Несколько минометных расчетов перебросили на вертолетах вместе с боекомплектом утром 27 февраля, и они сразу же включились в боевую работу. Теперь на дальности до 4 километров у русских десантников появилось новое и мощное огневое средство. Именно минометов так не хватало для поддержки на поле боя.
— Хорошо работают, слаженно, — отметил Гроз.
— Эх, жаль только, что не «стодвадцатые», те гораздо мощнее будут!.. — как всегда сокрушенно вздохнул Димка, засовывая очередной снаряженный магазин к автомату в подсумок разгрузки.
Действительно, минометный расчет ВДВ работал с точностью швейцарских часов. Рядом на позиции на куске брезента уже лежали минометные мины с накрученными на перья хвостового стабилизатора пороховыми «колбасками» дополнительных метательных зарядов. Командир расчета принял по рации данные корректировщика, глядя в прицел, подкрутил маховики горизонтального и вертикального наведения.
— Серией по три мины — огонь!
— Выстрел!
С характерными глухими хлопками все три боеприпаса полетели на врага. Заряжающие в темпе готовили новую партию мин. Боеприпасов, судя по штабелям ящиков, хватало.
Гранатометчики вернулись на позицию возле пролома в стене. Через дорогу виднелась черная от копоти школа — работа Гроза. Гранатометчик криво усмехнулся, когда вспомнил, как засандалил по вражескому пулеметчику термобарический заряд.
На двоих у них было снова шесть реактивных гранат и еще одна в стволе РПГ, вполне достаточно, чтобы продержаться какое-то время. Кроме того, оба десантника тащили весьма увесистые ящики с патронами.
— Фу-у-у! Задолбались в корень… Видел сейчас, как минометчики работают, молодцы! — улыбаясь, выдохнул Гроз.
Новость подняла настроение на позициях. Десантники уже отбили несколько атак. Украинский спецназ вместе с Нацгвардией контратаковали практически постоянно.
— Вы вовремя, ребята!.. — сказал гвардии капитан Фадеев.
Он вместе с остальными бойцами, пользуясь небольшим затишьем, набивал перенесенными патронами опустевшие автоматные магазины. В окопах под ногами на мерзлой земле перекатывались, позвякивая, стреляные гильзы. Тут их были россыпи. На брустверах валялись отстреленные пластиковые тубусы одноразовых реактивных гранатометов.
Дима Яблочкин проявил хозяйственность и разложил вьюки с гранатометными выстрелами поудобнее.
— Тут еще и несколько твоих любимых «перекрутов» осталось!.. — заметил Дима, указав на минометные мины с прикрученными через переходники ракетным двигателям от РПГ.
— Хорошо, давай их сюда, — кивнул Гроз.
Снова в сером февральском небе взвыли снаряды украинских «Градов».
— Ложись!!!
Все моментально попадали на дно окопов. Раздался протяжный грохот взрывов, на головы посыпались с глухим стуком комья мерзлой земли. Они барабанили по кевларовым каскам, по бронежилетам.
— Ну, б…дь, сейчас нацики снова попрут!
Дима вытер пыль с лица, как и все здесь, он был чумазым от въевшейся в кожу пороховой копоти.
— Товарищ гвардии капитан, снайпер докладывает, замечено движение. Примерно сотни полторы, идут группами по два-три десятка. Вооружение стрелковое, несколько гранатометов.
— Понял, к бою!
Гроз вскинул гранатомет на плечо. Через оптику было видно приближающегося противника.
— А чего они толпой бегут, как в деревенской драке?! — удивился десантник из Донбасса.
Удивление, впрочем, не помешало ему высадить прямо под ноги противнику усиленный гайками и пластитом кумулятивный заряд. Грохнул взрыв, стальные шестигранники разлетелись смертоносной шрапнелью, убивая и калеча националистов. До ушей десантников донеслись приглушенные вопли и крики боли. Что ж — поделом! Нацизм — дело добровольное, но расплата за него неотвратима.
Димка тут же добавил по толпе из автомата короткими очередями.
Справа и слева стреляли десантники, как всегда, расчетливо и прицельно. Стрекотали очередями пулеметы на флангах, сдерживая наступление противника. Снайперы ВДВ с высокоточными «болтовыми» винтовками СВ-98М выбивали командиров подразделений националистов, пулеметчиков, гранатометчиков и просто особо ретивых вояк.
— Что-то быстро «укропы» откатились, — заметил Гроз, меняя магазин в автомате.
— Сдулись как-то уж совсем позорно… — прокомментировал гвардии капитан Фадеев. — Вперед! Нужно зачистить ближайшие к дороге постройки, а то они могли оставить там корректировщиков. Гроз, прикрой группу своей «трубой».
— Понял, командир. Димка, за мной, только осторожнее.
Десантники, ощетинившись стволами, как ежик иголками, осторожно продвигались между постройками авиагородка. Повсюду лежали тела убитых националистов, на асфальте виднелись темно-красные потеки крови. Закопченные стены построек зияли проломами и отметинами от пуль и осколков. Кое-где возникли небольшие пожары.
— Хорошо, что сейчас — февраль месяц, а то представь, какой бы тут тошнотворный запах стоял летом… — заметил Гроз.
Гранатомет он повесил за спину на ремень, а сейчас держал автомат наготове.
Димка только кивнул, внимательно осматриваясь по сторонам. Внезапно он поднял сжатый кулак вверх. Внимание! По этой команде десантники рассредоточились за укрытиями.
— Звуки какие-то из подвала… — шепотом сообщил Дима.
— Е…нем туда гранатами!..
— Отставить! Готовь дымовухи…
Десантники подкрались к окнам подвала и достали картонные цилиндры с матерчатыми петлями на концах. Синхронно рванули за них, подождали, пока дымовые шашки хорошо разгорятся, швырнули внутрь.
Вскоре изнутри раздались кашель и крики.
— Росіянэ, нэ стріляйтэ, мы здаємось!
— Сколько вас?!
— Чотыры людыны…
— Выходить по одному с поднятыми руками, оружие — на землю! Будете рыпаться — стреляем сразу! Понятно?!
— Зрозуміло! Нэ стріляйтэ, мы здаємось!
Из подвала показался первый украинский пленный. Выходя, он отбросил в сторону автомат.
Вслед за ним выбрался второй украинец. И на этот раз русские десантники слегка охренели: в руках у вояки оказался ручной пулемет Дегтярева ДП-27 времен Великой Отечественной войны! С хорошо узнаваемым характерным диском на 47 патронов сверху ствольной коробки.
Двое других пленных оказались вооружены самозарядными карабинами Симонова СКС. Оружие старенькое, но довольно эффективное.
— Кто вы, б…дь, такие?! Музей, что ли, ограбили?!
— Мы з теробороны, з Івано-Франківська…
— Так это ж Западная Украина!.. — удивленно заметил Гроз. — Какого хера вас под Киев-то занесло?!
— Слышишь, Гроз, ты же вроде украинский язык знаешь, да и сам из Донбасса. Вот и побалакай с ними.
— Хорошо, — кивнул гранатометчик.
— Нам сказали, що ми їдемо на навчання у Київську область, а потім ми повернемося до себе. А потім роздали зброю, кому яка дісталася, і кинули у Гостомель. Ми ж думали, що якщо попали до тероборони, то і в армію нас вже не візьмуть… Але не так сталося, як гадалося… Мовляв, Нацгвардія зі спецназом не справляються, а на аеродромі вже ціла дивізія російських десантників висадилася. І москалі хочуть на Київ йти — захоплювати столицю України. Нас кинули у бій, бо спецназ не справився та відійшов. У них зараз багато вбитих та поранених. Тому нас і кинули у бій…
— В общем, так, командир… Они здесь случайно, это территориальная оборона, действительно — из Ивано-Франковска, с Западэнщины. Им сказали, как всегда, что везут на учения, а самих кинули в мясорубку. Есть сведения, что украинский спецназ и Нацгвардия понесли серьезные потери убитыми и ранеными в боях с нами, потому и кинули сюда этих олухов! Они еще думали, что если пойдут сами в территориальную оборону, то их в украинскую армию не возьмут. «Откосить» хотели, б…дь!.. А еще они говорят, что нас тут — целая десантная дивизия! От така херня, малята!.. — закончил переводить под общий смех десантников Гроз.
Пленным связали руки пластиковыми наручниками и продолжили зачистку.
— Мы таких в Донбассе называли «глечиками», по-русски — «кувшинами». Наверное, дело в выражении «кувшинное рыло», которое очень хорошо подходило к «загару колхозника» и тусклому невыразительному взгляду, — заметил Гроз.
Во время короткого рейда русские десантники нашли еще примерно с десяток раненых или просто попрятавшихся украинских солдат теробороны. Все оказались на вид не моложе 36–38 лет, а некоторые даже старше.
Только у некоторых были хоть какие-то бронежилеты и относительно современные автоматы. А так все вооружение состояло из пулеметов времен Второй мировой войны и самозарядных карабинов. У некоторых были даже винтовки Мосина образца 1898/30 годов!
Десантники собрали оружие и пленных. Корректировщиков они, естественно, не нашли, все же выдавать целеуказание артиллерии — это работа спецназа, а не наспех обученных селян из Западной Украины.
Хотя, как отметил Гроз, именно там наиболее яростно поддерживали бандеровское движение — что во времена Великой Отечественной войны, что после 1991 года, со времени «незалежной Украины».
— Гребаный украинский «фольксштурм»! Как орать: «Москаляку на гіляку», то есть на ветку, так они первые. А как их прищучат, так сразу: «А мэнэ за шо?!». Подлые бандеровские мрази! — все не мог успокоиться русский десантник из Донбасса.
Глава 20Помощь пришла!
Со стороны летного поля аэродрома Гостомель послышался нарастающий гул тяжелой техники. И разу же в эфире пошла перекличка сообщений, уточнений и команд. Различные подразделения русских десантников запрашивали тактическую обстановку по радиосвязи.
— Неужели «укропы» нас обошли?! — Димка Яблочкин, как всегда, привык предполагать самое худшее.
— Отставить панику! Проверь боекомплект, — Гроз выглядел внешне спокойным и готовым к самому худшему раскладу.
Реактивных гранат и патронов у них хватало, рядом на позициях находились боевые товарищи. Каждый из русских десантников знал и выполнял свою тактическую задачу. Так что, если украинские неонацисты решились все-таки на еще один масштабный штурм, то 200 русских десантников их встретят так, как встречали гитлеровских нацистов 28 панфиловцев под Москвой в 1941 году!..