Верд подошёл на трясущихся ногах и заглянул в пасть. Он увидел огромные багрового цвета миндалины, из которых высовывались головки маленьких червей и визжали.
Баскетболист Мики Норт вошёл в раздевалку, когда зазвонил его мобильный телефон. Это была его невеста Лили.
— Мики, можешь сейчас приехать?
Мики не был настроен никуда ехать, но тут вдруг встревожился.
— Что-то случилось?
В голосе Лили почувствовались слёзы.
— Не знаю. Но, может быть.
Мики поднялся со скамейки, а это было два метра и восемь сантиметров мускулов.
— Я буду у тебя через 15 минут.
Приехав, он застал заплаканную Лили.
— Что случилось? Этот твой старый козёл пытался приставать к тебе? Я оторву ему голову.
Лили почему-то снова заплакала.
— Да лучше бы приставал.
Гигант легко поднял её на руки и поцеловал.
— Ты хочешь сказать, что эта скотина даже не захотела приставать к такой красивой женщине?
Лили невольно хихикнула и стукнула его в грудь.
— Прекрати валять дурака и опусти меня. Док — хороший человек.
Мики усадил её обратно и с трудом уместился в кресле напротив.
— Так в чём же дело?
— Доктор обычно не ездит по вызовам, а тут частично из-за меня, частично из-за него самого вышло так, что он согласился.
Баскетболист пожал плечами.
— Ну и что?
— Он поехал на улицу Йеллоустрит, 85.
— Ну и что? — снова повторил Мики.
— Я проверила по интернету. Такой улицы в городе не существует.
Мики вновь никак не прореагировал.
— Я всё равно не понимаю. Он куда-то уехал на такси, значит, его отвезли. Значит, такое место есть. Проблема, скорее, в твоём компьютере.
Лили упрямо надула губки.
— Мне всё равно почему-то тревожно.
Баскетболист почувствовал укол ревности.
— А что ты вдруг так разволновалась? Кто он тебе вообще? Никто.
— Вот и я так думала, а оказалось, что это он тогда заплатил за меня залог и ничего не сказал.
Мики удивлённо взглянул.
— Ты хочешь сказать, что мы всё это время зря ходим к этому старому грибу, твоему дядьке, носим торты и слушаем, как он нудит, какой он твой благодетель?
Лили молча кивнула. Баскетболист выбрался из кресла, чуть не разломав его, и обречённо сказал:
— Ладно, пошли выяснять.
Лили обрадовалась.
— А куда?
Мики посмотрел на неё, как на дурочку.
— Зайдём в ближайшее отделение полиции и спросим, где эта улица.
Но ни в ближайшем, ни во втором, ни в третьем отделении никто не слышал про Йеллоустрит. Теперь они действительно всерьёз заволновались и пошли расспрашивать таксистов, а те отнекивались или просто отворачивались. Наконец, один пожилой таксист, увидев их встревоженные лица, сказал:
— Я знаю, где эта улица, но туда не поеду. Хотя могу показать дорогу до места, откуда до неё минут десять ходьбы. Это обойдётся вам в пятьдесят долларов.
Мики и Лили удивились, услышав цену, но кивнули.
Они поехали вслед за такси, и минут через десять остановились перед полицейским постом и закрытым шлагбаумом с надписью «Запретная зона».
— Йеллоустрит там, за шлагбаумом, — сказал таксист и, развернувшись, уехал.
Всё выглядело достаточно обычно. В будке дремал немолодой полицейский. Лили постучалась к нему. Тот встрепенулся.
— Извините, мы можем проехать на улицу Йеллоустрит, 85?
Полицейский равнодушно ответил.
— Проезд частного транспорта туда запрещён.
Но Лили продолжала настаивать.
— Мы очень беспокоимся об одном человеке, докторе, он поехал по этому адресу.
Полицейский со вздохом достал какую-то папку, видимо, журнал регистраций.
— Приблизительно два часа назад я пропустил такси с пассажиром. Такси вскоре вернулось без него. Наверно, это ваш доктор.
Лили стала снова настаивать:
— Нам нужно проехать.
Полицейский отрицательно покачал головой.
— Если хотите, можете идти пешком. Это приблизительно десять минут небыстрой ходьбы. Но я не советую.
Баскетболист решил, что настало время ему вступить в разговор. Он агрессивно, демонстрирую весь свой рост, подошёл к будке и спросил:
— Слушай, чурка в погонах, а что будет, если я просто разнесу твой шлагбаум к чёртовой матери?
Полицейский практически не реагировал, но Мики и Лили в ужасе отпрянули. Из того места, где, они думали, находится брюшко пожилого человека, в некоем подобии конечности на них смотрел взведённый пистолет. После некоторой паузы полицейский убрал пушку и совершенно по-человечески проговорил:
— Молодые люди, послушайте совета немолодого человека. Ваш доктор находится там довольно много времени, то есть скоро закончит свои дела. Если он захочет вернуться, то прогуляется пешком. Я же говорил, это 10 минут небыстрой ходьбы. А отсюда уже легко уехать на такси. Если же он решит остаться, то там хорошая гостиница, и завтра он позвонит. Вы действительно можете пойти сами туда и проверить, но я не рекомендую. А разницу между запрещаю и не рекомендую вы, я надеюсь, улавливаете. Поэтому, если хотите, просто подождите здесь с полчасика, а если он не придёт, езжайте домой.
Доктор в ужасе отпрянул, увидев миндалины девочки, и сел на любезно подставленный отцом стул. Он был бледен.
— Господи, этого не может быть.
Отец подошёл и снова погладил девочку по голове.
— Доктор, вам не хватило терпения меня дослушать, может быть, тогда вам было бы легче. И, тем не менее, это моя дочь, которая болеет. Постарайтесь ей помочь.
У Верда сработали профессиональные привычки, и это помогло успокоиться.
— Послушайте, милейший, я лечу, когда знаю, что лечу. Но сейчас я понятия не имею.
Хозяин кафе продолжал настаивать:
— А вы попробуйте. Я вам доверяю. Представьте, какое лекарство вы бы дали, если бы вас позвали к больному ребёнку, у которого три дня высокая температура и болит горло?
Доктор усмехнулся.
— Ситуация вообще-то неоднозначная, но в некоторых случаях пенициллин.
— Вы можете выписать рецепт?
— Я не уверен, что поступаю правильно, но если вы так хотите, то да.
Хозяин, наконец, успокоился и даже обрадовался.
— Вот и славно. Вы пишите, а я принесу коньячку.
Закончив с рецептом, Верд не без облегчения вышел из комнаты и столкнулся с хозяином. Тот держал в руках поднос с бутылкой коньяка и какой-то закуской. Доктор хотел положить рецепт на поднос, но из области живота хозяина кафе высунулась третья конечность и взяла его.
— Вы, док, не представляете, как я вам благодарен.
А Верд снова стоял бледный, как стена.
Хозяин не без понимания посмотрел на него.
— Извините, доктор, но, может, вы воспользуйтесь моим советом. Место здесь необычное. У меня есть удобные комнаты на съём. Может, не откажетесь переночевать, а утром уедете на такси.
И он провёл доктора в чистенькую уютную комнату. Верд заколебался на минуту, но, подумав, что ему придётся ещё ночь провести в этом месте, отрицательно покачал головой.
— А что? Отсюда в такое время действительно невозможно выбраться?
Хозяин удивлённо пожал плечами.
— Почему? Выходите из кафе, налево — абсолютно прямая дорога. Десять минут небыстрой ходьбы, и вы у поста полиции со шлагбаумом. Оттуда спокойно уедете на такси.
— Тогда я, пожалуй, так и поступлю.
Хозяин снова пожал плечами.
— Как вам угодно. Ещё раз спасибо за помощь. На ваш счёт будут переведены ещё четыре тысячи долларов.
Верд поблагодарил и спустился по лестнице. Зал кафе был мягко освещён, и его успела заполнить публика. Доктор, не обращая ни на кого внимания, направился к выходу, но ноги у него вдруг подкосились. Он разглядел некоторых посетителей. Ни в одном кошмарном сне он не видел таких чудовищ. На него смотрели, но никто не двинулся с места. «Десять минут небыстрой ходьбы» — мелькнуло у него в голове. Доктор чуть ли не бегом выскочил и почувствовал, что за ним семенят какие-то ножки. Решив, что увязалась какая-нибудь собачонка, он оглянулся. Рядом с ним бежало нечто, похожее на папку для бумаг на ножках с двумя головами. Одна из голов обратилась к нему:
— Вы доктор? С нашей Леночкой будет всё в порядке?
Верд не ответил и только прибавил шагу. Вокруг мирно прогуливались существа из кошмаров, а в голове у Верда рефреном крутилась фраза «Десять минут небыстрой ходьбы».
Он пригнул голову, чтобы не видеть тех, кто рядом, и поэтому чуть не столкнулся с существом, похожим на циклопа. Только у циклопа части лица были перепутаны местами. Тот отпрянул и замахнулся на доктора двумя левыми руками. Верд с перепугу оттолкнул существо, и оно, на его удивление, без сопротивления с оханием упало на свою заднюю часть. На доктора стала надвигаться толпа, и он понял, что сейчас умрёт. Но, как ни странно, его не тронули, и, более того, раздвинулись, когда он снова пошёл. Верд вздохнул с облегчением и почти уже вышел на пустынное место, когда его вдруг окликнули. Доктор хотел было припустить бегом, но всё-таки остановился. К нему приблизилось небольшое страшненькое существо, которое, остановившись на некотором расстоянии, пропищало:
— Доктор, у нас есть ещё больная, — и показало на соседний дом.
Верд стоял и боролся сам с собой. Наконец, проклиная себя, спросил:
— Хорошо. Где?
— А вон в том доме, на первом этаже. Третья квартира.
Доктор тяжело вздохнул и пошёл, как на казнь, смотреть больную. У двери долго стоял, собираясь духом, и наконец, тихо постучал. Ему никто не ответил. Он нажал на дверную ручку, оказалось, что дверь не заперта. Комната выглядела пустой, и Верд, пожав плечами, уже хотел уйти, когда ему на шею бросилась самая красивая женщина, которую он когда-либо видел.
— Господи, какое счастье, хоть один нормальный.
…Это была женщина, которую Верд искал всю жизнь. И уже сейчас ему хотелось, чтобы она продолжала к нему испуганно прижиматься, а он так и стоял бы, её защищая, и чувствовал её запах. И, тем не менее, он отстранился.