– Это были слезы? Не что-то большее?
– Если бы я не устроила истерику, твой разум, Семён, мог бы пострадать! Каково это, обнаружить сестренку в виде фантома, способного поучить тебя жить!.. – Машенька неожиданно насторожилась. – Кстати, у нас гости… И не просите, не исчезну! Маленькой девочке надо учиться манерам у особ ее пола, а не у взрослых, но глупых мальчишек!
Щелкнул запор входного люка, и в помещение тесной рубки, где расположились собеседники, вплыла Анна. Схватившись за поручни, девушка притормозила прямо напротив Митьки. Холодное лицо гостьи, явно настроенной поругаться, не выражало ничего, кроме тщательно сдерживаемого гнева.
– И сколько будет продолжаться ваше ничегонеделание?! На станции хаос! Искин отказывается выполнять любые наши поручения из-за какого-то сбоя в его банках памяти, вычислители у всех перегружаются уже по третьему разу, а вы вообще не отвечаете на вызовы, будто дела ни до чего нет…
В стороне раздался всхлип, и перед Анной, обернувшейся на странные звуки, предстала чумазая пятилетняя девочка, сидящая прямо на приборной панели в дальнем углу рубки и сморкающая сопельки в грязноватый кружевной платочек.
– Я плилетела, а они меня обиз-з-зають! Говолят, что маленьким нечего делать в астелоидном поясе! И они даже не дали мне ничего покушать!
Семён прерывисто вздохнул и попытался заслонить рукой один из голографических излучателей. Изображение девочки подернулось помехами, но изумленная Анна этого даже не заметила.
– Машка, не переигрывай! – Семён погрозил сестренке пальцем, но та лишь обиженно всхлипнула и поджала губки.
– Они оба плотивные-плеплотивные!
– О господи, откуда такая красавица взялась? – Анна растерянно опустилась перед маленькой девочкой на колени и завороженно улыбнулась. – Кто ты, дитя? Я-то думала, что эти оболтусы тут пьянствуют, а они… Пойдем со мной, я тебя накормлю и ты расскажешь, как сюда попала!
Маленькая замарашка подала ей руку и, когда та ее приняла, не заметив ничего подозрительного, отвернулась в сторону и показала язык «противным мальчишкам».
Когда обе вылетели прочь, Семён резко выдохнул и толкнул Митьку в бок.
– Ты понял, что случилось? Она теперь может всем управлять: скафандрами, вычислителями… всем!
Митька глубокомысленно хмыкнул.
– Мне вот другое интересно: как она обедать в присутствии Аньки будет? Положим, имитировать процесс не проблема, но пища куда-то должна деваться из тюбика?
– Очнись, приятель! Ты меня просто не слышишь! Ей сейчас даже излучатели не нужны, она строит отдельную виртуальную картину мира для каждого прямо в его мозгу!
«Приятель» на минуту задумался.
– Только там строит, где ей позволяют. Однако в нашем киберпространстве она действительно может всё. Тот же искин станции Машка сама программировала, а к нему у сотрудников фирмы при подписании договора автоматически настраивается режим полного доверия.
– Черт-те что у вас творится! У искина же по умолчанию высший приоритет по отношению к остальным вычислительным мощностям, он может даже перехватывать управление пилотируемыми средствами в случае необходимости, не говоря уже об обновлении всего ряда программного обеспечения!
– Видимо, так она и получила доступ ко всем вычислителям команды… Осознала себя, испугалась за нас с тобой из-за этой истории с пиратами и стала действовать!
– И что нам делать?
– Для начала займись перепрошивкой искина, все доступа я тебе предоставлю.
– А ты уверен, что она нам это позволит? – сипло поинтересовался Семён. – Машка и сейчас, наверное, нас слушает.
– Всё-таки она твоя сестра, а мы не планируем ничего такого, что бы ей навредило. Просто с позиции старших определяем правила, по которым готовы с ней жить и общаться.
– А ты уверен, что после этого она не начнет скрывать от нас свои манипуляции?
– Не совсем, поэтому нам остается только одно – молиться.
– Чего?!
Митька тяжело вздохнул и пояснил:
– Молиться, чтобы твоя сестренка осталась человеком, несмотря ни на что.
Тесная рубка рейдера для очередной перепрошивки оборудования грузовика подходила как нельзя лучше, координировать некоторые работы здесь было даже удобнее, чем в других помещениях корабля. Казалось бы, какая разница, где подключаться к шине и выводить голографический экран, на котором можно наблюдать за передвижением людей и роботов? Тем не менее некоторые сообщения можно было видеть только на основной консоли, а ту можно было подключить лишь в кабине пилотов.
Да и не отвлекал тут Митьку почти никто.
Однако «почти», как говорится, не считается. Иногда некоторые особо настойчивые индивидуумы наведывались к нему в гости, осеняя счастьем личного присутствия… Как будто нельзя было организовать закрытый канал связи для приватного разговора!
– Дмитрий… – Анна смущенно поправила челку, поджала губы и мельком бросила взгляд на пульт управления. – Можно с тобой поговорить?
Митька огляделся по сторонам, озадаченный поведением заговорившей с ним особы, но никаких фантомов вокруг себя не обнаружил и устало кивнул.
– Говори.
– Я, конечно, лезу не в свое дело, да и комиссия ООН еще сорок лет назад разрешила детям находиться в космосе, но мне кажется, что…
– Что?
– Маленьким девочкам не место на отдаленной станции, да еще той, которая находится в коммерческом конфликте с очень влиятельной корпорацией! А уж то, что Машеньку не довезли до места, оставив ее в неисправной аварийной капсуле рядом со станцией, просто выходит за рамки здравого смысла!.. Для начала перевозчик мог хотя бы поинтересоваться, как дела на Весте, раз его никто не поприветствовал! Да и искин наверняка отрапортовал ему об аварийной ситуации, несмотря на то, что странный сбой потер весь его журнал за тот период! Это всё-таки дальний космос, а не орбита Земли, здесь приходят на помощь, а не равнодушно проходят мимо!.. Ну, ладно, всякое бывает, но с девочкой ситуация прямо-таки вопиющая! Мало ли что у транспортной компании контракт горел!.. Даже то, что резервы спасательной капсулы рассчитаны на четыре месяца и девочку подобрали бы на обратном пути, никак не может служить оправданием подобного поступка! Машенька, конечно, достаточно умная и самостоятельная девочка для своего возраста, да и в технике прекрасно разбирается, но… Я требую официального запроса в транспортный комитет ООН на предмет лишения лицензии этого перевозчика!
Митька глубоко вздохнул, терпеливо дослушав до конца запальчивый монолог собеседницы, и риторически вопросил:
– Какого именно? Который не оставил и следа в памяти искина? Кроме того… я так понимаю, это Маша рассказала тебе про эту загадочную транспортную компанию?
Девушка нахмурилась.
– А что, ты сомневаешься в чем-то?
– Всей подноготной я не знаю, поскольку пользовался теми же источниками информации, но всё-таки советую тебе не слишком прислушиваться к разным детским небылицам. Могло быть всё что угодно! В последнее время, например, компании для доставки космических грузов используют беспилотные модули, которые самостоятельно передвигаются по низкозатратным переходным траекториям…
– Грузов, но не людей!
– Не людей, – согласился Митька и тут же возразил: – Но это только пока, если не уже… Кроме того, она наверняка тебе не описывала членов команды своего транспорта! Мне кажется, у девочки вполне может быть шок после пережитого, и сейчас она не в состоянии здраво оценивать последние события, с ней случившиеся. Даже взрыв… Да-да, я не исключаю того, что она была на напавшем на мой бот грузовике, как бы это странно ни звучало! Тот вполне мог перевозить пассажиров, пока пилот не сошел с ума или робот, под него маскировавшийся, не выполнил то, на что был запрограммирован!
Анна подозрительно на него посмотрела, нахмурилась и медленно, по словам, процедила:
– А ты вообще сканировал окружающее пространство, прежде чем пришел сигнал со спасательной капсулы?
Митька развел руки в стороны, указывая на вскрытые панели в рубке рейдера, и патетически воскликнул:
– Чем?! Мы сейчас в этом отношении слепые, как кутята, здесь все еще только восстанавливается, а биологические сканеры на базе отсутствуют как класс. Целенаправленно же проводить операцию по исследованию останков грузовика мне как-то и в голову не приходило… Точнее приходило, но я ее переложил на вас. Помнишь об этом?
– Ну да, но в первую очередь это касалось очистки орбиты от обломков…
– Тем не менее! Слава богу, что Машка догадалась прочитать сообщение на мониторе капсулы и отреагировать на него! Она ведь последние несколько лет жила в какой-то дыре на попечении старого и больного родственника. Тот не только ей не занимался, но после своей смерти даже не оставил девочке никаких средств к существованию! А ты думаешь, почему она тут оказалась? Социальные службы, чтоб им пусто было… Наверняка на Семёна еще и счет за перевозку повесили!.. Так что счастье, что она вообще умеет читать и понимать прочитанное! Еще нам повезло, что она всё свое детство игралась с домашними роботами, а не куклами, именно поэтому сумела заменить неисправный модуль передатчика, взяв аналогичный из какого-то паука-уборщика!
– А сама капсула где сейчас?
– Э-э…
В вычислителе послышался ехидный детский голос, и Митька суетливо добавил:
– Насколько я помню, искин отписал ее на восстановление разрушенного грузовика. Там отсутствует одна из жилых секций, из-за чего, кстати, я и подумал про присутствие Маши на этом корабле. Капсула идеально туда впишется, благо стандартная и фактически ничейная, даже если она и не оттуда… А что, ты ее хочешь осмотреть? Ну ладно, я постараюсь пригнать, если роботы еще не начали монтаж…
Анна смутилась и передернула плечами.
– Не надо! Мне некогда, да и вообще у меня нет причин вам с Семёном не доверять.
Митька неслышно выдохнул и постарался перевести разговор на другую тему.
– В любом случае, рано или поздно, но все выяснится, а пока ты просто не слишком прислушивайся к рассказам нашей малышки.