— А где ты живёшь?
— Далеко от столицы. Мы больше не увидимся.
Слова Тиена звучали холодно и с укором. Энтони это ничем не заслужил. И стоило бы осадить мальчишку. Но он не осадил. Почему-то наоборот хотелось сказать нечто такое, чтобы заслужить доверие Тиена, чтобы он перестал щетиниться и хмуриться. Энтони жуть, как не хотелось, чтобы это действительно стало их последней встречей. Ему было горько от мысли, что они, и правда, могут больше не увидеться.
— А знаешь, от чего ты отказываешься? — Энтони загадочно улыбнулся. — Ты же понятия не имеешь, какую работу я хотел тебе предложить. Знаешь, кто я?
— Знаю. Вы проректор. Тереса говорила.
— Я не просто проректор. При нашей академии будет организована школа для одарённых детей. Я буду её руководителем.
Парнишка удивился настолько, что на секунду перестал прятать глаза и взглянул на Энтони.
— Как вам доверили эту работу? Разве вы любите детей?
Снова укор? Вот колючий мальчишка!
— Люблю. Правда, раньше я об этом не знал. И не узнал бы, если не один случай.
Энтони сам не понимал, почему ему хочется поделиться с Тиеном этой историей. Вдруг захотелось рассказать, и он, не раздумывая, начал рассказывать.
— Два месяца назад я посетил Дастонский приют. Искал одну девушку. Мою… впрочем, не важно. По некоторым сведениям она спряталась там. Однако след оказался ложным. В приюте я её не нашёл, зато познакомился кое с кем другим.
Энтони заметил, что Тиен насторожился и ещё больше ощетинился, но история его явно заинтересовала.
— Дастонский приют расположен в живописном месте. Азанское предгорье. Чистый воздух, лес, ручьи, птицы. Там красиво, но малолюдно. Для воспитанников приюта каждый гость — событие. Настоятельница попросила меня побыть с детьми несколько часов, рассказать им о Далеутской академии магии. Воспитанники показались мне забавными, слушали мой скучный рассказ с сияющими глазами.
Энтони никогда не приходилось читать лекцию настолько юным слушателям. Он, честно говоря, не был готов. Говорил казённым языком ничего не значащие фразы. Но малыши не дали ему углубиться в дебри канцелярита. Они засыпали его уймой вопросов, простых и сложных, детских и взрослых, и он заразился от них непосредственностью.
Настоятельница только посмеивалась, глядя, как Энтони пытается удовлетворить любопытство малышни.
— Перед тем, как я собрался уезжать, один из воспитанников попросил меня уделить ему несколько минут для разговора с глазу на глаз.
Энтони удивила просьба. Но он, конечно, не стал отказывать. Настоятельница оставила их в своём кабинете вдвоём.
— Ежи, — представился ему вихрастый малыш.
"Ежи — ёжик" — почему-то подумалось Энтони. Ему на вид было лет семь-восемь. Но серые глаза казались взрослыми.
— Я хочу поговорить о брате Томасе. У нас четыре года разницы. Мы с ним сироты. И я единственный, кто может о нём позаботиться.
Звучало по-взрослому ответственно и по-детски трогательно.
— У брата сильный дар. Может, это незаметно с первого взгляда, но это так. Ему нужен хороший учитель. Тогда он сможет со временем поступить в лучшую академию магии.
Ежи снял с шеи медальон и подошёл к Энтони.
— Это очень ценная вещь. Самое ценное, что у нас есть, — мальчишка вложил медальон в руку Энтони. — Помогите Томасу.
В груди болезненно кольнуло. Что он мог ответить этому вихрастому малышу с взрослыми глазами, так преданно любящему брата?
— Я постараюсь помочь, — Энтони вернул Ежи медальон и потрепал по вихрам, — но эта вещь пусть останется у вас.
Ему реально очень захотелось помочь. Для кошелька Энтони совершенно не накладно оплатить педагога для ребёнка. Только есть ли в этой глуши хороший педагог?
Проводить Энтони в обратную дорогу вышли все воспитанники. Он невольно искал глазами Ежи и нашёл. Тот стоял рядом с братом — пареньком лет двенадцати. Так вот он Томас. А Энтони полагал, что речь о четырёхлетнем малыше. Но оказывается, вот о ком заботится Ежи — о старшеньком. Это тронуло ещё больше. Энтони тоже всегда чувствовал ответственность за старшего брата. Ему всегда казалось, что Ян может угодить в неприятности, и он считал своей святой обязанностью подстраховать его, чтобы не наделал глупостей.
Когда экипаж отъехал на достаточное расстояние от приюта, Энтони обнаружил у себя в кармане медальон. Как он туда попал? Ежи не подходил близко при прощании — махал рукой издалека. Выходит, не обошлось без магии? Вот прохвосты, что младший, что старший. Хотели показать, что у Томаса действительно сильный дар.
Энтони не нашёл в Данстоне педагога. Маленький посёлок. Откуда там учителя магии? Но он возвращался домой с готовым решением. Попечительский совет академии давно вынашивал идею о создании при академии школы для одарённых подростков. Энтони предлагали заняться этим проектом. Он колебался, но теперь понял, что проект ему интересен…
— Ну, что, Тиен, не хочешь стать ассистентом?
Глава 36. Свобода
Энтони ждал от Тиена ответа, но тот задал свой вопрос:
— А где сейчас медальон?
— Хотел отправить его с посыльным назад в приют братьям Ежи и Томасу…
— Такие вещи нельзя доверять посыльным, — резко перебил Тиен.
Он выглядел взволнованным. Щёки покрылись румянцем. Чувствовалось, что рассказ Энтони вызвал в нём эмоциональный отклик.
— Я тоже так подумал, — успокоил Энтони парнишку. — Поэтому оставил пока медальон у себя. Решил, что когда школа откроется и я смогу пригласить сюда Томаса, передам медальон ему лично в руки.
— А сейчас он при вас? Дайте взглянуть, — Тиен поднял на Энтони глаза и снова быстро спрятал.
— Я не ношу его с собой. Но не волнуйся. Он в надёжном месте. В сейфе.
У Энтони в особняке был встроенный в стену сейф с магическим замком. Там хранились всевозможные ценные вещи и документы. Туда он и медальон препроводил сразу же по приезде из приюта. Не стал даже показывать его магу-артефактору, чтобы понять, в чём его сила, хотя любопытство и толкало на подобный шаг.
Но почему Тиена так волнует этот медальон? Интуиция подсказывала Энтони, что с парнем что-то не то. Он ведёт себя странно. Но ещё более странным было то, как Энтони на него реагировал. Ему хотелось и дальше сидеть вот так вот рядом с ним, рассказывать ему что-нибудь. Ловить короткие мгновения, когда Тиен поднимал взгляд, чтобы можно было заглянуть ему в глаза. Глаза у парня особенные. Лицо самое обычное, даже чем-то неприятное, будто чужое, не его. И только глаза настоящие — живые и эмоциональные. А после рассказа Энтони в них появился блеск, будто они стали влажными.
А ещё Тиен снова дрожал. И не удивительно. В лаборатории становилось всё холоднее и холоднее. Энтони заподозрил, что перегородка из сгустившегося пространства — это не что иное, как Демон Ваксмелла. А значит, забирает тепло из этой части лаборатории и передаёт в другую. Сам Энтони пока не чувствовал озноба. Но дрожащий Тиен сильно беспокоил его. Повинуясь необъяснимому порыву, Энтони придвинулся ближе и взял руки Тиена в свои, чтобы согреть.
— Замёрз?
Какие изящные пальцы! Энтони неожиданно ощутил что-то мимолётно знакомое, но парень резко высвободил руки.
— Мне не холодно, — он соскочил со стула.
— Нет, ты замёрз! — упрямо повторил Энтони.
Он тоже поднялся на ноги. И принялся снимать жилет, планируя ещё и им утеплить Тиена.
— Не замёрз! — тот начал пятиться, а Энтони наступал.
Мальчишка, вот проныра, пустился наутёк, лавируя между лабораторных стульев и столов. Энтони ничего не оставалось, как помчаться за ним. Догонит в два счёта, от него никто не убегал.
И он бы догнал, если бы дистанция была прямая. Но мальчишка хитрил — подныривал под столы, где Энтони из-за своих габаритов тормозил.
— Куда?! — пытался он ухватить хитрюгу за воротник.
Но тот ловко изворачиваться и ускользал. Ничего. Сказать по правде, цель была не столько догнать, сколько заставить Тиена резво двигаться, чтобы согреться. Салочки — лучший способ не замёрзнуть в любой мороз. Так думал Энтони поначалу. Но постепенно вошёл в азарт. Он должен всё-таки настигнуть наглого мальчишку. Тот вёл себя сегодня не очень вежливо, а теперь ещё и в беге с препятствиями хочет выйти победителем? Ну уж нет!
Энтони тоже схитрил. Сделал обманный манёвр — показал, что наметился обогнуть стол справа, а сам предпринял решительный рывок слева. Уловка удалась. Мальчишка оказался загнан в угол — отступать некуда. Они остановились впритык друг к другу. Тиен опирался спиной на стену и учащённо дышал. И Энтони тоже не справлялся с дыханием.
Его неожиданно накрыла волна воспоминаний. Когда-то такое уже было. Они стояли рядом и тяжело дышали. Но только не оттого, что, словно дети, играли в салочки, а оттого, что безумно долго целовались. Энтони тряхнул головой, чтобы снять наваждение. Тогда это была Габи. Проклятье! Как же он по ней соскучился! Как хотел бы, чтобы на месте этого нескладного мальчишки, стояла она!
— Энтони… довольно игр… — голос Тиена дрогнул. После секундной паузы он прокашлялся и продолжил ещё более сипло, чем обычно. — Дьер Энтони довольно игр. Я согрелся…
Почему-то показалось, что он хотел сказать что-то другое.
Пора было отступить и дать Тиену дорогу. Но прежде чем сделать шаг в сторону, Энтони спросил:
— Так ты согласен стать моим ассистентом?
Ответа услышать не удалось — раздался страшный шум.
Наверное, среднестатистическая девушка была бы очень не в восторге от того ночного приключения, которое выпало сегодня на долю Тересы. Но она умела во всём находить хорошее. На самом деле сегодняшней ночью ей так и так не довелось бы поспать — им ведь с Луказом было задано к завтрашнему утру написать эссе на тридцать страниц. А это почти нереально сделать, даже если всю ночь бодрствовать. К тому же писать эссе — занятие гораздо более скучное, чем ночная экскурсия в лабораторию, в которой сработал эксперимент, подготовленный много лет назад сумасшедшим профессором. И даже компания Тересу неожиданно устраивала. Чего только стоило шоу по поимке кота.