Помянув Хронга, Тая пришпорила кочана и метнулась к месту прорыва, увлекая за собой сотню королевских стражников.
Данила нецензурно выругался, крутанул триплексами, оглядываясь (экраны опять рябили до невозможности). Увидел, что его сотня охраны и Смит остались на месте.
— Чего стоите?! — гаркнул на стражников. — Фрад, забирай остальных и быстро за королевой! Знаменосец со мной!
Повторять дважды не пришлось. Фредерик, похоже, только того и ждал. Выхватил меч и ринулся в атаку. Стражники умчались за ним. На вершине холма остался один знаменосец. Он, извините, и самому пригодится. Ведь по совместительству этот парень еще и горнист. Кто же, кроме него, сигнал подаст? Да и нечего королевскую особу ее же штандартом демаскировать. Глядишь и пронесет.
С замиранием сердца Крючков смотрел, как стражники, ведомые Таей, заткнули собою брешь, как воспряли отчаявшиеся бароны, а за ними и солдаты, заметив королеву, и с удвоенной силой навалились на врага. Возле миниатюрной фигурки Таяны мелькнул плечистый Гроган. А вон, кажется, и Фредерик подоспел, встав с другой стороны.
Эх, жаль триплексы не приближают.
Прорыв ликвидировали, продолжая организованно отступать. Еще немного, и можно трубить атаку.
Каждый удар сердца отсчитывал секунды, с течением которых Тая подвергалась все большей опасности. В любой момент враги могут понять, кто с ними сражается и какой им выпал шанс одним решительным натиском обезглавить целую армию.
Ну же, еще чуть-чуть.
Нет, хватит ждать! Катись оно все к чертям собачьим!
— Давай сигнал!!!
Протяжный звук рога настиг Крючкова уже подбегающим к потрепанному правому флангу.
Тая где-то впереди, в самой гуще сражения. Там, где молнии сплетаются в замысловатый узорчатый клубок. Твою ж дивизию!.. Лишь бы с ней все было в порядке.
С разбега Данила сильно оттолкнулся от земли, пролетел высоко над головами своих солдат и начал опускаться, уже миновав передние ряды неприятеля. Опоры «Витязя» ударили в середину строя, опрокинув и подмяв под себя несколько наездников.
Это ничуть не обескуражило вражеских солдат. Они сразу набросились на диковинное, никогда не виданное прежде создание. Может, и знали, что перед ними тот, кого называют Безликим, но не верили, что это бог. Чего тогда церемониться? В копья его!
Меч уже в «руке». Устрашающие размеры оружия кое-кого заставили отшатнуться. Но не всех.
По броне гулко загремело. Одна за другой в корпус БМД ударили две молнии, скатились по экранированному корпусу и ушли в землю.
Где-то поблизости лорды. Надо найти!
Данила широко махнул длинным мечом, чувствуя легкое сопротивление каждый раз, когда клинок вгрызался в чьи-то доспехи, проходил сквозь них и, не задерживаясь, летел дальше, к следующей жертве. Почти с одинаковой легкостью он резал и железо, и мясо с костями! Что за чудо выковал Пуран!
На землю валились куски изрубленных тел, вмиг освобождая пространство на всю длину лезвия. Еще взмах — в другую сторону, — и там тоже пусто.
Удары по броне прекратились. Зато молнии забили чаще.
А, вот и славные бароны под своими знаменами. Как легко их вычислять по этим цветастым тряпкам. Идите сюда, ваши светлости!
Короткий прыжок, удар. Вместе с лордами упокоились и знаменосцы, выронив из онемевших пальцев перерубленные древки.
Теперь враги шарахались от Данилы, словно черти от ладана. Возникла паника, за ней давка. Солдаты разворачивали кочанов и бросались наутек в стремлении оказаться как можно дальше от грозного монстра с чудовищным оружием.
Но в спину Вейсам уже летел Берт, нещадно кромсая почти не сопротивляющегося противника.
Крючков осмотрелся, нашел Таю в плотном кольце королевских стражников и уцелевших правофланговых солдат. Слава богу, она в безопасности. И знаменосец при ней. Молодец парень, не растерялся, понял куда идти.
Ну-с, пора тут закругляться.
Размахивая мечом, Данила пошел сквозь строй Вейсов, прокладывая себе путь к их второй коробке, связанной боем на левом фланге…
«…Разил Он врагов мечом своим волшебным, от единого удара которого замертво падали целые сотни. И дрогнул враг, и побежал, хоть числом был много большим, нежели привел за собою Безликий.
Но кара Его настигала их до тех пор, пока не оказались уцелевшие из Вейсов на земле своей. И осталось их несоизмеримо мало.
Огляделись тогда спасшиеся и рекли:
— Не ступит боле нога Вейса на землю Куалорна, покуда Безликий там правит…»
Глава 20. Цена власти
Невидимые стражники у входа в палатку распахнули полог.
В треугольный проем стремительно ворвался Прив-Лабер, король Приворна. Не мешкая, шагнул к Раднуку, который удобно лежал на ворохе шкур и теперь садился, едва успев нацепить повседневную серую маску. Король резко встал перед ним на расстоянии вытянутой руки. Плащ цвета безоблачного синего неба метнулся вперед, пытаясь охватить тощее тело, но снова скрылся за спиной, нервно покачиваясь из стороны в сторону.
— Ты что обещал, старик? — с нескрываемой злостью прошипел вошедший. — Страну, раздираемую междоусобицей? Восставших баронов, чьи латники с радостью примкнут ко мне? Простолюдинов, отринувших Безликого и готовых принять любую веру? Где все это? Отвечай!
Вытянутое, похожее на клюв забрало угрожающе приблизилось к бывшему кардиналу. Король навис над Раднуком, будто хищная птица, готовая в любой момент разорвать добычу. Плащ заскользил по латам, снова появляясь из-за спины, придав королю еще большую схожесть с пернатым хищником, расправляющим крылья.
Раднук постарался говорить спокойно, ничем не выдавая своего раздражения:
— Если бы ты, Ваше Величество, не выжидал «благоприятного момента», а сразу двинулся на Куалорн в день и час, о котором я говорил, мы бы давно праздновали победу в королевском замке, а не торчали бы на полпути к столице.
Этот осторожный сын кочана еще смеет претензии предъявлять!
Сам во всем виноват. Было же сказано, нужно действовать сообща. Нет, ему, видите ли, приспичило подождать, когда бароны Куалорна окончательно перегрызутся между собой в борьбе за опустевший трон. Хотел пройти по стране парадным маршем, без боя? Сберечь солдат? Глупый кочанов щенок!
Прив-Лабер выпрямился, скрестив руки на груди.
— А кто, позволь спросить, обещал расправиться с королевским семейством?
— Анари мертв…
— Да. Но его дочь жива. И не просто жива. Еще и мужем успела обзавестись, который называет себя не либо кем, а Безликим. И ему верят! По твоей милости, между прочим. Ведь именно ты предложил этот идиотский план со свадьбой.
— Кто же мог знать, что безмозглая статуя вдруг оживет. Она уже много лет стояла мертвее мертвого.
На душе Раднука было гадко, как в пасти кочана. Первосвященник, всегда просчитывающий свои действия на сто шагов вперед, привыкший отдавать приказы и строго спрашивать с подчиненных за их ненадлежащее исполнение, вынужден оправдываться! В том числе перед самим собой.
В который раз он корил себя за то, что не придал большого значения странному случаю с «Книгой Откровений». Сперва надо было провести доскональную проверку, все тщательно взвесить и лишь потом претворять в жизнь давно лелеемый план.
Что толку теперь сожалеть? Сделанного не воротишь.
— Гололицые, — сквозь зубы процедил бывший кардинал. — Уверен, без них тут не обошлось. Это они всучили Куалам свое гнилое отродье — статую бога.
Король громко хмыкнул.
— Замечательно! Теперь еще выясняется, что и гололицые вмешались, чего, как ты меня уверял, не произойдет. В итоге живой Безликий и его воскресшая женушка сумели собрать армию, разбили Вейсов и сейчас движутся мне навстречу. Это, по-твоему, победоносная война?!
На последней фразе Лабер сорвался на истерический крик, снова опасно приблизив маску.
Раднук презрительно скривил рот. Что за визгливый кочан. Ему победу, можно сказать, на праздничном блюде преподнесли. Жри, не хочу. Всю грязную работу кардинал провернул практически сам. Слишком прямолинейный, ничего не смыслящий в интригах король Приворна палец о палец не ударил, чтобы раскачать трон под Куалами. Явился на все готовенькое. Ему оставалось-то всего-ничего, идти к столице. А там…
Там уж Раднук развернулся бы в полную силу.
Бывший первосвященник давно мечтал о королевском троне. С самого детства грезил абсолютной властью над людьми, чтобы никто не мог им потакать, чтобы ни перед кем не приходилось преклонять колени, держать ответ за свои поступки и лишний раз доказывать, что ты не тупорогий бутун.
Родился он в баронстве Крес на самой границе с Лемисорном.
Мальчику посчастливилось появиться в семье местного лорда. Но какой, скажите, от этого прок, если ты уже четвертый сын в роду? Что тебе перепадет в наследство после трех старших братьев? Ледяной, продуваемый всеми ветрами замок, фамильное гнездо Кресов, достанется самому старшему. Остальные будут у него на побегушках. Поделят между собой участки границы и примутся их сторожить, высылая туда патрули. И так изо дня в день, из ночи в ночь.
Ладно бы сосед был враждебный, тогда есть шанс отличиться в пограничных конфликтах и стычках с нарушителями, завоевать славу, продвинуться по службе и в будущем, возможно, войти в королевскую свиту. Если, конечно, выживешь. Так нет же, у Куалов с Лемисами дружба навек. А попробуй с ними не дружи. Эти поклонники Хронга презирают саму смерть. Бесстрашны в бою до безумия и рубаки, каких поискать. Их все соседи боятся. Сойтись в драке с «черными плащами» равносильно самоубийству.
По всему выходило, враг по ту сторону или друг, Раднуку на границе делать нечего. Скучное, однообразное прозябание в бесполезном несении службы на никому не нужном клочке замерзшей земли не для него. А лишаться головы в первом же бою он не собирался. Слишком высоко ее ценил.
Юноша считал себя чрезвычайно умным. Гораздо умнее своих братьев и старого служаки-отца. Потому не взял из семьи ничего, кроме родового имени, пары любимых книг, которые читал запоем, и отправился в столицу в поисках счастья. Именно там, по его мнению, сплетались все нити власти, за которые он так мечтал ухватиться.