Библейские картинки, или Что такое «Божья благодать» — страница 77 из 84

3. Вполне христианский апостол Павел оказался очень иудейским Саулом. Несмотря на то, что повсеместно его называют апостолом язычником, достаточно только почитать его собственные слова и тогда станет ясно, чьим апостолом он является:

· «Я желал бы сам быть отлученным от Христа за братьев моих, родных мне по плоти, То есть Израильтян, которым принадлежат усыновление и слава, и заветы, и законоположение, и богослужение, и обетования; Их и отцы, и от них Христос по плоти, сущий над всем Бог, благословенный во веки, аминь» (Рим. 9:3-5).

· «Мы по природе Иудеи, а не из язычников грешники» (Гал. 2:15).

· «Ибо я не стыжусь благовествования Христова, потому что оно есть сила Божия ко спасению всякому верующему, во-первых, Иудею, потом и Еллину» (Рим. 1:16).

· «Ибо не тот Иудей, кто таков по наружности, и не то обрезание, которое наружно, на плоти; Но тот Иудей, кто внутренно таков, и то обрезание, которое в сердце, по духу, а не по букве: ему и похвала не от людей, но от Бога» (Рим. 2:28-29).

· «Итак, какое преимущество быть Иудеем, или какая польза от обрезания? Великое преимущество во всех отношениях, а наипаче в том, что им вверено слово Божие» (Рим. 3:1-2).

Не скрывал Саул и методов, которыми он добивался обращения неофитов: чтобы «приобрести» иудеев он вёл себя, как натуральный иудей; для тех, кто не знал закона (Торы), он вёл себя соответственно, как незнающий Торы; для немощных был, как немощный.

4. Если кроме «Посланий» вспомнить ещё и «Деяния», можно легко заметить, что фактически христианство создавал иудей, потомственный фарисей, один из самых непримиримых гонителей первых христиан, не являвшийся учеником Иисуса и ни разу не встречавшийся с Учителем - Саул (он же Савл, он же почему-то Павел). Ну прямо, как в поговорке: «Не можешь победить врага, примкни, присоединись к нему».

А если перебороть свой страх и пораскинуть немножко мозгами, можно легко заметить и результат всего этого святого начинания. Причём, этот результат выражается цифрами со многими ноликами в твёрдой валюте, который справно утекает из карманов многочисленных овец, в не столь многочисленные, но зато бездонные карманы главарей этого «священного» иудейского бизнеса, с иудейской «любовью» смертельной хваткой охватившего всю нашу планету.



Картинка 65. «Апокалипсис». Новозаветный Иезекииль или божественные способы уничтожения планеты.


Последняя книга Нового Завета и всей Библии носит название «Откровение Святого Иоанна Богослова» и состоит из 22 глав. Заметим, что слово «откровение» по-гречески звучит, как «апокалипсис». Так вот, этот апокалипсис Иоанн записал под диктовку ангела, которого послал Иисус, которого послал папа Яхве, который вдруг решил бросить играть в неисповедимость своих путей и показать своим рабам, «чему надлежит быть вскоре».

Вначале Иоан передаёт пламенный привет от Яхве, Иисуса и семи каких-то духов семи церквям Азии и приступает к повествованию. Как-то одним воскресным утром он был «в духе» и услышал сзади чей-то громкий, прямо-таки трубный голос, говорящий, что он-де есть альфа и омега, первый и последний, проще говоря, начало и конец. Этот голос повелел Иоханану написать книгу и выдал список городов в Азии, куда надо было её оправить (Ефес, Смирна, Пергам, Фиатира, Сардис, Филадельфия, Лаодикия).

Всё это время Иоанн стоял спиной к гостю, а когда обернулся, увидел семь золотых светильников и странное человекообразное существо, стоящее среди них. Оно было одето в национальный еврейский костюм - подир - который носили их первосвященники и цари. Существо было альбиносом - с белыми волосами, красными глазами и ногами, похожими на расплавленную медь. В руках у него было 7 звёзд, изо рта торчал обоюдоострый меч, а лицо сияло, как солнце. Да-а-а. Видок у этого «альфа и омега» был тот ещё. Ночью приснится - можно и не проснуться. Видать Иоханан (он же Иоанн, он же Иван) слегка перестарался с дозой. Крыша у Иоанна, конечно, съехала напрочь, и он бухнулся в обморок. Альбинос погладил его по головке, посоветовал не бояться и представился хранителем ключей от ада и смерти, а также объяснил, что семь светильников - это семь церквей, а семь звёзд в его руке - ангелы этих церквей.

Затем существо деловито разобрало достоинства и недостатки проделанной работы директора каждой церкви, называемого почему-то ангелом и выдало ценные указания по дальнейшей их деятельности, призналось, что ненавидит каких-то николаитов; резко разкритиковало иудеев, которые только говорили, что они иудеи, а на самом деле ими не являлись; осыпал проклятьями пророчицу Иезавель и последователей учения какого-то Валаама, которые переманивали у Иеговы его рабов. За отход от линии Иеговы, существо обещало «поразить» и «воздать» по полной программе, верным же последователям обещалась манна, какой-то камень с написанным на нём именем, которого никто не знает, и запись в книге жизни.

Затем Иоанну открыли дверь на небо и пообещали показать будущее. На небе он увидел сверкающий трон, на котором сидел «Сидящий» (Как тонко подмечено! Сидит-то, оказывается, сидящий, а не стоящий или, упаси Иегова, прыгающий). Вокруг этого трона было ещё 24 трона, на которых сидели стариканы в белом с золотыми венками на головах. Интерьер дополняли семь духов в виде светильников, стеклянное море и четверо животных. Одно было похоже на льва, другое - на быка, третье - неизвестно на что, но имело человеческое лицо, а четвёртое походило на орла, причём, летящего. Каждое животное имело по 6 крыльев и было сплошь покрыто глазами. Где-то мы уже читали про что-то такое с глазами. Ах, да. Трансцендентальные бредни «великого» иудейского пророка Иезекииля. Тому привиделось почти то же самое - 4 существа, каждое с 4 лицами (человеческим, львиным, бычьим и орлиным), вокруг которых вращались высокие колёса из глаз. Интересно, качество наркотического бреда зависит от величины дозы или от чистоты зелья?

Небожители веселились, как могли - животные круглосуточно голосили: «свят, свят, свят Господь Бог Вседержитель, Который был, есть и грядет», а старцы, заслышав это, каждый раз вскакивали со своих тронов, били поклоны главному, возлагали свои головные уборы ему под ноги и затягивали хвалебную песнь. И так - без перерывов и перекуров. Глазастые животные делают вдох, стариканы быстро разбирают венки и возвращаются на исходные места, квартет запевает, дедки бухаются на колени… и всё повторяется.

В руках у Иеговы Иоанн разглядел книгу, исписанную со всех сторон и запечатанную семью печатями. Книгу обязательно нужно было зачем-то прочитать, для чего ангел лихорадочно подыскивал кого-нибудь, кто мог бы снять печати. И не находил. Ни на небе, ни на земле, ни под землёй… Наконец, один из дедуганов, оторвавшись от ритуала возлагания венков, шепнул обрыдавшемуся по этому поводу Иоанну, что из колена, естественно, Иудина, из рода Давидова явится лев и прочитает эту книгу. «Лев» явился в виде зарезанного ягнёнка с семью рогами и семью глазами, подошёл к главному трону и взял книгу.

Все пришли в великое возбуждение. Старцы достали из-под полы гусли, ударили по струнам и затянули песнь во славу семиглазого спасителя про то, что, в результате его убиения они «соделались» священниками Иегове и царями на земле. Умные животные им поддакивали - аминь, аминь. Семирогий начал срывать печати. Первая - долой, и появился всадник на белом коне в короне и с луком за спиной. Вторая - долой, и появляется рыжий конь со всадником с большим мечом. Третья - конь вороной, а всадник с весами. Появление этого всадника сопровождается комментариями четырёх глазастых животных, насчёт цен на пшеницу и ячмень. Апокалипсис апокалипсисом, а о торговле забывать тоже грех.

Четвёртая печать долой, и прибежал четвёртый всадник по имени «смерть» на лошади бледного (ух ты!) цвета. За ним шёл ад. Пятая печать также распечатала и рты душам, «убиенным» за проповедь царства Иеговы, которые повылезали из-под его жертвенника и стали громко возмущаться тем, что Иегова ещё не отомстил за их смерть (и откуда они всё знают?). Их приодели в белые рубашоночки и приказали рот закрыть - распыляться не нужно, вот, когда всех проповедников кокнут, тогда и отмстится за всех скопом.

Снятие шестой печать вызвало землетрясение, затмение солнца, звездопад и красную луну. Люди забились в пещеры, спасаясь от гнева Иеговы. После этого, обкурившийся Иоанн увидел четырёх ангелов, которые стояли в четырёх углах земли (у земли, оказывается, есть углы) и держали четыре ветра. Появился пятый ангел с печатью Иеговы в руке и приказал этим четырём сдерживать ветры до тех пор, пока он не проштемпелюет лбы рабов божих. Их должно быть 144 000. И все - из «колен сынов Израилевых» - по 12 000 от каждого колена. Заметьте, речь идёт только об израильтянах. Остальные, получается, пролетают!

Тут откуда ни возьмись у трона Иеговы стали толкаться толпы людей «из всех племен и колен, и народов и языков» в белых рубашечках с пальмовыми ветками и запевать славу начальнику. Все ангелы, 24 дедка и 4 животных с энтузиазмом подключаются к хвалебному завыванию. Один из стариканов, поинтересовался у Иоанна, откуда взялись и кто такие эти люди в белом? Иоанн переадресовал вопрос главному. Тот объяснил, что эти припёрлись на небо «от великой скорби», простирнули свою одёжку и «убелили» её в крови «Агнца». За это они удостоились чести служить Иегове денно и нощно, а ещё они больше не будут испытывать голод, жажду и зной. Сам ягнёнок будет водить их на водопой, а Иегова - собственноручно утирать им сопли.

Наконец, сняли седьмую печать, после чего на 30 минут настала тишина. Семь ангелов выстролись в шеренгу перед Иеговой и он раздал им по дудке. Прибежал восьмой с кадильницей, наполнил её углями с жертвенника Иеговы и зачем-то бросил на землю. Произошло землетрясение. Семеро с дудками встали в очередь и приготовились дудедь.

Первый «вострубил» и на землю посыпался град и огонь. Треть растительного мира земли погибла. В результате музицирования второго ангела, в море свалилась огненная гора. Треть морских животных и судов - тю-тю. Третий дунул в дуду - с неба упала звёздочка под названием «полынь», и воды трети рек и всех источников стали горькими. Много людей отравились водой. После дудения четвёртого ангела, треть звёзд, треть солнца и треть луны, как корова языком слизнула. В это же самое время по небу ба