В подготовительный к операции период политорганы и партийные организации приложили много усилий к тому, чтобы помочь командирам частей и соединений подготовить людей к выполнению боевой задачи, помочь тщательной организационной и материальной подготовке боя. Все было направлено к тому, чтобы каждый солдат, сержант и офицер твердо знал свою задачу и нашел наилучшие способы для ее выполнения. Наряду с этой конкретной работой с каждым человеком в отдельности популяризировались герои форсирования Днепра и опыт первых боев на плацдармах.
Накануне наступления за несколько часов до начала артиллерийской подготовки и атаки войскам был объявлен приказ Военного Совета фронта о переходе в решительное наступление и штурме Киева. Приказ был подписан генералами Ватутиным и Хрущевым, он был зачитан перед строем во всех подразделениях и частях войск фронта, переходивших с утра 3 ноября в наступление, после чего состоялись короткие митинги. На митингах было много волнующих выступлений солдат и офицеров, призывавших товарищей к выполнению приказа Военного Совета фронта. Такая неоднократно проверенная в истории Советской Армии форма обращения и призыва к войскам, как приказ перед боем, и на этот раз сыграла исключительно большое значение в успехе операции.
Соотношение сил
При общем протяжении фронта в 324 км войска фронта к началу наступления имели сорок семь стрелковых дивизий, две стрелковые бригады, три кавалерийские дивизии, 675 танков и самоходных орудий и 684 самолета. У противника было двадцать четыре пехотные дивизии, две мотодивизии, 390–410 танков и 665 самолетов. Таким образом, войска фронта имели превосходство по стрелковым соединениям в два раза, по танкам более чем в полтора раза; силы авиации по численности были равными.
На направлении главного удара смелой перегруппировкой войск, осуществленной по указанию Верховного Главнокомандования, было создано решающее превосходство в силах. Так например, в 38-й армии на участке прорыва шириной 14 км советские войска имели превосходство по стрелковым соединениям в три раза, по танкам в девять раз и по артиллерии в четыре с половиной раза. На участке главного удара 60-й армии превосходство по стрелковым соединениям было почти тройным.
Ход боевых действий в период подготовки операции
В период перегруппировки войск и подготовки операции во всей полосе фронта обе стороны вели оживленную разведывательную деятельность. Она выражалась в ведении боевой разведки как ночью, так и днем отрядами в составе усиленная рота – батальон. Начиная с 31 октября усиленная боевая разведка велась в полосе наступления 38-й и 60-й армий.
Немцы, в свою очередь, вели себя весь этот период чрезвычайно настороженно, резко усилили все виды разведки и особенно разведку боем, стремясь вскрыть дальнейшие намерения советского командования после прекращения наступления с букринского плацдарма. Воздушная разведка немцев давала сведения об оживлении, которое началось на рокадных дорогах левого берега Днепра. Немецкое командование в первые дни после начала затишья в районе Букрина могло предполагать здесь возможную перегруппировку советских войск, но вскрыть ее смысл в течение нескольких дней противник не сумел. Поэтому немцы с 25 октября начали вести усиленную разведку боем на всем фронте от Чернобыля до Канева. На участке левого крыла 40-й армии сильные разведгруппы немцев 25 октября переправились на левый берег Днепра на стыке 38-й и 40-й армий в районе Кайлова. В дальнейшем до 31 октября в этом же районе, а также у Труханова острова непосредственно перед Киевом противник неоднократно перебрасывал через Днепр разведывательные отряды, которые после короткого боя переправлялись обратно на правый берег. 26 октября во время такого боя у Кайлова немцы сосредоточили до полка пехоты непосредственно у реки на правом берегу. 29 октября они предприняли наступление силой одной пехотной дивизии при поддержке 60 танков на стыке 40-й и 27-й армий в направлении Ромашки, Ходоров, Букрин. Бой продолжался весь день, но все атаки противника были успешно отражены.
В этот же период противник пытался окружить и уничтожить в лесах юго-западнее Канева 5-ю гвардейскую воздушно-десантную бригаду, которая нарушала нормальную работу немецкого тыла. Однако бригада, выдержав в течение двух суток тяжелый бой с немцами, прорвалась из окружения и продолжала диверсии в тылу врага.
Выводы по перегруппировке войск, планированию и подготовке операции
Ноябрьская наступательная операция 1-го Украинского фронта была организована по прямому указанию Верховного Главнокомандования и на основе нового оперативного замысла, указанного фронту Ставкой. Ставка требовала создания решительного превосходства сил на узком участке прорыва. Противник не имел оперативных резервов на киевском направлении – следовательно, задача заключалась в том, чтобы решительным ударом на узком фронте сломать оборону врага и разгромить его группировку в районе Киева до того, как он успеет подтянуть силы из Западной Европы или снять их с других участков советско-германского фронта.
Оперативная внезапность не могла быть достигнута только одним переносом главного удара с букринского на лютежский плацдарм, так как наступление севернее Киева войска фронта вели и в октябре. Однако в ходе октябрьских боев противник убедился, что советские войска не имеют достаточного превосходства на этом участке, поэтому скрытое сосредоточение сил и нанесение сильного удара являлись своеобразной формой оперативной внезапности. Элемент внезапности в значительной степени усиливался быстрой подготовкой операции и назначением срока начала наступления на главном направлении уже на 3 ноября. Противник с большим опозданием вскрыл характер начатой 25 октября перегруппировки войск фронта. Например, к началу операции он фиксировал 3-ю гвардейскую танковую армию еще на левом берегу Днепра, тогда как в это время она уже находилась на плацдарме в готовности начать наступление. Создание ложного района сосредоточения войск в полосе 13-й армии не дало должного эффекта в связи с недостаточным размахом проводимых работ.
Главной целью операции на ее первом этапе были разгром киевской группировки противника и освобождение Киева. Лютежский плацдарм, с которого должен был наноситься главный удар фронта, нависал над Киевом с севера. Направление удара основной ударной группировки фронта – 38-й армии, 3-й гвардейской танковой армии и 1-го гвардейского кавалерийского корпуса – планировалось не на запад, а прямо на юг, в обход Киева с запада.
Успешное осуществление этого маневра должно было создать для киевской группировки немцев безвыходное положение, а также привести к «сматыванию» обороны противника по всему правому берегу Днепра к югу.
Однако при таком направлении действий создавалась угроза контрудара противника по правому флангу основной ударной группировки фронта, которая, овладев Киевом, должна была развивать успех в южном и юго-западном направлениях. Следовательно, необходимо было надежно прикрыть ударную группировку фронта с запада.
Такая задача и была возложена на 60-ю армию. Имея в своей ударной группировке не меньше сил, чем 38-я армия, но будучи хуже обеспечена артиллерией и танками, 60-я армия должна была прорывать неприятельский фронт ударом также в южном направлении, на первом этапе операции наступать между реками Ирпень и Здвиж и выйти на железную дорогу Киев-Коростень – тем самым надежно обеспечив киевское направление от каких-либо попыток противника нанести контрудар с запада. Кроме того, и 38-я армия, имея глубокое построение своих стрелковых корпусов (во втором эшелоне находились 21-й и 23-й стрелковые корпуса), могла в первые дни операции развертывать корпуса из второго эшелона в юго-западном и западном направлениях. Таким образом, планом операции предусматривалось надежное обеспечение действий главной ударной группировки действиями 60-й армии и соединений второго эшелона 38-й армии.
Однако указанное выше взаимодействие 38-й и 60-й армий гарантировало от контрудара противника на Киев только в первые дни операции. Чем дальше развивалась бы операция, тем угроза контрудара немцев становилась бы все более реальной. Овладев Киевом, нужно было решительно исключить всякую возможность успешного контрнаступления немцев на Киев, на который должны были опираться все действия 1-го Украинского фронта на Правобережной Украине. Хотя юго-западное направление (Казатин, Жмеринка) являлось наиболее выгодным для действий фронта, так как в корне меняло бы всю оперативную и даже стратегическую обстановку на Правобережной Украине, однако нельзя было забывать и о западном направлении на Житомир, Новоград-Волынский, Ровно. Этого решительно требовали интересы оперативного обеспечения действий фронта на юго-запад.
Эта задача после овладения Киевом решалась развитием наступления правого крыла 38-й армии на Житомир, 60-й армии на Коростень и 13-й армии на Овруч. Наступление на всех этих направлениях, особенно на житомирском и коростеньском, являлось решением правильным и необходимым. Однако следует отметить, что фронт рассредоточивал силы своего правого крыла на слишком широком участке, причем войска 60-й и 13-й армий предполагалось использовать для действий в лесистых районах южного Полесья, где наличие крупных сил противника или сосредоточение таких сил в последующем для контрудара было маловероятным. В то же время 38-я армия сразу же после овладения Киевом оказывалась в очень сложном положении, так как ее силы распылялись на двух совершенно самостоятельных и расходящихся операционных направлениях: южном (Фастов, Белая Церковь) и западном (Житомир). Это должно было привести как к резкому уменьшению плотностей боевых порядков, так и к созданию больших трудностей в организации управления войсками армии. На втором этапе операции в результате принятого решения главное направление фронта получало наименьшее количество сил.
Анализ же возможного развития событий после освобождения Киева диктовал направление основных усилий 60-й и 13-й армий в южном направлении с использованием лишь части сил для наступления на коростеньском и овручском направлениях.