– Ты хочешь на Новый год свалить к своей тетке? И бросить меня одного? – горько усмехнулся я.
– Ну что ты, Денис! Ни в косм случае! Я тебя никогда не оставлю. Давай, съездим к ней вместе. Всего на несколько денечков, – молящим тоном попросила Ольга. – Ты ведь сможешь оторваться от своих дел хотя бы на праздники?
– Я-то смогу. А вот как ты со своим «Эскулапом»?
– Договорюсь без проблем, – с энтузиазмом заверила меня Ольга. Мне бросилось в глаза, как она обрадовалась тому, что я сразу не отрезал: «Нет, никуда не поедем!» – Пару дней они мне дадут. А все остальное – это же праздники и выходные.
– И что нам в этом Пятигорске делать? Сейчас не сезон. Там слякотно и мерзко. Пожалуй, противнее, чем у нас в Питере. Давай все отложим до лета…
– Ну, Денис! Ну, на пару деньков!
– …А летом проведем в гостях у твоей тети Тамары не пару дней, а целый месяц.
– Летом съездим еще, – по-простому заявила мне Ольга. – А сейчас… Денис! Ну, пожалуйста! – Она выскочила из-за стола и, не дав мне спокойно доесть, перебралась ко мне на колени. – Любимый, сделай своей красавице такой подарок к Новому году!
– «Красавица!» – расхохотался я. – Ты от скромности не умрешь.
– А что, скажешь, что не красавица? – недовольно заерзала Ольга у меня на коленях.
– Нет, не скажу, – ткнулся я губами ей в щеку. – Ты просто супер. Ладно, Царевна-лягушка. Завтра прикину, что там на праздники у меня будет со временем. Если выкрою дня три-четыре, то слетаем в твой Пятигорск.
«И почему бы, действительно, ни проветриться, – подумал я. – Хоть и не в сезон, но все же смотаться на юг, попить домашнего вина и минеральной водички, посмотреть на новое место. Может быть, с этой поездкой Ольга совсем даже недурно придумала».
– Так, Денис, ты мне обещаешь? Мне договариваться на работе? Покупать билеты на самолет? – Воодушевленная тем, что не встретила с моей стороны никаких возражений против ее сумасбродной идеи прокатиться в какой-то там Пятигорск, Ольга вся аж затряслась от возбуждения, была готова прямо сейчас, ночью, пока я не передумал, броситься к телефону заказывать билеты.
– Я пока ничего не могу обещать, – остудил я чуть-чуть ее пыл. – Завтра, быть может, уже что-то отвечу конкретно. И то не наверняка. Так что не тешь себя большими иллюзиями. Но на работе, конечно, договорись. Предварительно.
– Значит, завтра? О'кей! – Ольга крепко обхватила меня за шею и, чуть не свернув мне набок башку, принялась жадно мусолить мне губы. – Я тебя очень люблю.
– Я тоже, – с трудом сумел пискнуть я.
Мне было приятно видеть эту красавицу снова такой, как и прежде, – в прекраснейшем настроении. Активную и разговорчивую. Пусть немного взбалмошную, пусть слишком любвеобильную. Но зато совсем не ту помирающую на ходу молчаливую развалюху, какой она была в воскресенье и сегодняшним утром. Я был искренне рад, что Ольга пришла в себя, оправилась от недуга. И решил, что костьми лягу, пересрусь со смотрящим, но выбью себе несколько свободных дней для поездки к тете Тамаре. Почему бы ни осчастливить любимую девушку, если сделать это я в состоянии.
Впрочем, препятствий со стороны Стилета я не встретил. Наоборот, он даже удивился, что спрашиваю его о том, можно ли мне свалить на праздники из Петербурга.
– Следующий раз ты будешь просить у меня разрешения сходить на дальняк? – хмыкнул он. – Денис, по-моему, это твое личное дело, куда ехать и с кем.
– Просто я думал, а вдруг, пока меня нет в городе, появится какое-нибудь неотложное дело.
– Да брось ты! Какие могут быть дела в Новый год? На крайняк всегда есть кем тебя заменить. Так что, не менжуйся, братан. Катись куда хочешь. – Смотрящий открыл записную книжку и посмотрел календарь. – До восьмого числа. До понедельника.
– Лады. Я буду здесь даже раньше, – пообещал я и поспешил отзвониться Ольге, сообщить радостную весть. – Мы едем! Со своими делами я все уладил. Как у тебя в «Эскулапе»?
– Отлично! – Ольгин голос звенел от радости. – Денис, милый, я тебя обожаю! Ты просто лапка! Так я заказываю билеты? На тридцать первое. Вылет в четыре часа.
– Вечера?
– Ну не утра же! – веселилась Ольга.
– Это мы будем в Минводах… – задумался я.
– В семь часов. А оттуда до Пятигорска километров двадцать пять-тридцать. Так что, к Новому году мы вполне успеваем. Так я покупаю билеты? И звоню тетке?
– Звони. Покупай, – сказал я и подумал, что теперь отпадает проблема с приобретением елочных украшений, с выковыриванием из паласа иголок. Вот только будет ли настоящая, а не искусственная, елка у этой тети Тамары из Пятигорска? Я очень надеялся, что будет. Ведь я мечтал об этом целых четыре года.
Глава 14НЕ ВСЕ ЖЕНЩИНЫ ОДИНАКОВО ПОЛЕЗНЫ
31 декабря в 16–00 Ту-134 взял разбег по взлетной полосе аэропорта Пулково и лег на курс на Минеральные Воды. Пассажиров оказалось на удивление много, почти все места были заняты. Я даже представить себе не мог, что кроме нас найдется еще столько легких на подъем идиотов, которые, вместо того, чтобы украшать елку, затариваться шампанским и готовиться к встрече нового года, не прочь влезть в самолет и лететь черт знает куда.
Ольга устроилась у окошка и искренне сокрушалась о том, что из-за туч не видно земли. Еще накануне она призналась мне, что впервые в жизни ей предстоит лететь на самолете, и ее слегка коматозит в предвкушении того, как мы загремим с высоты в девять тысяч метров. Перед выходом из дома Ольга, к моему удивлению, лихо влила в себя две трети бутылки клубничной наливки, после чего никакой аэрофобии у нее не наблюдалось и близко. Пьяненькая медсестра из «Эскулапа» без умолку трепала заплетающимся языком и несла какую-то околесицу, напрочь забыв про то, что ей предстоит погибнуть в авиакатастрофе. Наблюдать за ней было мне по приколу.
– Девушка, – приставала она к голубоглазой хорошенькой стюардессе. – А в Минводах сегодня точно летная погода? Там нет обледенения полосы? Нас не посадят в какой-нибудь Махачкале?
– Не беспокойтесь, – ослепительно улыбалась в ответ стюардесса. – Мы приземлимся в Минводах по расписанию.
– О'кей! А вы будете встречать новый год в небе? Стюардесса хихикала. Я сокрушенно качал головой:
– Извините. Она начала праздновать уже утром. Оля, не приставай к девушке.
– О'кей. Я не буду. Только принесите нам бутылку шампанского. – И тут же, потеряв интерес к стюардессе, Ольга поворачивалась ко мне и жаловалась: – Ни хрена не видно в это гребаное окно. Вот теперь и скучай три часа. Надо было взять с собой плеер. Или какую-нибудь книжку.
«Которую ты бы читала, закрыв один глаз, чтобы не двоились буквы», – злорадно подумал я, откинул спинку кресла и попробовал задремать.
Выйдя с Ольгой из самолета в Минеральных Водах, я бросил рассеянный взгляд на белую «Волгу», подкатившую к самому трапу, безразлично подумал: «Кого-то встречают. Одним с нами рейсом летела какая-то шишка». Переложил в другую руку тяжелую сумку с вещами, которую, чтобы не терять время после посадки, мы не стали сдавать в багаж, и ступил с трапа на твердую землю. Ольга немного отстала. Я остановился и обернулся посмотреть, чего она не торопится…
Дальше события развивались настолько стремительно и неожиданно, что первые несколько секунд я отказывался поверить, что это происходит со мной наяву.
Как ко мне подошли со спины двое ментовских спецназовцев, я не заметил. А через мгновение валялся, уткнувшись рылом в асфальт, с заломленными за спину руками. У меня на запястьях в этот момент защелкивали наручники.
Я все еще полностью не осознал, что это не ночной кошмар и не какое-то дурацкое недоразумение. Лежал, раскорячившись, и мечтал поскорее проснуться, пока меня ощутимо ни ткнули по почкам и не приказали:
– Разин, подъем!
– 3-зараза! – прошипел я и с трудом встал на колени.
Рядом со мной валялась наша дорожная сумка. Я посмотрел на нее и вздрогнул: «А что с Олей?! Неужели и ее тоже?!!» Поднял голову и, мечтая увидеть свою принцессу, не скованную браслетами, взглядом затравленного волка обвел толпу пассажиров, только что спустившихся по трапу на землю. Яркие куртки, теплые дубленки, чемоданы и сумки. И лица… Бледные, немного размытые пятна уставившихся на меня физиономий. Отображающих целую гамму эмоций. Здесь и восторг, и брезгливость. Сочувствие и злорадство. Страх и кровожадный азарт буйного психа, готового, если позволят, тут же броситься на беспомощную, скованную наручниками жертву, растерзать ее, не способную ответить, дать сдачи, размазать ее по асфальту.
Кто-то остановился, с нескрываемым интересом наблюдая за столь редким и необычным зрелищем, как захват мусорами преступника. Кто-то, наоборот, спешил убраться подальше.
– Вставай, сказано! Ты не понял?! – Меня грубо схватили сзади за шиворот, резко дернули вверх. Отлетела пуговица, пальто капюшоном задралось мне на голову.
И в этот момент я увидел Ольгу. Она вывернула из-за широкой спины дюжего мужика, наслаждавшегося разыгранной, будто в кино, у него на глазах красочной сценой, и уверенно направилась ко мне.
«Пьяная дура! – вздрогнул я. – Куда лезет? Спалится! Если по какой-то счастливой случайности мусора сейчас обделили ее вниманием, то теперь точно повяжут. Ко мне до комплекта. Это верняк!»
Но я ошибся. К моему удивлению, никто к Ольге не подошел, никто не сказал ей ни слова, когда она остановилась напротив меня и прошептала:
– Костя, прости меня, если сможешь, но так было надо. Ты обманывал меня, я обманывала тебя – такова жизнь… Прости, пожалуйста, – еще раз повторила она, наклонилась и с трудом подняла нашу тяжеленную сумку.
Меня аж всего передернуло от ее слов. По неожиданности то, как я сейчас был захвачен ментами, не шло ни в какое сравнение с тем признанием, что я только что услышал от Ольги. Слепой идиот! Упертый осел! Знаток человеческих душ, который упорно не желал прислушаться к своему внутреннему голосу, который буквально надрывался, пытаясь предупредить: «Осторожнее с этой овцой. Проверь ее тщательно со всех сторон, прежде чем завязывать с ней роман. Она может оказаться ментовской стукачкой. И спалит тебя!..» Вот и спалила!