Он нагнулся на одну только минутку, а когда разогнулся и посмотрел в сторону Ферапонта Ивановича, того уже не было.
Перед следователем было пустое кресло.
— К двери! — крикнул следователь красноармейцам и сам, выскочив из-за стола, подбежал к двери, закрыл её на ключ, а ключ положил в карман.
Потом он вернулся к столу, взял телефонную трубку и вызвал коменданта.
— Восемь человек, сюда, ко мне! — сказал он в трубку. — Что? Ну, конечно!..
Минуты через две тяжёлый топот множества ног послышался возле двери. Следователь приоткрыл дверь и одного по одному стал впускать красноармейцев, загородив руками дверь, так что они подлазили, сильно нагибаясь.
Он быстро захлопнул дверь за последним красноармейцем и снова закрыл её на ключ.
— Плечом к плечу, от стены до стены! Щупай штыками воздух! — крикнул он красноармейцам.
Те выстроились с ружьями наперевес.
— Начинай! — скомандовал следователь. — Не пропустить ни одного места!
Цепь двинулась, растянувшись через всю комнату. Правый фланг дошёл до противоположной стены. Тогда следователь направил красноармейцев так, чтобы они загоняли невидимого в один из углов.
Через минуту оставался «непрощупанным» один только угол. Кто-то из красноармейцев слегка ткнул штыком.
— Брось! — послышался голос невидимого. — Ты мне живот распорешь!
Винтовка тряслась в руках красноармейца.
Следователь бросился в угол, где прижат был Ферапонт Иванович. Ещё через минуту невидимый сидел в кресле, привязанный к нему ремнями красноармейцев. Следователь возобновил допрос.
— Скажите, — было первым его вопросом, — как эта чертовщина случилась?!.
— Благодаря кокаину, — ответил невидимый. — Он парализовал тормозящие корковые центры в моём мозгу и вообще сыграл роль кнута для моего организма и психики. Временно он возвратил мне прежнюю силу, и вы стали жертвой отрицательной галлюцинации.
— Так, значит, вы это сделали нарочно — кокаина-то у меня попросили?
— Да. Я рассчитывал на это. Только я дурак, — мрачно сказал Ферапонт Иванович, — мне нужно было это сделать потом, когда бы меня увели.
— А долго вы будете сидеть невидимым?
— Пока не ослабнет действие кокаина и не наступит реакция, — ответил невидимый.
Его предсказание сбылось довольно рано.
Через полчаса перед следователем сидел опять жалкий, трясущийся человек с непрошедшими ещё признаками кокаинового возбуждения.
— Н-да… Вы социально-опасный тип, — сказал следователь.
— Я… я могу быть и социально-полезным, — шёпотом сказал Ферапонт Иванович, вытягивая к чекисту шею. — Я мог бы принести пользу советской власти…
По лицу следователя прошла брезгливая гримаса.
— Уберите его! — сказал он красноармейцам.
Конвоиры отвязали Ферапонта Ивановича и подняли его с кресла. Он упирался в оборачивался в сторону чекиста, пытаясь сказать что-то.
Его увели.
В два часа пополуночи Ферапонта Ивановича расстреляли.