Десантники бросились на дно окопа. Чуть в стороне, за бруствером хлопнул взрыв. Судя по звуку — рванул боеприпас от станкового гранатомета ВОГ-17. На войне быстро учишься определять такое на слух.
Протрещала автоматная очередь, ее поддержал пулемет.
— «Вогами» с квадрокоптеров кидаются, б…ди бандеровские!.. — гвардии капитан Фадеев отряхнул комья земли с экипировки. — К бою! Сейчас попрут.
Гроз вместе с Димой заняли оборону на отведенном участке. Гранатомет заряжен усиленным гайками и пластитом кумулятивным зарядом. Яблочкин сдвинул предохранитель автомата вниз, патрон и так дослан в ствол.
Из школы длинными очередями начал работать пулемет противника. Под его прикрытием вперед выдвинулись несколько групп по 10–15 человек. Перебежками, стреляя время от времени, они пошли в атаку. С их стороны грохнуло несколько выстрелов из гранатомета.
Русские десантники в долгу не остались — ответили короткими очередями.
— Работаю… — в оптический прицел на удалении метров триста Гроз увидел одну такую группу националистов. — Выстрел!
Граната ушла к цели, грохнул мощный взрыв, разметавший националистов и щедро «приправивший» их стальными гайками.
Тут же на бруствере окопа, в котором находились гранатометчики, заплясали фонтанчики пулевых попаданий, и довольно плотно. Гроз мгновенно пригнулся, Димка — тоже.
— Пулеметчик со школы, мать его! Пристрелялся, паскуда! Ну что, командир, теперь можно?!!
— Работай!
— Понял. Дима, «термобар»…
Напарник зарядил в ствол РПГ массивную гранату, напоминающую дубинку на длинной ручке.
— Выстрел!
Неизвестно, насколько точно «Гроз» сумел прицелиться, но взрыв термобарического заряда влупил так, как будто выстрелили из гаубицы или, по крайней мере, положили в цель мину 120 миллиметров! Огненный вихрь мгновенно залил оконные проемы в школе, по ушам прокатился оглушительный грохот. Пламя расплескалось и дальше, подпалив прошлогоднюю сухую траву и листья. Можно только себе представить, что произошло внутри — взрыв аэрозольной горючей смеси в замкнутом объеме не оставил никому внутри даже призрачного шанса на спасение.
Зарядив гранатомет осколочным боеприпасом, Гроз выстрелил еще раз. Осколки скосили нескольких националистов, которые решили перебежать дорогу и атаковать территорию авиагородка.
Рядом короткими очередями били из автоматов десантники, работали пулеметчики с «Печенегами». Снайперы с винтовками СВ-98М и более привычными укороченными винтовками Драгунова выбивали командиров и расчеты тяжелого вооружения противника.
— Слева бронемашина заходит, Гроз, видишь?
Угловатый бронеавтомобиль, вероятно, «Кугуар» Нацгвардии перемещался рывками, прикрываясь жилой застройкой, и стрелял из крупнокалиберного пулемета. Пока что никто из десантников не пострадал, но игнорировать столь мощное огневое средство националистов было нельзя.
— Вижу.
— Работай!
Обычной кумулятивной гранаты украинскому броневику хватило за глаза. Взрыв разворотил капот и почти вырвал двигатель. Бронеавтомобиль остановился, из распахнутых дверей выскочили бойцы Нацгвардии.
— Димка, мочи их из автомата нах!..
Напарник тут же вскинул калашников и открыл огонь частыми одиночными выстрелами, экономя патроны. Гроз тоже высадил рожок из автомата.
Тем не менее атака националистов продолжалась, уступать они не хотели.
С флангов ударили кинжальным огнем два крупнокалиберных пулемета «Корд», и только очереди страшных 12,7-миллиметровых пуль, которые совсем не оставляли раненых, заставили националистов отступить.
— Прием, на стадионе возле школы укры разворачивают два 120-х миномета. Готовятся обстреливать наши позиции, — доложил снайпер с замаскированной позиции.
— Б…дь, был бы у нас на позиции хотя бы АГС-17!.. — выругался гвардии капитан Фадеев.
— Не извольте беспокоиться, товарищ гвардии капитан — сейчас мы устроим «бандерлогам» свою контрбатарейную борьбу.
— Это как?
— Сейчас увидите!.. — улыбнулся Гроз. — Только свяжитесь со своим снайпером-наблюдателем, нам понадобится его корректировка.
Гранатометчик достал из ящика минометную мину, вставил переходную муфту в хвостовик стабилизатора на место вышибного патрона. На другой конец переходника с резьбовым соединением накрутил реактивный двигатель от кумулятивной гранаты и вышибной пороховой заряд. Гроз вкрутил в головную часть мины взрыватель и снял тряпичную чеку с предохранительным колпачком. Получился выстрел, но только вместо штатной кумулятивной гранаты стояла гораздо более увесистая мина. Вместе с Димой Яблочкиным они таким образом подготовили четыре «перекрута».
— Дима, продолжай собирать «перекруты», а я пока пристреляюсь, — Гроз высоко, гораздо выше, чем обычно, задрал ствол гранатомета на плече. — Выстрел!
Первый «перекрут» ушел, вскоре на позициях украинских минометчиков на стадионе грохнул внушительный взрыв.
— Снайпер докладывает, недолет.
— Ага, понял… — Гроз отошел по окопу чуть в сторону и еще выше задрал гранатомет.
Следующий выстрел. Снайпер доложил: левее тридцать. Гроз снова скорректировал стрельбу и выпустил подряд две оставшиеся мины из гранатомета.
— Снайпер докладывает: есть накрытие!
— Димка, тащи остальные «перекруты»! — Гроз, не сходя с места, уложил еще четыре минометных мины.
Примерно на втором выстреле на стадионе прогремел мощный взрыв! Дымно-огненный фонтан взметнулся над голыми ветвями деревьев. Грибовидное облако напоминало миниатюрный ядерный взрыв.
— Ура, есть попадание! Боекомплект жахнули!!! Теперь — в укрытие, пока ответка не прилетела.
Десантники побежали по извилистому окопу к пролому, ведущему в подвал ближайшего строения. Оказавшись в безопасности, Гроз улыбнулся — его задумка полностью сработала.
— Как сказал китайский философ и стратег Сунь-Цзы: «Бить врага его же оружием — вот высшая доблесть!»
Глава 18Спецназ против спецназа
Пользуясь очередным коротким затишьем, Гроз снаряжал магазины к автомату патронами. Они входили на место с привычными щелчками. Монотонные действия несколько успокаивали.
Вместе с напарником гранатометчик притащил несколько цинков с патронами и пару ящиков с различными выстрелами к РПГ-7Д. Тут же были и «перекруты» из минометных 82-миллиметровых «морковок», и его любимые кумулятивные заряды, усиленные пластитом и гайками поверх корпуса реактивных гранат. Гроза откровенно радовало такое обилие и разнообразие боеприпасов.
Затишье, как и всегда, оказалось слишком громким словом — и в прямом, и в переносном смысле. Просто снаряды украинских гаубиц, ракеты «Градов» и минометные мины ложились чуть реже обычного.
— Все кроют и кроют нас!.. Они что там — бессмертные?! — пытался понять логику бандеровцев Дима Яблочкин.
Он вновь проявил предусмотрительность и приволок в дом, который они вместе с другими десантниками занимали на окраине авиагородка, упаковку индивидуального рациона питания. Грозу особо есть не хотелось — целый день на нервах. Но он заставил себя «подзаправиться», как выражался Димка, половиной банки каши с тушенкой и консервированными овощами. А вот крепкий кофе с галетами, намазанными яблочным повидлом, пришелся гранатометчику по вкусу!
У Трошина ныли плечи и спина от постоянной тяжести бронежилета, но снимать его вне импровизированной казармы строжайше запрещалось. Оно и понятно — практически непрекращающиеся обстрелы украинской арты обильно засыпали окрестности.
Гроз вспомнил, как недавно вместе с Димкой оказывал помощь раненому. Десантник попал под осколки от взрыва 122-миллиметрового гаубичного снаряда. Хорошо, что тот грохнул в нескольких десятках метров от бойца. Основной удар приняли на себя бронежилет и кевларовый шлем. Повезло, что боец надел защитные тактические очки — в итоге они спасли ему зрение.
Удар! Грохот! Взрывная волна долбит по ушам, несмотря на шлем на голове. Когда Гроз малость пришел в себя, оказалось, что его товарищу рядом повезло гораздо меньше.
Перелом обеих ног, бедро распахано осколком, кровищи — море! Правая рука висит, как плеть, тоже осколком перебило.
— Димка, сюда! Нашего ранило! — Гроз подполз и сорвал с разгрузки раненого свернутый кровеостанавливающий турникет.
Развернул эластичную ленту, затянул через пряжку выше кровавого болота на бедре, закрутил воротком так туго, как смог, и зафиксировал.
— Что такое?! Ты ранен?! — сразу не понял Димка.
— Да не я, б…дь, вот пацана сильно зацепило!.. Придержи здесь.
Гроз перетянул поврежденную руку раненого теперь уже своим турникетом. Это оказалось проще, чем останавливать хлещущую кровь из месива на ноге.
— Давай укол, — Гроз разрезал ножом куртку на здоровой руке раненого и всадил иглу шприц-тюбика с обезболивающим.
В шприце находился далеко не старый советский промедол, а новейшее и мощное лекарство, как рассказывал им на занятиях санинструктор с позывным Укол. Да и сам шприц-тюбик оказался более удобным в использовании, чем такой же старого образца.
— У него, похоже, обе ноги переломаны, надо их прибинтовать одна к другой, как учили, — заметил напарник.
— Ты прав, Димка, давай — бинтами из перевязочных пакетов!
Они вдвоем потащили раненого в подземный бункер. Там уже вовсю работали хирурги и военфельдшеры медвзвода. Раненых хватало, но к счастью, повреждения в большинстве случаев были не опасны для жизни. Все же бронезащита комплекта «Ратник» достаточно надежно защищала русских десантников от пуль и осколков.
Раненого, которого доставили гранатометчики, тут же уложили на стол, сняли бронежилет и одежду.
— Ничего, жить будет! — обнадеживающе заметил военврач, меняя окровавленные хирургические перчатки, и поглядел на своих коллег-медиков. — Работаем, ребята.
Десантника обкололи обезболивающими и противошоковыми препаратами, поставили капельницу и провели глубокую тампонаду рваной раны на бедре, надежно остановив опасное для жизни кровотечение. Теперь раненого ждала эвакуация в госпиталь ближайшим транспортно-десантным вертолетом.