Чувствуя, что здравый смысл летит ко всем чертям, Данила мысленно помахал ему ручкой и отдался дикому желанию обладать прекраснейшей женщиной на планете, не думая больше ни о чем.
Он был на седьмом небе от счастья.
Детали не отложились в голове. Помнил только, что разница в росте нисколько не была помехой. Даже, наоборот, радовался, что можно не наклоняясь целовать очаровательную грудь подруги. И воду из ванны наполовину расплескали. Пришлось потом сушить промокший до нитки камуфляж.
— Что с тобой, Крючков? — Мацкевич с подозрительным прищуром смотрел с экрана.
— В смысле?
— В прямом. Я спрашиваю, что не так, потому что вижу глупую непотухающую улыбочку на твоем лице. И это, подумать только, после того, как рассказал ему о движении двух неприятельских армий навстречу друг другу. А тут еще узнаю про скрытый заслон за мостом. В его войске в придачу ко всему разброд и шатание. Таки ничего смешного нет. И в чем же дело, я вас спрашиваю?
— Все нормально, Арон Моисеевич. Просто вспомнил тут о своем…
— Никакого «твоего», молодой человек, не будет, если проиграешь. Сам вызвался, заварил кашу, вот и расхлебывай, не расслабляйся. Повтори план действий.
Вздохнув, Данила монотонно забубнил:
— Как можно скорее разбить заслон и переправиться. Ускоренным маршем догнать Привов, навязать сражение, с ходу атаковать всеми силами… Ладно, догоним. А справимся ли? У меня люди на последнем издыхании.
— Сам виноват. Кто войско до этого довел?
— Если они всегда так воюют, я-то что поделаю?
— Ты же, на минуточку, бог. Высший, непререкаемый авторитет. Стукнул кулаком по столу, и все.
— Ага, и сразу весь авторитет улетучился. Нет, это не метод. Они веками соблюдают свои традиции. Привыкли. Что-то менять время надо. Много времени.
Мацкевич нахмурился, но спорить не стал. Понимает, что Данила прав.
— Ну, на этот счет мы с тобой потом потолкуем. А пока… Что делаешь после боя с Привами?
— Отвожу армию к столице, избегая столкновения с Эльтами.
— Правильно, силы копишь. Только армию прекрати спаивать. Подкинь этот дрянной обоз Эльтам на потеху. Пусть лучше они спиваются. А тебе и оторваться проще налегке.
— У Эльтов тоже обоз есть.
— Вот и хорошо. Удвоят дозу алкоголя. Это нам только на руку.
Крючкова разобрал смех:
— Утроят… Если разобьем войско Приворна, там тоже будет свой обоз.
Глава 23. Погоня
Последние отстающие подтянулись, когда Крючков уже растолковал Грогану, что и как нужно делать, и тот носился вдоль строя, выкрикивая команды.
Наскоро состряпанный план заключался в следующем. Войско спокойно идет к мосту, делая вид, что собирается тихо и мирно его пересечь. В это время арбалетчики выстраиваются вдоль берега. Обычная тактика прикрытия. Но им предстоит начать атаку, обстреляв несколькими залпами то место, где прячется засада.
Полог невидимости — не силовой щит, от стрел не спасет. Противник не может использовать одновременно и то и другое. Два магических образования в одной точке пространства, как пояснила Тая, попросту нейтрализуют друг друга. Выставлять защиту враг, похоже, не собирался. Планировал нанести мощный неожиданный удар из-под маскирующей завесы.
Что ж, кто предупрежден, тот вооружен.
Баронам тоже досталась работенка не из легких. Одни будут прикрывать силовым полем не только войско, но и мост, чтобы враг его не разрушил. Другим предстоит непрерывно лупить по заслону всеми убойными заклятиями, что имеются в их арсенале, не давая Привам опомниться.
На себя Данила взял роль основной ударной силы. Отойдя подальше от моста, погрузил «Витязя» в реку и под водой перебрался на противоположный берег. Целую армию так запросто не переправишь. Везде глубоко, русло широкое. Ближайший брод где-то на севере, у черта на куличках. Завязли бы здесь надолго. А для десантного модуля плевое дело. Пять минут, и ты уже заходишь в тыл ничего не подозревающему противнику…
Заменить невидимый полог щитом враг додумался не сразу, приняв, похоже, первые попадания стрел за чистую случайность, а подозрительно точный залп арбалетчиков за дежурный выстрел наудачу. Лишь когда свистящий рой повторно врезался в шеренги солдат, а вслед за ним туда же ударили молнии, Привы опомнились и начали действовать.
Подбегая к месту схватки, Данила уже видел ничем не прикрытые спины вражеских латников. Они стояли плотным строем, ровной дугой охватив оконечность моста, на который с того берега входили передовые отряды Куалорна.
Арбалетчики больше не вели обстрел, но были наготове.
Примерно посередине между армиями висело светящееся марево. В него с громким треском впивались разряды молний, посылаемые баронами Таяны. Разлетаясь, обтекали Привов тонкими нитями и тухли, не причиняя им вреда.
Понятное дело — щит. Но почему он движется?
Барьер медленно приближался к наступающим, хотя враг стоял на месте. Выходит, силовое поле Куалов теснят? Пытаются взять под контроль мост?
Крючков припустил быстрее. По развевающимся флагам легко смог определить, что все бароны собрались в центре, внутри дуги. Оттуда и тянулись нечеткие, мутные нити к внутренней части защитного купола.
Вот и задний ряд латников. К черту. Главная цель сейчас не они. Надо покончить с магической мощью заслона.
Выхватив меч, Данила прыгнул, что было сил, перемахнув через головы нескольких шеренг, и приземлился рядом с лордами.
Пять голубых знамен. Пять высоких баронов, занятых плетением чар.
На появление чудовищной машины обратили внимание лишь знаменосцы. Но и те не успели ничего сделать.
Несколько взмахов огромным клинком. Флаги повержены, десять перерубленных тел валятся на землю.
Выстроенные дугой солдаты ошеломленно замерли, глядя на невиданного доселе голема, который только что с невероятной легкостью расправился с их сюзеренами. Было с чего опешить. Убиты сильнейшие маги отряда. Без них дальнейший бой теряет всякий смысл.
Толпа закованных в броню всадников проносится мимо. Люди на кочанах заполняют все свободное пространство. Становится тесно.
А с моста на берег сходят и сходят солдаты.
— Во имя Безликого! — ревут десятки тысяч глоток…
Несмотря на первые успехи, заслон одолели не сразу.
Даже потеря командиров не заставила врага дрогнуть. Привы продолжали стойко держать строй и сражались до конца.
Еще дважды Даниле пришлось влезать в драку, расчищая путь там, где вязли его бойцы. Похоже, похмелье все-таки повлияло на боеспособность войска. Не пили бы столько, глядишь, быстрее бы справились. Ладно, хоть боевой задор не растеряли.
В общем, форсирование реки слегка затянулось.
Чтобы нагнать упущенное время, Крючков не дал своим воинам ни часа на передышку. Пришлось, правда, осадить недовольно ворчащих лордов. Просто напомнил им:
— Забыли, что любое промедление грозит нам смертью?
Бароны косились на Таяну, ожидая, что скажет она, но королева хранила глубокомысленное молчание.
Больше никто не пререкался.
Гроган спокойно построил войско и повел по хорошо видному следу, проложенному в густой траве армией Приворна.
Погоня. Что может быть хуже? Разве только долгое, томительное ожидание.
Может ли одна армия догнать другую, если обе несутся вскачь примерно с одинаковой скоростью? Либо догонит, затратив на это кучу сил и времени, либо никогда. Что в первом случае, что во втором Куалы в явном проигрыше…
Если, конечно, не найти способ передвигаться быстрее.
Смит уже проделывал такое, когда вел подкрепление. Вооруженный его передовым опытом, Данила тоже решил избавиться от обоза. К реке выступили одни лишь солдаты во главе с баронами. Обозникам же было приказано сворачиваться и уходить к столице.
Вопреки совету Мацкевича, оставлять войсковое хозяйство врагу Крючков не собирался. Посчитал, что Привам и двух обозов за глаза хватит. Да и солдатики свои могут неправильно понять. Чего доброго хай поднимут.
Хотел с обозниками отправить и Таю, но ее разве переубедишь.
— Предлагаешь мне сбежать? — вспылила королева. — Бросить армию?
— А я на что? Здесь и одной коронованной особы достаточно. Поезжай, а?
— Нет! Куда ты, туда и я!
— Да пойми же, дурочка, тебя могут захватить в плен, покалечить… Убить, в конце концов! Кто будет Куалорном управлять?
Она смешно надула губки, став похожей на капризную девчонку.
— С тобой, между прочим, тоже всякое может случиться.
— Вот именно. Если не будет короля, останется королева. Ты должна выжить.
В глазах Таи блеснули слезы. Хриплым полушепотом, словно с трудом преодолевала спазм, она тихо произнесла:
— Зачем жить… без тебя?
У Крючкова вдруг запершило в горле.
— Брось, — постарался говорить беззаботно, подпустив чуток веселья в голос для пущей убедительности. — Что со мной сделается? У меня же броня. Вон какая! — похлопал рукой по корпусу БМД.
Печально покачав головой, Тая вздохнула.
— Это всего лишь латы. Бездушное железо. Ни один доспех не идеален. Сомнут его, погибнет и воин. Ведь человек, он из плоти и крови… И ты тоже…
Следы долго тянулись вдоль берега. Все время на север, где на горизонте маячили далекие горные вершины. Не знай Крючков наверняка, сколько до них топать, подумал бы, что хватит и одного дневного перехода. Поэтому немало удивился, когда ближе к вечеру армия вышла к подножию скал.
— Отроги, о которых я говорил, — подал голос Фредерик.
Два отрога создавали узкий проход не более пятидесяти метров шириной. Ущелье тянулось далеко на северо-запад, теряясь где-то в предгорьях. Название говорило само за себя — Кочанова Глотка. Звучит зловеще, учитывая, что это едва ли не самое страшное ругательство фростиан.
Судя по следам, Привы направились именно туда.
— Дрянное местечко, — ворчал Гроган, с опаской поглядывая на изломы стен скалистого коридора.