Одинокий учитель был категорически против отправки МарТина в интернат и хотел спрятать его у себя до окончания военных действий и выяснения всех нюансов. Но шальная пуля остановила биение доброго сердца наивного долговязого чеченского учителя английского языка. Не добежав до дома Александры Петровны каких-то тридцать шагов, он мгновенно остановился, изогнулся, как ветка на жарком огне, и упал, уронив наземь блокнот с молитвой «Символ веры»…
Послышался гул летевшего на низком расстоянии от земли военного самолета, он сбросил бомбу в микрорайоне Отрежка. Сильный взрыв со звуковой волной тряхнул весь городок. Пронзительно завыла сирена — воздушная тревога: людей оповещали о начале бомбардировки Безславинска.
Во двор дома резко зашли «донецкие корреспонденты». Их неожиданное появление испугало МарТина, он перестал кричать и выть. Оба были в касках и голубых бронежилетах, укомплектованных защитным воротом и паховой бронепанелью, на груди горела белая надпись «PRESS». Не знали наивные агенты, что украинские снайперы особенное предпочтение по отстреливанию противника отдают именно вот таким людям в касках с надписью «PRESS» и с фото-видеотехникой вместо оружия. Затихла и стрельба.
— Здравствуй, молодой человек! — на чистом английском заговорил Олежа Валерич, и МарТин кивнул в ответ. Незнакомцы окружили его, встав таким образом, что МарТину некуда было деться.
— Я знаю про твоё горе и готов тебе помочь, — продолжил Олежа Валерич вкрадчивым «материнским» голосом профессионального психотерапевта. — Скажу больше, я могу помочь не только тебе, но и твоим близким.
— А Энни? Энни вы можете помочь? — с надеждой спросил МарТин.
— Безусловно!
МарТин искренне обрадовался и подумал: «Началось! Ведь это же настоящее чудо, что появился дяденька, говорящий по-английски и готовый помочь Энни! Значит, я могу творить чудеса!»
— Тебя как зовут?
— МарТин.
— Меня зовут Фрэнк Баум.
— Так же, как американского писателя? — удивился МарТин.
— Да. Того, который написал сказку «Удивительный Волшебник из Страны Оз». И он был моим прапрадедушкой, — не поведя бровью, начал завоевывать доверие ласковый Олежа Валерич. — Но это не главное. Главное, что я хочу помочь тебе. Понимаешь?
— Понимаю.
— Тогда смотри мне прямо в глаза — это важно для тебя, будь внимателен, сосредоточься. Итак, главное — это моя миссия помогать людям. Сейчас в помощи нуждаешься ты и твои близкие. Я дам тебе особый прибор, с помощью которого ты сможешь изменить реальность, и всё пойдёт так, как ты пожелаешь. Как в сказке.
— Такое разве бывает? — ещё больше удивился МарТин.
— Такое есть. Но единственный недостаток прибора заключается в том, что использовать его можно только после захода солнца и только один раз. Понимаешь?
— Конечно! — обрадовался МарТин, в глазах которого загорелась надежда. Олежа Валерич достал из рюкзака продолговатую подарочную коробку, затем извлек из неё прибор с красной кнопкой.
— Значит, тебе, МарТин, нужно будет сказать своё желание и нажать на эту кнопку. Ты же ведь запомнил, когда можно нажимать кнопку?
— После захода солнца.
— Молодец. Мы тебе верим, — деланно добрым, вкрадчивым голосом волшебника говорил «писатель-сказочник», убирая прибор обратно в коробку, — не подведи нас, МарТин.
— Я сделаю всё как надо! Обещаю! А вы тоже пишите книги? Сказки? Ну, как ваш дедушка…
— Ты любишь сказки, МарТин?
— Да. И моя любимая — «Стойкий оловянный солдатик»!
— Чудесно! Я тоже люблю эту сказку и её главного героя. Какое невероятное совпадение — теперь ты, как и оловянный солдатик, имеешь своё ружьё в виде этого прибора. Неси его гордо, никому не отдавай и докажи всем, что ты можешь сотворить чудо.
— Клянусь своей жизнью, я сделаю всё как надо!
— И ещё, МарТин, скажи, где твоя видеокамера?
— Она дома.
— Хорошо. Ты снимал меня и моего товарища во время свадьбы?
— Снимал.
— Ты покажешь нам эту видеозапись? Нам очень интересно, как у тебя получилось.
— Конечно, покажу. Я очень старался и заснял всех-всех, но в основном Энни.
— Прекрасно! Ты славный малый, МарТин!
В этот момент на служебной машине к дому учительницы подъехал участковый инспектор с сержантом-водителем, лицо которого напоминало печального Пьеро.
— Вот вас-то всех я и разыскиваю! — обрадовался старлей Ябунин при виде МарТина и «донецких корреспондентов». — Ну-ка, живо полезайте все в машину! Педики-медведики!
«Нестриженный пудель» напряг мышцы рук и с каменным выражением лица приготовился к чему-то непредсказуемому, но Олежа Валерич остановил его прищуренным взглядом и едва заметным движением руки.
Глава 30Все средства хороши
Несмотря на то, что машина пару раз останавливалась у группировавшихся в кучки ополченцев, а участковый инспектор спрашивал имена пострадавших после обстрела, добрались быстро.
Всю дорогу МарТин прижимал к груди коробку с прибором, и твердил, как заклинание, одно и то же: «Я сделаю всё как надо! Обещаю!», к сожалению или к счастью, участковый не понимал по-английски, иначе у него бы родилась масса разных дополнительных вопросов, кроме уже имеющихся, ко всей троице, сидевшей на заднем сиденье. «Донецкие корреспонденты» молчали, как статуи!
— Совсем монгол кукнулся, — констатировал Ябунин И. Г., вытаскивая МарТина из сине-белого жигуленка. — Этих вези в отдел, я позже подойду, и во всём разберемся.
«Лицо печального Пьеро» надавило на газ и оперативная машина скрылась за углом, увозя в своей утробе «сказочника» и «нестриженного пуделя», но отправились они не в отделение милиции и даже не в Страну Оз, а до первого безлюдного перекрестка, на котором Олежа Валерич отдал распоряжение и шея сержанта, как у курёнка, моментально оказалась переломлена сильными руками профессионального убийцы.
— «Хто хоче житии, той повинен боротися, а хто не захоче чинити опир у цьому свити вичной боротьби-той не заслуговує права на життя», — вдохновлено процитировав известнейшее высказывание Адольфа Гитлера, «нестриженный пудель» уселся за руль милицейской машины и взял курс на окрестности Отрежки.
Завладев табельным оружием милиционера, «корреспонденты» припарковали оперативный жигулёнок во дворе брошенного дома, труп сержанта скинули в колодец и быстрым шагом направились в сторону реки, где, перейдя её вброд, собирались покинуть Безславинск на долгое время, быть может, навсегда.
— Я так сподівався побачити тут російську військову техніку, а все виявилося вигадкою. Немає ні танків, ні БТРов, ні вертольотів, ні солдатів… Коротше, глава держави українського виявився плюгавеньким і паршивим брехунцем! — тихо констатировал «нестриженный пудель».
— Что ты надеялся увидеть? Российскую действующую армию?
— Він сказав, що тут воює ціла дивізія!
— Кто сказал?
— Дмитро Тимчук заявив офіційно, та і моє начальство запевняло мене в цьому. І представники НАТО підтверджували…
— Нашел кого слушать… Своей головы нет, что ли? Или у тебя весь ум в боевые единоборства уперся? Ты что, не знаешь, что дивизия — это две-три бригады? В каждой бригаде три с половиной тысячи солдат, до сорока танков Т-72 или Т-80, двадцать установок «Град», самоходные артиллерийские и зенитные установки, а суммарно в бригаде почти семьдесят чисто артиллерийских стволов калибра от ста миллиметров. Это не считая ПТУР и всяческих средств ПВО. Количество БМП и БТР сильно варьируется, но можно представить, что несколько тысяч вооруженных мужиков не пешком ходят, а ездят хотя бы на грузовиках. Вообрази себе эту колонну!
— Та ось і я думаю, що при тисячах космічних супутниках на орбітах, при технічних можливостях бачити з космосу сірникову коробку, просто смішні ці укропськие заяви. Челябінський метеорит світив всього декілька секунд, але його зняли на десятки пристроїв, — не на шутку разошелся здоровенный детина, словно в дезинформации обвиняли не украинское правительство и СМИ, а его лично. — Де фотки хоч би одного знищеного Т-90, де уламки літаків з червоними зірками на крилах? Ось і говорю, що немає тут жодної російської армії і техніки. А шкода…
— Ладно, черт с ними со всеми! — уставшим голосом сказал Олежа Валерич. — Пусть сами тут разбираются. Наша с тобой задача — побольше заработать на этом «донецком сафари»!
Пригнувшись, «Донецкие корреспонденты» бежали в сторону лесопосадки, в сторону российско-украинской границы, до которой был не один десяток километров. И это было так же естественно, как естественно было их стремление попасть в Безславинск, когда перед ними стояла цель выполнить секретное задание.
— А чому ти цьому дебилови про якийсь захид сонця говорив? — тихо спросил «нестриженный пудель».
— Просто хотел, чтобы у нас с тобой побольше времени было для исчезновения. Шеф сказал, что для активизации прибора потребуется три часа после нажатия кнопки, — женоподобно жестикулируя, так же тихо отвечал Олежа Валерич, обладавший исключительно обостренным инстинктом разведчика и отдававший предпочтение силовым методам. — Так вот, во-первых, я не очень-то доверяю технике и самому шефу, а во-вторых, боялся, что за это время не успеем удалиться на десять километров от точки активации.
— Хитрий ти лис!
— Что ты всё по-укрански балаболишь?
— Практикуюся! Раптом яке ще завдання на захидний Украини отримаємо.
Но ни Олежа Валерич, ни его спутник даже не подозревали, что, получив новое задание от своих шефов, уже через полгода вернутся на Украину, в Киев, с гуманитарной миссией, сопровождая огромную фуру с рождественскими подарками из Соединенных Штатов Америки, в состав которых будет входить сто розовых кроликов DurenBell.
Буквально за пару недель они распространят 99 приборов по агентурной сети, опутавшей всю страну.
И, конечно, Олежа Валерич не мог предположить, что накануне его возвращения в штаты, во время соблазнения им очередного харного украинского хлопца, «нестриженный пудель», употребивший лишнюю дозу кокаина, находясь на балконе соседнего номера гостиницы «Хренщатик», с громогласным криком на всю округу: «Супер, Україна в сраці!», преждевременно нажмёт красную кнопку последнего прибора «Duren-1», и тот сработает ровно через час…