– Димитрий, мы все компенсируем… Я отработаю!
Призывы к совести не помогли, пришлось посылать запрос искину и лезть в досье.
– Ладно! Тогда докажите, что любите друг друга.
Слон попытался схохмить.
– Что, прямо тут?
– Именно! Прямо здесь ответьте на несколько вопросов, и тогда я подумаю над вашей проблемой. Мне давно любопытно, что заставило девушку с твоей профессией, Марина, в одиночку отправиться на дальний форпост Солнечной системы, не на шутку рискуя здоровьем и даже жизнью. Насколько я знаю, еще полгода назад ты вполне сносно существовала на территории Федерации, устроившись работать в крупную компанию, занимающуюся генетическими исследованиями? Да и зовут тебя на самом деле не Марина, а Маринэ… По крайней мере, так записано в твоем деле. Ты, кажется из…
– Из Джорджии…
Слон радостно присвистнул.
«Антоша, я понимаю, что с географией у тебя неважно, но это не штат Джорджия, который ты изучил, как свои пять пальцев, тренируясь на тренажере атаковать термоядерную станцию! Это Грузия, просто данная страна долго была под моральной оккупацией англосаксов, и семья девушки вырастила ее англоманкой… Что, все-таки сообразил, судя по внезапно наморщенному лбу? А с историей у тебя как? Ничего, я напомню!»
Митька наклонился вперед.
– О! Я искренне сочувствую…
Маринэ сдвинула брови, пытаясь понять, что имеет в виду собеседник.
– Э-э…
– Ведь твоя родина, после того как решила вернуться в состав Федерации, попала под удар генетического оружия?.. Мы с Антоном, конечно, изучали этот инцидент в училище. Если не ошибаюсь, тогда выжили несколько сотен тысяч человек из проживающих в стране полутора миллионов…
Девушка ожидаемо возмутилась:
– Мои родственники рассказывали мне про утечку биоматериалов из лаборатории Федерации и…
– Чушь. Почему же тогда на нашей территории никто не пострадал?
– Но мировая общественность…
– Мировая общественность в лице англосаксов? Как неожиданно… А тебе не приходила в голову мысль, что они это сделали сами, просто никто не смог доказать их вину? Ведь власти Директории всегда отличались мстительностью! Кризис и крах собственной валюты не позволял им бороться с центростремительными силами Федерации, вот они и старались везде оставить после себя выжженную пустыню… Я уже не говорю, что за время их негласного правления население вашей страны уменьшилось почти в три раза! Это ведь один из определяющих признаков развития, не так ли?
Девушка поджала губы и еще больше нахмурилась, из-за чего черты ее лица исказились и приобрели несколько отталкивающий вид. Собственно, этого Митька и добивался. Нет, не страшной физиономии невесты, а открытия завесы над ее взглядами на жизнь. В конце концов, страсть проходит… И с чем тогда Слон останется? Он скосил глаза на приятеля и убедился, что тот наблюдает за процессом «развенчивания» его суженой.
А та, похоже, завелась.
– Это все дела давно минувших дней! Кроме того, Анджей, один из моих друзей, имеющий подданство Директории, рассказывал мне…
– Он еще и польского происхождения?.. О, это совсем неважно, продолжай!
«Ты, похоже, и не представляешь, как нас в училище приучали “любить” вероятного противника!»
– Так вот, он говорил совсем…
Митька обворожительно улыбнулся и резко оборвал грозивший затянуться спор:
– Хорошо, пусть так. Я, собственно, хотел намекнуть насчет генетических отклонений у выживших женщин. С тобой по материнской линии все в порядке?
Слон рыкнул львом, но был остановлен взмахом руки.
– Я всего лишь хочу, чтобы между вами не осталось недосказанности.
Набычившийся приятель неожиданно напрягся.
– Какой такой недосказанности?
Девушка напряженно сглотнула, и Митька слегка расслабился.
«Давай, напрягай свои мозги, девочка. Твоя медицинская карта подшита в личном деле. И хотя я не собираюсь ничего разглашать в присутствии свидетелей (да того же искина, который по умолчанию обязан фиксировать такие факты, хотя Машка его и перепрограммировала), но у Слона и без того воображение бешеное…»
Маринэ обожгла Митьку ненавидящим взглядом, но сопротивляться не стала. Видимо, понимала, что Антон так или иначе, но эти данные получит.
– В нашем роду действительно после тех событий проявилось редкое генетическое заболевание, с трудом поддающееся лечению. Именно из-за него я выбрала свою профессию и стала работать в соответствующей компании…
– Доступ к лекарствам?
– Да, я их покупала практически по себестоимости. Они обеспечивали полную нейтрализацию сбоев моего организма.
Митька пролистнул на вычислителе виртуальные страницы ее досье.
– Еще какие-то проблемы со здоровьем?
С девушки можно было лепить скульптуру, она замерла и еле шевелила губами:
– Да… Операция по пластике лица… С осложнениями.
«Давай, красавица, выкладывай все. Штурмовик мне нужен самому, друг тоже…»
– Какими, если не секрет?
Маринэ поежилась и положила руки на свой живот.
– Лекарства по приживлению вступили в конфликт с теми, которые я принимала, и мой организм перестал справляться с… мне пришлось заменить некоторые внутренние органы искусственными.
Митька передернулся, поймав злой взгляд своего друга.
«Ну да, сейчас я себя тоже ненавижу…»
Тем не менее он продолжил:
– И?..
– И… В результате я не смогла бы родить и именно поэтому решилась… мне предложили заменить всё тело.
Митька удивленно хмыкнул, последних сведений в досье не было.
– Это вроде бы запрещено?
Девушка дернула щекой, но пояснила свои слова:
– Нет, это не клонирование, у меня заключен договор с зарубежной компанией на полную молекулярную перестройку организма.
– Ого! Да ты богатая особа, как погляжу!
Маринэ недоуменно вскинула брови. Проявленные эмоции показались Митьке искренними.
– Вовсе нет, мне просто организовали большую скидку!
– На такую операцию бывают скидки?!
– В договоре, конечно, пришлось прописать совсем другие методы лечения, но Анджей мне говорил, что так фирма уходит от налогов…
«Надеюсь, Антоха, ты слушаешь очень внимательно…»
– В Директории возможно от этого уйти?!
– Им приходится, операция очень дорогая, хотя Анджей и договорился за треть от первоначальной цены. Он как раз работает в специализирующейся на этом клинике, так что в вопросах медицины я ему полностью доверяю!
Митька нахмурился. После того, что он узнал о полной генетической перестройке тела, такие договоренности вызывали у него подозрения. Или ее Анджей являлся обманщиком и альфонсом, или фирма была однодневкой, нанимающей актеров для вытягивания денег у наивных обывателей.
– А как ты с ним познакомилась?
– Ну… по сети.
– То есть это чисто виртуальное знакомство?
Та возмутилась.
– Конечно же нет! Я даже летала к нему в Лондон несколько раз!
«И это мотай на ус, приятель…»
– Хм… А кредит на обследования перед операцией ты случайно не брала?
– Э-э… Да, но не на обследования, а на саму операцию! Я даже перевела его Анджею, и он сразу внес предоплату!
– А почему ему? Почему не фирме?
– Это тоже один из способов ухода от налогов. Если часть денег заплатить непосредственно медицинскому персоналу, то стоимость операции падает в разы!
«Встречаются же такие экземпляры. Вроде бы высшее образование имеет, умные слова говорит, а…»
Митька покачал головой и тяжело вздохнул, подумав, что молчание иногда лучше золота. Судя по изменившемуся выражению лица Слона, тот тоже был не в восторге. Если во время упоминания генетических отклонений своей новой пассии он еще проявлял упрямство, то сейчас друг явно расстроился.
«Если любовь иногда может победить болезнь, то глупость – никогда!»
И это он еще не задавал вопросы об их отношениях с Анджеем. Ну да Слон не дурак, догадается, если захочет.
– Ладно, пусть так… Но где ты умудрилась взять в кредит несколько миллионов?! Где такие суммы дают обычным людям?!
Маринэ округлила глаза.
– Э-э… несколько тысяч, ты хотел сказать? В банке конечно же!
– Ну да, ну да… Ты не задумывалась, кстати, что твой знакомый может оказаться обычным проходимцем?
– Нет, я все узнавала про него и клинику в соцсетях! Там одни благодарности!
Митька подавил в себе желание горько рассмеяться и только спросил:
– Это прекрасно. Но зачем перед операцией ты ринулась в космос?
– Это еще одно из условий сделки. Поскольку нам сильно уступили в цене, генетическая модель тела будет создаваться не суперкомпьютерами, время работы которых очень дорого, а сетью обычных. Это весьма долгий срок, находиться же дома мне сейчас противопоказано, организм не справляется с бактериологической активностью земных микроорганизмов, и высока вероятность того, что я просто впаду в кому… А здесь я еще и заработаю, чтобы погасить кредит!
«Слон, тебе достаточно или еще добавить? Помнится, она неожиданно задумалась, когда я сказал, что с легкостью выдерну пару сотен тысяч из оборота…»
– Ладно, у меня все, но я все-таки вынужден попросить вас еще раз подумать о вашем неуместном желании… Хотя бы день или два, а потом мы все обсудим еще раз! Антоха, если учения пройдут без тебя, пощады не жди!
Слон покорно кивнул и направился к выходу, а девушка почему-то осталась.
– Иди, Слоник, я совсем забыла об анализах биосферы на базе…
«Слоник!»
Митька фыркнул, но приятель даже не воспринял это как насмешку. Лишь мрачно показал ему кулак и вышел прочь, громко затопав ботинками по железному полу корабля.
Девушка между тем продолжила, игриво зацепив пальцем неровный локон, выбивающийся из короткой прически.
«Это что такое? Сначала злобилась, а теперь меня клеить будешь?! Ни фига себе смена настроения! Куда делась показная скромность?»
– Совсем забыла сказать… Возможно, базу на самой Весте необходимо закрывать или… Я не знаю, что конкретно нужно делать! Это может поставить под удар всю добычу сырья, а значит, и погашение моего кредита…