Друзья изучили билеты и заметили кое-что важное, что упустил Кэш.
– Вход только от двадцати одного года, – сказал Тофер. – Нас туда никто не пустит.
– Ой, это ерунда, я чуть не забыл, – отозвался Кэш и вытащил из кармана четыре карточки. – Я достал для вас фальшивые удостоверения личности.
Кэш гордо продемонстрировал им карты, как выигрышную комбинацию в покере, но остальные оскорбились от одной мысли о том, чтобы использовать поддельные документы.
– Мы тебя одного всего на час оставили! Как ты успел достать и билеты, и удостоверения? – спросила Мо.
– Да у нас в «Чудо-ребятах» заведующий реквизитом родом из Сент-Луиса и сказал мне, к кому обратиться. – Кэш раздал им карточки. – Сегодня вы освободитесь от своих банальных даунер-гроувских личностей. Тофер станет Борисом, Джоуи – Хеми, Сэм – Катариной, а Мо будет Су Йонг. Видите? Не о чем волноваться!
– Не о чем? – возразил Сэм. – Кэш, это незаконнее некуда! Тебя могли за такое арестовать! И как бы мы тебя потом выкупали?
Актер фыркнул.
– Я тебя умоляю, если бы мне давали пятак за каждый раз, когда меня вот так «могли арестовать», я бы сам себя откуда угодно выкупил. Если боитесь, что поймают – не надо. Эти документы – премиум-класса, дубликаты из сент-луисского департамента автотранспорта. За каждый пришлось по тыщонке выложить. У парня их был целый чемодан, и я выбрал тех, кто больше всего был на вас похож.
– Похож, ага! – возмутилась Мо. – Эта девчонка на борца сумо тянет! А Су Йонг – даже не японское имя!
– Слушай, мы благодарны, что ты из-за нас так заморочился, но это уже перебор, – сказал Тофер. – К тому же мы собирались посмотреть закат с Ворот Запада. Ради концерта неохота пропускать такое.
Кэш разочаровался до глубины души. Они хотели вернуть ему документы, но он не взял.
– Вы худшие на свете подростки, – заявил он. – Вот вам новость: солнце и Ворота Запада никуда не денутся, а ваша молодость промчится мимо, как такси в плохом районе. И, между прочим, вся ее суть именно в том, чтобы использовать фальшивые права и тайком пробираться на концерты. Ну повеселитесь вы хоть немножко, пока еще можете!
Тофер, Джоуи, Сэм и Мо одновременно вздохнули. Возможные последствия пугали их, но повеселиться хотелось.
– Ну, наверное, всего разок покуролесить не так уж и страшно, – протянул Сэм.
– И мы хотели запомнить эту поездку, – сказал Джоуи.
– Со стратегической точки зрения удача на нашей стороне, – добавил Тофер. – Полагаю, вероятность того, что нас поймают на первом же нарушении правил, очень мала.
– Ладно, согласна, – решила Мо. – Но если нас поймают, я скажу полиции, что ты нас заставил под дулом пистолета.
Кэш нетерпеливо потер руки.
– Значит, договорились, – сказал он. – А теперь пойдемте-ка отсюда поскорей, клянусь, эта Сакагавея мне только что подмигнула.
Четверо авантюристов вышли из музея в таком волнении, будто собрались грабить банк. Они залезли в микроавтобус, и Кэш принялся объяснять Тоферу, как добраться до концертной площадки. Оказалась она гораздо дальше, чем он рассказывал, и в очень сомнительной части города. На всех домах были оконные решетки и граффити, а на каждом проводе висели ботинки.
– Вот! – воскликнул Кэш.
Он указал на большой склад с баннером, на котором разномастным шрифтом было написано «АБОРТ РОЗМАРИ – ВСЕГО ОДНА НОЧЬ». У дверей уже выстроилась длинная очередь. Посетители были в коже, шипованных ошейниках и цепях, с пирсингами и татуировками.
Джоуи сглотнул.
– Любопытная публика, – сказал он.
– Не боишься, что тебя тут узнают? – спросил Сэм Кэша.
– Да нет, – ответил тот. – Они не сильно похожи на тех, кто стал бы смотреть сериал про путешествующий во времени биотуалет. Думаю, прокатит.
– Похожи на тех пришельцев из седьмого сезона «Чудо-ребят», – сказала Мо. – Помните? Когда биотуалет прилетел на планету Доминакситрон?
– Забудешь такое, – сказал Кэш. – Это была первая серия, в которой мне пришлось снять рубашку. Я три недели до съемок жил на одном батате и круглосуточно качал пресс. До сих пор от запаха сладкого картофеля жесткие фантомные боли в животе начинаются. Смотрите, вон тот парень уезжает! Занимайте его место быстрей!
Тофер припарковался в паре кварталов от склада. Микроавтобус 1994 года был самой приличной машиной на улице, и пассажиры боялись выходить. Перед тем как направиться к площадке, Кэш съел парочку мишек-мармеладок из рюкзака, но остальным не предложил.
– Пойдемте, пойдемте, – поддразнил он их. – Теперь уже поздно дрейфить, мы почти пришли.
Друзья отважно вышли из машины и присоединились к очереди. Они явно были не в своей стихии, но еще хуже было старику, шедшему мимо. С весьма озадаченным видом он держал за спиной табличку.
– Слава богу. – Тофер указал на него друзьям. – Хоть кто-то здесь еще больше не в кассу, чем мы.
При виде старика лицо Джоуи вытянулось, будто он заметил не слишком приятного знакомого.
– Он не на концерт пришел, – сказал Джоуи. – Простите, сэр? Здесь настоящие аборты не делают, это просто ироничное название для музыкальной группы.
– Это Четырнадцатая улица? – спросил старик.
– Нет, кажется, Четвертая.
– Спасибо! – обрадовался тот. – Приятного представления. Благослови вас Господь.
Старик развернулся и пошел обратно, а на его табличке друзья увидели надпись: «АБОРТ УБИВАЕТ, ИИСУС СПАСАЕТ!»
– Как ты понял, что он демонстрант? – удивился Кэш.
– Я знаю этот растерянный, но осуждающий взгляд, – сказал Джоуи. – Мои родители после церкви каждое воскресенье митинговали у центров регулирования рождаемости. Спрашивать у людей дорогу, держа в руках протестный плакат, – это, конечно, мда.
– Интересно, – сказал Кэш. – А моя семья просто в кино ходила.
Они подступали все ближе к двери, которую охранял лысый бугай. По его недовольному лицу было очевидно, что его так просто не проведешь и что работать воскресным вечером ему совсем не в радость.
– Документы? – прорычал он.
Удостоверение Кэша бугай проверил быстро, но с остальными возникла заминка, особенно с Мо.
– Мне тогда нелегко жилось, – сказала она.
Бугай с подозрением оглядел компанию.
– Что-то мне кажется, документы у вас фальшивые, – заявил он.
Тофер, Джоуи, Сэм и Мо мысленно затряслись от паники. Он позвонит копам? Их теперь арестуют? Надо делать ноги? А вдруг он не только огромный, но еще и быстрый?
– Серьезно, чувак? – фыркнул Кэш. – Будь у нас фальшивые документы, думаешь, мы стали бы с ними идти на концерт «Аборта Розмари» в этой дыре? Да тут через улицу казино.
Бугай пожал плечами – Кэш был прав.
– Ну проходите.
Друзья прошли внутрь вслед за Кэшем, не веря, что им все сошло с рук. Страх сменился всплеском адреналина.
– Кайф! – выпалила Мо. – Понятно теперь, почему люди так часто нарушают правила. Я себя сейчас чувствую такой дерзкой и живой!
– Спокойно, Лиззи Борден, – сказал Кэш. – Совсем на темную сторону переходить не надо.
На складе было полно брутальных людей. Жители Даунерс-Гроув казались белыми воронами и боялись, что их в любую минуту выгонят. Сидеть было негде, но перед маленькой освещенной фиолетовым сценой был большой танцпол. Кэш повел своих спутников к людному бару на краю склада.
– Я выпью что-нибудь. Вы не хотите?
– Мы не пьем, – отказался Тофер.
– В смысле вообще?
– Я как-то глотнул причастного вина, – сказал Джоуи.
– Боже, я путешествую с Семейкой Брейди, – вздохнул Кэш. – Начинаю подозревать, что меня к вам высшая сила послала. Кто-то просто должен научить вас веселиться, расслабляться и…
– Громить достопримечательности? – съязвил Сэм. – Этот пункт можешь вычеркнуть.
Кэш улыбнулся.
– Именно, – сказал он и повернулся к бару. – Бармен? Стопку Джонни Уокера Блэка мне!
– У нас есть только Джим Бим, – ответил тот.
– Сойдет, – согласился Кэш.
– Ну да, этих ребят он знает, а Льюиса и Кларка, конечно, нет, – шепнула Мо остальным.
Актер шлепнул десятидолларовую купюру на стойку и закинул голову, чтобы выпить стопку.
– Черт подери! – выкрикнул он, когда горло перестало сильно жечь.
– А тебе точно стоит мешать алкоголь с этими твоими лекарствами от аллергии? – спросил Тофер.
– Не стоит, но так пить веселей, – ответил Кэш. – Уф, я готов танцевать. Надеюсь, группа не окажется отстойной.
Трое татуированных ребят за тридцать в обтягивающих джинсах вышли на сцену с инструментами. Толпа загикала и облепила сцену, как стайка рыб. Кэша и остальных зажали со всех сторон, как в банке панк-рок-анчоусов.
– Привет, Сент-Луис! – крикнул фронтмен толпе, и удивительно было, как он вообще еще может разговаривать с таким количеством губных пирсингов. – Мы – Аборт Розмари! Мы за репродуктивный выбор и рок-н-ролл! А теперь зажжем вечеринку! Раз… два… три… четыре!
Первые аккорды песни вырвались из колонок, и толпа обезумела. Тоферу, Джоуи, Сэму и Мо пришлось зажать уши и не разжимать, пока они не привыкли к грохоту музыки. Певец не столько пел, сколько орал, и разобрать хоть слово было невозможно, но быстрый ритм завораживал.
Все на складе подпрыгивали в такт, но Кэш – бодрее всех. Остальные предположили, что виски уже подействовало, потому что актер дергался и трясся, как желе во время землетрясения. Толпа даже забеспокоилась, что у него припадок, и разошлась подальше, но Кэш только продолжил колбаситься как ненормальный.
– Не знаю, что принимает этот чувак, но отсыпьте мне тоже, – сказал один из наблюдателей.
Вокруг Кэша уже начали собираться его собственные зрители, и друзья заволновались, что им грозит очередной инцидент «Маккарти».
– Что делать-то? – спросил Тофер друзей. – Его же могут узнать! И если начнут просить фотки – мы никогда отсюда не вылезем!
– У меня идея, – сказал Сэм. – Отвлечем от него внимание.
– Как?
– Вот так!
Сэм прыгнул к Кэшу и стал танцевать рядом с ним еще безумнее. Он двигался, как танцовщица гоу-гоу на шоковой терапии. План сработал, потому что все взгляды тут же обратились к сумасшедшей девчонке, танцующей рядом с Кэшем.