуло ответить на немые просьбы, ведь ощущала, что ему это нужно. Но не смела. Нельзя! Так быть не должно! Я ведь лифара, а у него есть жена. Почему лишь я должна об этом помнить?
— Милорд, прекратите, — попыталась я скинуть с себя чужие руки. — Агфар, вы мне казались рассудительным человеком.
— Больше не кажусь? — выгнул он бровь и выпрямился. — Ничего не изменилось, мышка. Я такой же отвратительный, каким и был. Ты уже видела мои не самые лучшие стороны и знаешь, на что способен ради достижения своих целей.
Я внутренне сжалась. Вновь вознамерилась высвободиться, но мужчина резко вжал меня в свою грудь, выбив весь воздух из моих легких.
— Со мной опасно связываться, Лисая. Но ты предпочла помочь, вместо того чтобы поступить правильно и спасти себя. Я погублю тебя, глупая мышка. Разорву связь и оставлю пустыню в твоей душе только потому, что в прошлом погорячился. Тебе нельзя оставаться рядом. Все очень запутано.
— Я вас не понимаю, — простонала я, теряясь в нашей близости и с трудом удерживаясь на плаву. Казалось, вот-вот утону в голубизне глаз мужчины. Сгорю от стыда и плавящих кожу прикосновений.
— Пообещай, что убежишь, — вновь зашептал он и наклонился ко мне. — Пообещай, что надежно спрячешься. Пообещай, что будешь помнить хоть что-нибудь хорошее обо мне.
— Вы так расстаетесь со мной?
Он остановился в опасной близости от моего лица и выдохнул в самые губы:
— Подари мне приятный момент, мышка.
— Это ведь как-то неправильно.
— Все в нашей жизни неправильно. Скажи, где ты видела мой знак Пары?